7. Благодать

В Новом Завете слово «благодать» имеет первостепенное значение. Это слово — поистине ключевое в христианстве. Весь Новый Завет посвящен теме благодати. Новозаветный Бог — это Бог всякой благодати (1 Пет. 5:10). Новозаветный Дух Святой — это Дух благодати (Евр. 10:29). Надежда, которую дает нам Новый Завет, полагается на благодати Господа нашего Иисуса (Деян. 15:11), Господа, который исполнил Павла уверенностью: «…довольно для тебя благодати Моей» (2 Кор. 12:9). «Благодать, — говорит Иоанн, — произошла через Иисуса Христа» (Ин. 1:17), и весть об Иисусе — это «Евангелие благодати Божией» (Деян. 20:24). Апостольская вера в реальность и значимость благодати была настолько сильна, что апостолы даже придумали новый эпистолярный стиль. Так, апостол Павел начинает все свои тринадцать писем не традиционным приветствием, а молитвой о благодати и мире или о благодати, милости и мире от Бога Отца и Господа Иисуса Христа, а вместо обычного «прощайте» Павел заканчивает каждое письмо еще одной молитвой о том, чтобы «благодать Господа Иисуса Христа» или просто благодать пребывала со всеми ними. Практически то же самое приветствие содержится в обоих письмах Петра, в послании Иуды и Откровении (ср. 2 Ин. 3). Послание к Евреям и Откровение имеют схожие концовки, а Второе послание апостола Петра заканчивается призывом: «…возрастайте в благодати… Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа» (3:18). Сами тексты посланий, находящиеся между приветствием и прощанием, указывают на то, что благодать для апостолов была краеугольным камнем христианской жизни.

Часто говорят, что тема Нового Завета — спасение. Так оно и есть. Но новозаветное спасение — это благодать от начала и до конца (Еф. 2:5, 8). Благодать Божия дает спасение (Тит. 2:11), цель которого — прославить Божью благодать (Еф. 1:6). Получается, что одно слово «благодать» содержит в себе все богословие Нового Завета. Его весть — это, можно сказать, провозглашение того, что благодать пришла к людям в Иисусе Христе и через Него. Новый Завет призывает также принять эту благодать (Рим. 5:17; 2 Кор. 6:1) и познать ее (Кол. 1:6), не отвергнуть ее (Гал. 2:21), но пребывать в ней (Деян. 13:43), поскольку слово Божьей благодати может назидать нас и дать нам наследие со всеми освященными (Деян. 20:32). Благодать — это суть и сущность новозаветной веры.

Поэтому размышление о благодати — это ключ, который открывает Новый Завет, причем единственный ключ. Как бы мы хорошо ни знали текст Нового Завета, мы не сможем постичь его внутреннее содержание, пока не узнаем, что такое благодать. По этой причине многие считают, что Новый Завет только запутывает (особенно это касается писем величайшего провозвестника благодати — Павла) и многие неправильно понимают его. Человек, пусть даже и религиозный, который, ничего не зная о благодати, пытается читать Новый Завет как свод моральных правил или как описание мистических переживаний авторов, не поймет в нем ни слова. Каждая книга Нового Завета — это часть внутренне согласованного исторического и богословского анализа факта существования благодати, и воспринимать ее содержание нужно именно с этой точки зрения. Другими словами выразить смысл Нового Завета невозможно.

