Молитва, которая спасла мне жизнь

Однажды, когда мне было девятнадцать лет, я помогал своему соседу переехать в Альберту (Канада). Проработав у него несколько недель, я решил пробираться дальше на север, на Аляску. К началу февраля я уже прошел около тысячи миль, и мне крайне нужно было попасть на товарообменный пост на реке Лиард. Дело в том, что я покинул поселок на реке Мирной, имея достаточный запас продовольствия, но из-за разбушевавшегося урагана мне приходилось двигаться гораздо медленнее, и время в пути растянулось еще на несколько дней. Продукты у меня кончились, и мне ничего другого не оставалось делать, как только наперекор стихии упорно продвигаться и продвигаться к цели, — ведь не сложить же мне руки и не погибать же мне от холода и голода. Буран свирепствовал, и я медленно шел, стараясь держаться берега ручья, который, по моим расчетам, должен был вывести меня к реке.

Я уже потерял почти всякую надежду, что доберусь до нужного мне места, и весьма сомневался, что кто-нибудь спохватится, заметив мое отсутствие. И вдруг я услышал голос: «Поверни налево». Я осмотрелся, но никого не увидев, продолжал шагать на север. Но тот же голос с еще большей настойчивостью и почти с мольбой снова сказал: «Поверни налево».

Я не понимал, почему я должен поворачивать налево и удаляться от русла ручья. Идти налево — значило идти по направлению к горному хребту и, что еще хуже, идти против резкого и перехватывающего дыхание ветра. Едва передвигая ноги, я снова пошел на север. Но вдруг меня охватило странное чувство, что я ухожу от Бога. Какая-то невидимая сила, казалось, боролась с моими доводами и суждениями. На душе стало настолько тревожно и беспокойно, что я не мог дальше идти в прежнем направлении и, посмотрев на компас, повернул налево, к горам.

Я прошел несколько миль, поднимаясь все выше и выше. Снег слепил мне глаза, и я почти ничего не видел. Идти было очень трудно. Становилось все темнее и темнее. В полярном полумраке я перешел через водораздел и стал спускаться к руслу другого ручья. Я уже было намеревался повернуть направо и идти вдоль этого ручья до реки, как вдруг снова услышал тот же голос, который настойчиво советовал мне повернуть налево.

В нескольких метках от русла ручья я увидел избушку, наполовину занесенную снегом. У меня появилась надежда, что здесь могут быть какие-нибудь съестные припасы, и я решил тут переночевать. Пользуясь одной из лыж как лопатой, я довольно быстро расчистил от снега дверь и вошел. Внутри была кромешная тьма. Внезапно из дальнего угла раздался слабый стон. Я зажег спичку.

На нарах в спальном мешке лежал старик. Борода его заиндевела, глаза ввалились и лихорадочно блестели. В избушке не было дров, и я, не мешкая, собрал немного хвороста и развел огонь. Никаких продуктов здесь не было. В помещении становилось теплее, и старик, согревшись начал говорить. Его звали Генри Брюс, он направлялся к товарообменному пункту, но упал и сломал ногу. Превозмогая жуткую боль, он приполз в заброшенную избушку в надежде, что кто-нибудь найдет его здесь. Но время шло, и так как никто не появлялся, надежда его становилась все слабее и слабее. И тогда он решил обратиться к Богу, о Котором слышал еще в детстве, и стал молить Его о помощи.

Моя самоуверенность сильно поколебалась, когда я, сравнив время, обнаружил, что в ответ на молитву старика ему действительно была протянута рука помощи в моем лице.

Нужно было как можно скорее достать продовольствие и оказать медицинскую помощь старику. Я положил в печь побольше дров, и растопил снег, чтобы напоить больного кипятком.

— Где я могу достать пищу? — спросил я.

— Только на товарообменном посту, — ответил старик, — он находится примерно в двадцати милях на запад от нас.

— На запад?! — вырвалось у меня.

Я был поражен. Оказывается, я шел совсем в другом направлении — на север, в пустыню. По своей неопытности я полагался только на компас, ничего не зная об отклонениях магнитной стрелки. Я был слишком горд, чтобы просить у кого-нибудь совета, слишком самонадеян, чтобы молиться. Страдалец же нуждался в Божьей помощи и молился. Бог услышал его молитву, побуждая меня изменить путь и это был правильный путь. Молитва этого человека спасла мне жизнь.

Старик объяснил мне, как найти дорогу, а затем просил Бога, чтобы Он благословил меня в пути. Мы попрощались и я отправился. Ветер уже утих. На небе ярко сияли звезды.

В эту тихую ночь температура, вероятно, опустилась ниже сорока градусов по Цельсию. Внутри все ныло от голода, кости болели от усталости. Но желание помочь ближнему все заглушало.