К сожалению, благодати сегодня не уделяют должного внимания. В прошлом столетии многие о ней вообще забыли. Неправильное понимание сути благодати привело к тому, что ясное и здравое учение о благодати, которое реформаторы, пуритане и евангельские христиане XVIII века оставили в наследие, практически полностью исчезло. Слово «благодать» все еще сохранилось в религиозной лексике, и мы часто слышим его в молитвах на собрании («даруй нам помощь Твоей благодати», «пошли нам благодать, чтобы мы могли…»). Однако многие представляют благодать как зарядное устройство, которое передает энергию через таинства, а для остальных, я боюсь, она вообще пустой звук. Вера многих, которые заявляют, что они христиане, полностью отвергает благодать Божью. И законничество Римско-католической церкви, которая учит, что спасение зависит от церкви, и морализм либерального протестантского учения, которое гласит, что спасутся все, кто хоть немного пытается быть хорошим, имеют один корень — непонимание благодати. На сегодняшний день христианство больше всего нуждается в обновлении понимания истинного значения благодати Божьей. Христиане хотят увидеть пробуждение в своих церквах. Но оно может произойти, только если благодать вызовет это пробуждение.

Природа благодати

Благодать — это незаслуженная благосклонность Бога, Его незаслуженная любовь. Новозаветное слово «благодать» («харис») используется и в греческом переводе Ветхого Завета и соответствует еврейскому «хен», что означает «благоволение», которое проситель находит у власть имеющего, хотя требовать такого отношения к себе он не имеет права. (Примеры этому можно найти в Быт. 33:8, 15; 34:11; 47:25; Руф. 2:2, 10, 13.) «“Хен”, — пишет доктор Норман Снэйт, — означает доброту, любезность в общем смысле этого слова, когда между людьми или группами людей нет взаимных обязательств или близких взаимоотношений… Поскольку обе стороны ничем друг другу не обязаны, то их никто не осудит, даже если они не проявят этой любезности». Таким образом, «хен» (благодать) есть дар в том смысле, что дающий его не обязан давать его. Когда в Ветхом Завете говорится о том, что отдельные люди и целые народы обретают благодать в очах Божьих или что Бог милостиво поступает по отношению к ним, тогда при этом всегда подчеркивается, что Бог совсем не обязан этого делать (см. Быт. 6:8; Исх. 33:12, 16; Ам. 5:15; Иона 4:2 и т.д.). Доктор Снэйт так объясняет, почему Павел выбрал именно слово «харис» для обозначения Божьей любви: «Павла до глубины души впечатлило то, что Божья любовь к людям была совершенно незаслуженным даром Бога, зависящим исключительно от воли Божьей».

О происхождении слова «харис» в Новом Завете нужно сказать еще пару слов. Оно вбирает в себя два ключевых понятия Ветхого Завета. Первое — Божья «агаба» от глагола «агеб», означающего «любить», — избирательная любовь, по словам доктора Снэйта. Именно по этой любви, любви добровольной, выбирающей, безусловной, непрошеной, незаслуженной — Бог избрал Израиль, чтобы тот был Его народом (ср. Втор. 7:7; 9:4; Ос. 11:1-11).Чтобы передать эту идею, переводчики Ветхого Завета на греческий язык использовали существительное «агапе», которое стало общепринятым новозаветным понятием, означающим любовь Бога. Но «любовь» и «благодать» в Новом Завете понятия практически синонимичные, «харис» включает в себя все то, что значит «агаба».

Второе ветхозаветное слово, которое имеет отношение к «харис», — это слово «хесед». В Септуагинте оно переводится как «милость», «сострадание» («элеос», «элеемосюнэ»). Лучше бы перевести это слово как «неизменная любовь», потому что такой перевод указывает на непоколебимую верность Бога народу, которого Он назвал Своим. Снэйт называет «хесед» любовью завета, показывая этим определением, что его сущность — обещание Бога быть Богом Израиля и всяческим образом благословлять этот народ. Ветхозаветные пророки каждый раз подчеркивают, что Божья «хесед» неизменна, она не исчезает даже тогда, когда Израиль, по своей неверности, отказываясь от обязанности служить Богу, навлекал на себя временное осуждение. Пророки настаивают: с помощью очищающей кары Бог обязательно добьется Своей цели — избавит Своей народ от зла и приведет его в совершенное общение с Собой. Божья «хесед» всевластна и действенна, а Его «агаба» дается без всяких условий и даром.

Таким образом, слово «благодать» показывает, что Бог добровольно действует во благо грешников, чтобы спасти их. Бог любит ненавидящих Его, заключает с ними завет, прощает их грехи, принимает их, открывает им Себя, помогает им ответить взаимностью и приводит их в конечном итоге к полному познанию Себя, к радости, располагая все обстоятельства так, что все эти Его желания в свое время исполняются. Благодать — это любовь в избрании и любовь в завете, свободный выбор Всевластного. Благодать спасает от грехов и от всякого зла; благодать приводит нечестивых к настоящему счастью в познании их Творца. Именно такое понимание благодати было у новозаветных авторов.

Мы же слово «благодать» очень часто понимаем совсем не так. Как мы уже видели, благодать представляется как какая-то сила, передающаяся через действия в церкви. Конечно же, это пародия на библейское учение. Нигде в Писании благодать так не изображается. Когда в Новом Завете используется слово «благодать» для обозначения какого-то конкретного божественного дара (дара веры или дара проповедника, евангелиста) или в более общем смысле для обозначения милости Бога в преображении жизни человека (1 Кор. 15:10; 2 Кор. 4:15; 9:8, 14; 12:9; Иак. 4:6; 1 Пет. 5:5), всегда имеется в виду дар, который Бог лично дает в качестве доказательства Своей любви отдельному человеку. Но в понятии «благодать» главное не дары Бога, которые Он дает по любви, а Его любовь, которая их дает.

Таким образом, благодать в Новом Завете — это не какая-то сила, действие которой можно вызвать молитвой или участием в таинствах, благодать в Новом Завете — это сердце и рука живого всемогущего Бога. Конечно, благодать есть в церкви, ибо она созидает церковь, но церковь не может управлять ей. Бог свободен в своей любви, Он спасает тех, кого Сам избирает. В проповедях и таинствах возвещается присутствие благодати, а молитвы в церкви взывают к ней, но только Сам Бог распоряжается ей и дает людям возможность ей пользоваться.

Для новозаветных авторов благодать была чудом. Они так сильно ощущали человеческую испорченность, так ясно видели, что люди недостойны Бога, так хорошо осознавали реальность и праведность гнева Божьего за грех, что для них существование благодати казалось просто невероятным, тем более такой благодати, которая обошлась Богу так дорого, — ценой Голгофы. В мире полно чудес: чудес природы, чудес науки, шедевров ремесла, — но все они ничто по сравнению с чудом благодати Божьей. Ни одно человеческое слово не подходит, чтобы описать ее правильно. Она — «неизреченный дар», как абсолютно верно назвал ее апостол Павел (2 Кор. 9:15).

Сокровища благодати

В Новом Завете благодать неразрывно связана с личностью и служением Посредника, Богочеловека Иисуса Христа. «Благодать же и истина произошли через Иисуса Христа» (Ин. 1:17; ср. 1 Пет. 1:10). «…укрепляйся, сын мой, в благодати Христом Иисусом» (2 Тим. 2:1). «…стала преизобиловать благодать, дабы, как грех царствовал к смерти, так и благодать воцарилась через праведность [послушание Иисуса до смерти] к жизни вечной Иисусом Христом, Господом нашим» (Рим. 5:20-21). В союзе с Иисусом, распятым и воскресшим, благодаря силе Его оправдания, люди познали благодать, и по вере во Христа — вере в «слово о кресте» (1 Кор. 1:18) и доверию воскресшему Спасителю — люди обретают ее. (Конечно же, это не означает, что в ветхозаветные времена не было благодати. Это означает, что благодать того времени — отношения завета, прощение грехов, радость от общения с Богом, надежда на награду — давалась благодаря грядущему Посреднику, благодаря служению, которое Он должен был выполнить; также вера, которая сопутствовала благодати, до рождения Христа была верой неясной надежды, надежды на обещанного Спасителя. См. Мр. 14:24; Рим. 3:24-25; 1 Кор:10-1-4; Гал. 3:6-14, 15-17; Евр. 9:15; 11:24-26; 1 Пет. 1:10.)