Я почти бежал всю дорогу, у меня в голове была только одна мысль: «Нужно вызвать скорее помощь!». Я представлял, как тухнет огонь и леденящий холод проникает в заброшенную избушку, угрожая жизни человека, молитва которого была услышана Богом. Я не спал несколько суток, был голоден, мои силы были на исходе, но я двигался, как во сне, чувствуя, что кто-то идет со мной рядом, что какая-то невидимая сила поднимает меня, когда я падаю, и передвигает мои лыжи.

Звезды уже гасли, когда я добрался до товарообменного поста. Два сильных человека с хорошей упряжкой собак немедленно поехали за больным стариком.

Впервые за несколько дней я хорошо поел. Находящиеся там люди, видя, как я измучен, с большим трудом уговорили меня, чтобы я лег спать. Но мысль, что Бог, говоривший Аврааму, Исааку и Иакову тысячи лет тому назад, говорил со мной вчера, не давала мне покоя. Тот же Бог, Который послал пророка Иону, чтобы спасти жителей Ниневии, послал и меня, чтобы спасти жизнь Генри Брюса. Спаситель был рядом со мной — ив метель и в леденящий холод. Молитва и вера старого человека побудила Бога прийти на помощь, и изменить мой путь среди снежной бури. Этот случай изменил все направление моей жизни.

Старик охотник выздоровел и отправился в Эдмонтон, где у него были родственники. Позднее я получил от него письмо, в котором он благодарил меня за спасение его жизни. Но я всегда был уверен, что он спас меня, а не я его. Он научил меня, что молитва и сегодня является действенным средством. Он молился, он верил, и он получил ответ.

С этого дня я изменил свое отношение к молитве. Раньше я всегда считал, что молитва — это всего лишь часть богослужения. Изредка, правда, я молился — в тех случаях, когда хотел получить прощение грехов. Но я всегда считал, что пока жив, я сам должен позаботиться о себе, и Божье дело по сути начнется после моей смерти — когда мое дело закончится. Но этот случай заставил меня иначе взглянуть на молитву. Я собственными глазами видел, чувствовал и слышал заботу любящего Спасителя о раненом охотнике в заброшенной избушке. Молитва этого старика открыла мне, что Небо заинтересовано в благополучии людей.

С этого времени я стал по-другому относиться к обещаниям, данным людям в Слове Божьем. «Вразумлю тебя, наставлю тебя на путь, по которому тебе идти; буду руководить тебя, око мое над тобою». (Пс. 31, 8). «И уши твои будут слышать слово, говорящее позади тебя: «вот путь, идите по нему, если бы вы уклонились направо, и если бы вы уклонились налево». (Ис. 30, 21). Эти обещания перестали быть для меня обычными словами. Они обрели реальность после того, как я почувствовал их силу на себе. Ведь в тот день Бог буквально заставил меня повернуть налево.

Другой текст также стал для меня более ценным: «Не бойся, ибо Я — с тобою; не смущайся, ибо Я — Бог твой; Я укреплю тебя, и помогу тебе, и поддержу тебя десницею правды Моей». (Ис. 41, 10).

Всем своим существом я убедился, что Бог говорил со мной, что Он проявил обо мне особую заботу, что Он любит меня. В течение последующих недель я часто размышлял, много читал и молился. Я вспомнил, как в двенадцатилетнем возрасте обещал посвятить свою жизнь Богу, Но потом, подобно Ионе, я старался уйти от Него. Я хотел затеряться в диких краях на севере и полагал, что Бог забыл меня. Но Бог никого не забывает. Он каждого умоляет: «Сын Мой, отдай сердце твое Мне».

«Се, Я с вами во все дни до скончания века» — сказал Иисус. (Матф. 28, 20). Эти слова я воспринял как личное обращение Спасителя и ко мне. Я не мог больше злоупотреблять и пренебрегать любовью, добротой и терпением моего Отца Небесного. Он спас меня от смерти, как же я могу не доверять Ему?

Это переживание никогда не потеряет для меня значения, хотя я не раз попадал в более суровые и серьезные ситуации. Часто, когда мной овладевали сомнения и разочарования, мне казалось, что я слышал все тот же направляющий меня голос. Молитва перестала быть для меня формальностью, она превратилась в желанную беседу с искренним и любящим Другом. Спасение и жизнь заключались в сознании, что любящий меня Бог действительно всегда рядом со мной.

Сила молитвы наполняет мою душу глубоким благоговением. Я видел, как больные исцелялись, как менялась жизнь людей, как преступники становились святыми. Я видел, как благодаря усердной молитве возводились церкви и преобразовывалось общество.

Адмирал Берд провел в одиночестве зиму в Антарктиде. У него был радиоприемник и передатчик. Радио было для него единственным средством общения с остальным миром. Если бы с ним что-нибудь случилось непредвиденное, он мог бы известить об этом в считанные минуты. Но для того, чтобы помощь пришла к нему, потребовались бы месяцы. В отношениях же с Богом дело обстоит совсем иначе. Когда мы нуждаемся в Его помощи и просим о ней, мы тотчас же получаем ее. Молитва соединяет нас с источником силы, она открывает для нас все сокровища Неба.


Глава 7 из 20« Первая«678»Последняя »