Главный проповедник благодати в Новом Завете — это апостол Павел, и самые важные его проповеди о благодати содержатся в Послании к Римлянам 3-11, в Послании к Галатам 2-5, в Послании к Колоссянам 1-3 и в Послании к Ефесянам 1-3. В Послании к Ефесянам, размышляя о Божьей любви, «которою [Он] возлюбил нас» (Еф. 2:4), Павел несколько раз использует образ богатства: Бог богат милостью (Еф. 2:4; ср. Рим. 10:12), благодатью (Еф 1:7; 2:7); Павел не раз говорит о богатстве Его славы (3:16; ср. 1:18; Рим. 9:23) и о «неисследимом» богатстве Христа (3:8).

Что это за богатство, которое приходит к людям через благодать Бога во Христе? Павел использует четыре ключевых понятия, которые, по его мнению, составляют сущность этого богатства: искупление, возрождение, избрание и сохранение.

Искупление дается через Христа благодаря Его смерти. Во Христе, говорит Павел, «мы имеем искупление кровию Его, прощение грехов, по богатству благодати Его» (Еф. 1:7). Искупление — это дорогостоящее избавление из бедственного положения. Здесь Павел обращает особое внимание на то, что бедственное положение человека, из которого его искупил Христос, — это греховность. Здесь же апостол говорит о том, что мы оправданы по благодати «искуплением во Христе Иисусе» (Рим. 3:24; ср. Тит. 3:7). Павел считает крест Христа и доказательством реальности Божьей благодати, и ее мерой. «Но Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками» (Рим. 5:8; ср. 1 Ин. 4:8-10).

Возрождение дается во Христе благодаря союзу с Ним в Его воскресении. Павел объясняет, что возрождение — это «оживотворение» со Христом (Еф. 2:1, 5-6; Рим. 6:4-6; Кол. 2:12; 3:1-3), и подчеркивает, что оно происходит исключительно по милости и благодати Бога (Еф. 2:4; Тит. 3:5). Возрождение является необходимым дополнением к искуплению, так как без рождения свыше не может быть веры в Искупителя, а значит, и приобщения к благам Его смерти. Духовная смерть, в состоянии которой мы находимся от рождения (Еф. 2:1, 5; Кол. 2:13), состоит в нашей неспособности обратиться ко Христу в покаянии и вере. Возрождение же, кроме всего прочего, приводит к тому, что в нашем сердце появляется вера. Поэтому Павел пишет: «Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар» (Еф. 2:8). Нельзя сказать совершенно точно, относится ли слово «сие» только к вере или к спасению по вере в целом, но в любом случае Павел утверждает, что вера является результатом духовного «совоскресения» со Христом (см. контекст) и что это «совоскресение», в котором мы не принимаем никакого участия, происходит по инициативе Бога. Одним словом, «сие» —это плод благодати. Получается, как говорит Лука, что люди приходят к вере благодатью (Деян. 18:27) после того, как Бог призывает их Своей благодатью (Гал. 1:15).

Избрание в Новом Завете понимается как вечный, безусловный выбор Бога, посредством которого Он определяет виновных грешников быть искупленными и возрожденными (призванными и оправданными, Рим. 8:30) и таким образом достигшими славы (Еф. 1:3-12). Этот выбор был сделан во Христе (Еф. 1:4) в том смысле, что этот выбор подразумевает, во-первых, что грешники спасаются посредством союза с Богом Сыном, и что, во-вторых, Сын Божий становится человеком и Спасителем людей (ср. 1 Пет. 1:20). Павел говорит, что выбор этот — «избрание благодати» (Рим. 11:5), «изволение и благодать, данная нам во Христе Иисусе прежде вековых времен» (2 Тим. 1:9). Избрание является причиной искупления грешников, их возрождения, веры и окончательного прославления (2 Фес. 2:13-14). Бог Сын был предназначен стать Спасителем людей, поэтому Он воплотился (Ин. 6:38), был распят и воскрес (Ин. 10:15-18), поэтому Он призывает, привлекает и хранит до дня воскресения тех, кого Он был послан спасти (Ин. 6:39-40; 10:27-29; 12:32; 17:2). Павел подчеркивает, что избрание, которое является источником спасения, происходит только по благодати, а не по делам. Другими словами, избрание — это не реакция Бога на предвиденные Им заслуги или старания человека (Рим. 11:6; 2 Тим. 1:19).

Сохранение означает, что Бог поддерживает, сохраняет во Христе тех, кого Он объединил с Христом по вере при содействии Духа. Павел уверен, что «начавший в вас доброе дело будет совершать его даже до дня Иисуса Христа» (Фил. 1:6). Он основывает эту свою убежденность на том, что Бог верен Своим планам, обещаниям и Своему народу (2 Фес. 3:3; ср. 1 Кор. 1:8-9). В Послании к Римлянам 8:30 апостол ясно объясняет план Божий: «…кого Он предопределил, тех и призвал, а кого призвал, тех и оправдал; а кого оправдал, тех и прославил». Прошедшее время глагола «прославил» говорит о том, что Бог настолько твердо замыслил сделать это, что это событие — факт, как если бы оно уже произошло в прошлом. Другими словами, в слове «прославил» заключено обещание, что прославление обязательно произойдет. Поэтому Павел может сказать, что он «уверен, что Он [Бог] силен сохранить залог мой на оный день», и с ликованием заявить: «И избавит меня Господь от всякого злого дела и сохранит для Своего Небесного Царства» (2 Тим. 1:12; 4:18; ср. 4:8). За его уверенностью стоит обещание самого Иисуса Христа: «Овцы Мои слушаются голоса Моего, и Я знаю их; и они идут за Мною. И Я даю им жизнь вечную, и не погибнут вовек; и никто не похитит их из руки Моей» (Ин. 10:27, 28; сравните слова Спасителя о Божьем замысле в Ин. 6:38-40 и Его молитву в Ин. 17:11-24).

Огастус Топлади прекрасно описал ту уверенность, которую дает это учение возрожденным христианам, желающим быть верными последователями Христа и готовым заплатить за это любую цену, но которых все же преследует страх отпасть от благодати из-за несовершенства своей веры:

Всесильная воля Его завершит

Тот труд, что был начат Его благодатью.

Его обещания — «да» и «аминь»,

Назад никогда не решит Он забрать их.

Ни то, что сейчас, и ничто впереди,

Не сможет украсть у Него мою душу.

Не сможет никто изменений внести

И волю святую Господню нарушить.

На сердце Его мое имя лежит–

Печать неизменности и благодати.

О нет, мою стойкость ничто не сломит,

И ныне, и впредь Ему буду послушен.

Блаженство в раю ни с чем не сравнить.

Спасенным бояться не стоит:

Надежен и крепок спасения щит,

Он двери в обители Божьи откроет.

Люди, чья жизнь свидетельствует об их невозрожденности, несмотря на все свои заявления, что они обратились ко Христу, не могут быть уверены в своем спасении, но истинным ученикам Христа уверенность принадлежит по праву, как детям Божьим. Она для них — источник безграничной радости.

Таково, если говорить вкратце, богатство благодати, которое наследует народ Божий: избирающая любовь, любовь завета, искупающая любовь и оживотворяющая любовь, любовь спасающая и любовь, сохраняющая спасенными до конца. Благодать исполняет в жизни всех тех, кого Бог избрал, обещание нового завета: «…вложу законы Мои в мысли их, и напишу их на сердцах их; и буду их Богом, а они будут Моим народом… все, от малого до большого, будут знать Меня, потому что Я буду милостив к неправдам их, и грехов их и беззаконий их не воспомяну более» (Евр. 8:10-12, цит. Иер. 31:31-32). И этот замысел не может не осуществиться, потому что благодать над всем царствует (Рим. 5:21): за ней последнее слово в любой ситуации, и ничто не может помешать благодати восторжествовать в жизни человека, избранного Богом. Не удивительно, что в статье 17 вероисповедания англиканской церкви провозглашается: «…благочестивые помышления о… нашем Избрании во Христе приносят неописуемое утешение… тем, кто ощущает в себе действие Духа Христова, умерщвляющего дела плоти и влекущего их разум к возвышенному и небесному, потому что эти помышления подлинно утверждают и укрепляют их веру в вечное спасение, получаемое во Христе, а также потому что эти помышления подлинно воспламеняют их любовь к Богу». Не удивительно, что апостол Павел, который был «специалистом» по благодати Божьей, ее глашатаем и объектом воздействия, чувствовал потребность воскликнуть: «Благодарение Богу за неизреченный дар Его!» (2 Кор. 9:15).

Благодать и закон

«…закон дан чрез Моисея, — пишет Иоанн, — благодать же и истина произошли чрез Иисуса Христа» (Ин. 1:17). Бог организовал все так, что первым явился закон, а потом благодать. Ветхий Завет в большей мере описывает действие закона Божьего, а Новый — действие благодати. Но какое же тогда отношение имеет благодать, которая явилась позже, к закону? В Новом Завете говорится о двух заблуждениях, касающихся этого вопроса: о легализме (законничестве) и антиномианизме.

Легализм (о нем идет речь в Послании к Римлянам 4 и 9-11, Послании к Галатам 2-5 и в Послании к Колоссянам 2) делает благодать бесполезной, поскольку ищет праведность в делах закона и соблюдении религиозных норм. Его приверженцы утверждают, что Бог принимает только тогда, когда к заслугам Христа добавляются дела. Но Павел выступает против такой точки зрения, настаивая, что спасающая вера в Христа подразумевает полное доверие одному Богу, и поэтому вера, при которой человек все еще полагается на свои силы, не есть настоящая вера в Божьих глазах. Павел предупреждает иудействующих галатов, которым казалась, что веру в Христа надо подкрепить обрезанием: «Вы, оправдывающие себя законом, остались без Христа, отпали от благодати» (Гал. 5:4). Соблюдение закона не имеет никакого значения для оправдания; оправдание можно получить только по вере, поскольку оно возможно только во Христе и через Христа и поэтому дается только по благодати. Полагаться на чьи-то дела, кроме дел Иисуса Христа, значит бесчестить Его, делать благодать бесполезной и отсекать человека от жизни (ср. Гал. 2:21; 5:2).

Антиномианизм (о нем говорится в Послании к Римлянам 6, Втором послании Петра 2, Послании Иуды и Первом послании Иоанна) заключается в том, что его проповедники обращают «благодать Бога нашего в повод к распутству» (Иуда 4). В то время как законники так возвеличивают закон, что вытесняют благодать, антиномианисты так увлекаются благодатью, что перестают принимать закон как правило жизни. Они утверждают, что поскольку христиане освободились от закона (Рим. 7:6) и теперь находятся не под законом, а под благодатью (Рим. 6:15), и обладают вечным прощением, то уже неважно, какой образ жизни они ведут. Хотя антиномианизм и легализм противоположны друг другу с богословской точки зрения, между ними существует связь: оба они исходят из ложного предположения, что единственная цель соблюдения закона — это достижение праведности перед Богом. Законники стараются упрочить свою собственную праведность, а антиномианисты, радуясь тому, что праведность дарована им по вере, не видят смысла больше исполнять закон. История показывает, что многие антиномианисты были в прошлом законниками, а потом в качестве протеста изменили свои взгляды.

Но ошибочность этих учений становится очевидной, как только мы понимаем, что нравственный закон выражает волю Божью для человека как человека. Никогда закон не был способом спасения (он бесполезен для этой цели), он был дан, чтобы вести людей к благочестию. И благодать, поскольку она осуждает самоправедность, делает закон правилом поведения. «…явилась благодать Божия, спасительная для всех человеков, — пишет Павел, — научающая нас, чтобы мы, отвергнув нечестие и мирские похоти, целомудренно, праведно и благочестиво жили в нынешнем веке» (Тит. 2:11-12). Благодать не дает нам права нарушать закон, она освобождает нас от рабства греха, чтобы мы могли исполнять закон (Рим. 6:11-23). Это окончательный ответ антиномианистам: благодать утверждает закон.

Один из вариантов неприятия закона — утверждение, что христианину не нужно руководствоваться законом, так как одной веры в Христа достаточно для правильной жизни. Так, Лютер считал, что христианская вера производит добрые дела (то есть любовь и служение) самопроизвольно. Джон Робинсон говорил, что любовь христианина обладает встроенным нравственным компасом, и поэтому нет необходимости полагаться на библейские привила и следовать им. А многие говорят, что побуждения совести христианина, которые вызывает Дух, полностью заменяют повеления закона.

Те, кто придерживается такой точки зрения, правильно делают, что большое внимание уделяют внутренним мотивам подлинной христианской жизни и нравственным качествам любви. Но они отставляют в сторону то, что Бог поставил рядом — наставления Святого Духа и слово, через которое Он дает эти наставления. Дух продолжает писать закон Божий в нашем сердце всю жизнь, открывая нам с помощью Писания божественные стандарты и показывая нам, как мы все еще далеки от нравственного и духовного совершенства, которое они устанавливают. В своих посланиях Павел не только учит христиан о Христе и Духе, но в каждом из них вторую часть посвящает этическим нормам, то есть закону в применении к жизни верующих (ср. Рим. 12-15; Гал. 5-6; Еф. 4:17-6:9; Кол. 3:1-4:6). Опасно пытаться быть мудрее Павла, наставляя христианской жизни. Если мы вспомним, что христиане служат Богу не ради жизни, а из-за жизни, как уже оправданные и принятые в семью дети, то не поддадимся законничеству, которого боятся антиномианисты. Наоборот, мы будем стремиться исполнять Божий закон как семейный устав, мы будем радоваться оттого, что пытаемся соблюсти его и таким образом угодить своему небесному Отцу, который возлюбил и спас нас.

«Ибо благодатью вы спасены через веру, — пишет Павел, — и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился. Ибо мы — Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять» (Еф. 2:8-10). Учение Павла о безвозмездной и всевластной благодати усмиряет гордость самоправедного законника и осуждает лень и расхлябанность антиномианиста. Правильно понятое, это учение приведет к радостной уверенности и неистощимому энтузиазму в служении Спасителю. Кто-то удачно сказал, что в Новом Завете учение — это благодать, а этика — благодарность (см. Рим. 12:1). Наш Господь учил, что тот, кто больше всех любит, тот лучше всего чувствует любовь, проявленную к нему (Лк. 7:40-42). Мир увидел бы гораздо больше реального благочестия, если бы современные христиане знали лучше, что такое Божья благодать.

Под благодатью

Жить не под законом, а под благодатью (Рим. 6:14-15), то есть иметь общение с Богом, которое дает Его избирающая, искупающая, преобразующая и сохраняющая любовь, — наивысшая честь для христианина. Давайте в заключение изучения этого вопроса рассмотрим, насколько велика эта честь.

Жизнь по благодати — это жизнь в свободе по трем причинам.

1. Как мы уже видели, христианину, живущему под благодатью, не нужно безнадежно пытаться хорошо зарекомендовать себя перед Богом, в совершенстве исполняя закон. Теперь он живет прощением и может в любой ситуации оступиться (что на самом деле неизбежно происходит снова и снова), а, оступившись, подняться, попросить прощения у Бога и начать все заново. Гордость, врожденная черта нашего характера, которая питает самоправедность и тщеславие, никогда бы не позволила нам признать ошибку или попробовать еще раз из-за боязни опять споткнуться, но со смиренным человеком, прощенным человеком, такого не случается. Жизнь христианина, наполненная ежедневными падениями, осознанием неправильных мотивов и горестными воспоминаниями, порождает в нем постоянное желание признаться, что он последний грешник, как это было и у апостола Павла в конце жизни (1 Тим. 1:15). Но каждый день прегрешения христианина прощаются, и радость появляется снова. Иисус учил, что мы должны быть готовы прощать своих ближних бесчисленное количество раз по той причине, что Бог нас прощает бесчисленное количество раз.

2. Более того, христианин, живущий под благодатью, свободен от рабства греха (Рим. 6:14). Благодаря союзу со Христом, умершим и воскресшим, и силе Святого Духа, который живет в христианине, он способен противостоять побуждениям согрешить, которыми пронизана его нравственная и духовная сущность, и Духом умертвить дела плоти (то есть плохие привычки, грехи «делания» и «неделания») (Рим. 8:13), и таким образом все больше и больше уподобляться Христу (ср. 2 Кор. 3:18) и угождать Богу. Павел в сжатой форме излагает это в Послании к Римлянам 6:1-8:14, отвечая на вопрос, почему бы оправданным по вере грехами не увеличить благодать (в прощении), согрешая, как и раньше. Павел отвечает так: христианин не только может и должен быть праведным (соблюдать закон), но он просто не может грешить так, как грешил раньше, потому что союз со Христом изменил его природу; его сердце (внутренний человек) жаждет праведности так же сильно, как раньше оно жаждало греха, и только послушание Богу может удовлетворить его самые глубокие желания. Христианин ненавидит грех, который находит в себе, ему не доставляет удовольствия совершать его. В таком состоянии находится разум человека, свободного от рабства греха. Верующий любит святость, потому что он любит Спасителя-Бога. У христианина нет желания вернуться в то время, когда, будучи рабом греха, он любил зло. Он знает, что его свобода облагородила его, принеся с собой и желание, и силы жить праведной жизнью. За это он бесконечно благодарен.

3. И наконец, христианин, живущий под благодатью, свободен от рабства страха (Рим. 8:15-17; ср. 1 Ин. 4:17-18) — страха перед неизвестным будущим, страха встречи с Богом (все мы однажды с Ним встретимся), страха быть уничтоженным злой, враждебной силой. Он знает, что он — дитя Божье, усыновленное и любимое; он уверен, что его ждет наследство и вечная радость. Он понимает, что ничто не сможет отделить его от любви Божьей во Христе, ничто не вырвет его из руки Спасителя; он знает, что все, что происходит, содействует его благу, уподобляет его Иисусу и приближает к Богу. И поэтому когда страх наполняет его душу, как это происходит время от времени с каждым нормальным человеком, он гонит его прочь, напоминая себе об этих истинах снова и снова. Джон Ньютон просто и искренно написал об этом стихотворение:

О, благодать, спасен тобой

Я из пучины бед.

Был мертв и чудом стал живой,

Был слеп и вижу свет.

Сперва внушила сердцу страх,

Затем дала покой.

Я скорбь души излил в слезах —

Твой мир течет рекой.

Прошел немало я скорбей,

Невзгод и черных дней,

Но ты всегда была со мной,

Ведешь меня домой.

Словам Господним верю я,

Моя вся крепость в них,

Он верный щит, Он часть моя

Во всех путях моих.

Когда же плоть моя умрет,

Придет борьбе конец,

Меня в небесном доме ждет

И радость, и венец.

Пройдут десятки тысяч лет,

Забудем смерти тень,

А Богу также будем петь,

Как в самый первый день.

И чего нам после этого бояться?


Глава 8 из 18« Первая«789»Последняя »