Глава 4. Сущность истинного покаяния (2)

Компонент 4: Стыд за грех

Четвертым компонентом покаяния является стыд: «чтоб они устыдились беззаконий своих» (Иез. 43:10). Красный цвет — это цвет добродетели. Когда сердце делается черным от грехов, благодать окрашивает лицо в красный цвет позора: «Стыжусь и боюсь поднять лицо мое к Тебе» (Езд. 9:6). Кающемуся блудному сыну было так стыдно за свои дела, что он считал себя недостойным больше называться сыном (Лк. 15:21). Покаяние вызывает праведную стыдливость. Если бы кровь Христа не была на сердце грешника, то и не приливала бы так сильно кровь к его лицу. Существует девять пунктов в рассмотрении греха, которые могут стать причиной нашего стыда:

(1) Всякий грех делает нас виновными, а вина, в свою очередь, вызывает стыд. До падения Адам никогда не краснел. Пока он сохранял белизну лилии, он не становился красным, как роза, но когда он грехом растоптал свою душу, словно цветок, ему стало стыдно. Грех испортил нашу кровь. А теперь мы виновны в высочайшей измене Небесной Короне. И это может являться причиной праведного стыда.

(2) В каждом грехе так много неблагодарности, что может быть также поводом для стыда. Тот, кого упрекают в неблагодарности, краснеет. Мы согрешили против Бога в то время, когда Он не давал нам для этого никакого повода: «Какую неправду нашли во Мне отцы ваши?» (Иер. 2:5). Чем Бог мог утомить нас? Может нас изнурили Его милости, эти серебряные капли, что падали на нас?! У нас была лучшая пшеница, ангельской пищей питались мы. Драгоценное масло божественного благословения ниспадало на нас с головы нашего небесного Аарона. И оскорбить доброту Благого Бога, отвергнуть все то доброе, что Он сделал для нас, как это должно устыдить нас! Так Брут бессердечно отплатил Юлию Цезарю за все его милости, ударив ножом, в тот момент, когда Цезарь спросил: «Что тебе, сын мой Брут?» [Брут, близкий друг Юлия Цезаря, участвовавший в заговоре против него в 44 г. до н.э.] Как неблагодарно платить злом за добро! Элиан [римский ученый, исследовавший природу (в нач. 3 века)], писал о грифах, что благоухание, аромат вызывает у них болезнь. Как это недостойно — заболеть роскошью и гордостью от благоухания Божьего милосердия; заплатить злом за добро, оттолкнуть руку, кормящую тебя (Втор. 32:15); сделать стрелу из Божьих милостей и выстрелить в Него, ранить Господа Его же собственными благословениями! Какая страшная неблагодарность! И не должно ли это сделать лицо наше багровым от стыда? Неблагодарность так ужасна, что даже сам Бог изумляется ей: «Слушайте, небеса, и внимай, земля, потому что Господь говорит: Я воспитал и возвысил сыновей, а они возмутились против Меня» (Ис. 1:2).

(3) Грех сделал нас нагими, и это тоже может стать причиной стыда. Грех сорвал с нас белые одежды праведности и сделал нагими и испорченными в глазах Бога. Когда Аннон оскорбил слуг Давида, обрезав их одежды, так что стала видна их нагота, Библия говорит, что «они были очень обесчещены» (2 Цар. 10:5).

(4) Наши грехи привели Христа к позору, не должно ли это устыдить нас? Его одели в пурпур, дали Ему трость в руку, плевали Ему в лицо и поносили Его, принося Ему невероятные мучения. Это и было позором креста. А то, что Он был выше всех людей на земле, то, что Он был Агнцем Божьим, делало это еще большим бесчестием. И неужели наши грехи, которые привели к позору Иисуса Христа, не станут и нашим позором? Не ужели мы не покраснеем из-за того, что из-за нас Он носил пурпур? Кто может видеть солнце, как будто налитое кровью и спрятавшееся в затмении при виде Христовых мучений, и не покраснеть при этом?

(5) Часто на тот или иной грех нас подстрекает дьявол, так не должно ли и это стать причиной стыда? Это дьявол вложил в сердце Иуды предать Христа (Ин. 13:2). Он же наполнил сердце Анания ложью (Деян. 5:3). Часто он возбуждает у нас гнев (Иак. 3:6). И как рождение на свет внебрачного ребенка является позором, тем больше позора в порождении греха, отцом которого можно назвать дьявола. В Библии говорится, что дева Мария зачала посредством силы Духа Святого (Лк. 1:35), а мы часто зачинаем через силу сатаны. Когда в сердце зарождается похоть, гордость и злоба, очень часто это происходит посредством силы дьявола. Неужели нас не устыдит мысль о том, что наши грехи совершаются в союзе с древним змеем?

(6) Грех, подобно волшебному напитку Цирцеи (Кирки) [волшебница в легендах древней Греции, которая опоила друзей Одиссея волшебным питьем и превратила их в свиней], превращает людей в животных (Пс. 48:13), и разве это не причина для стыда? В Библии грешники сравниваются с лисами (Лк. 13:32), с волками (Мф. 7:15), с ослами (Иов. 11:12), со свиньями (2 Петра 2:22). Грешник — это свинья с человеческой головой. Тот, чье достоинство когда-то было немного меньше достоинства ангелов, теперь стал подобен животному. Милость в этой жизни не уничтожает полностью звериный нрав. Агур, человек, которого нельзя назвать плохим, признался: «Подлинно, я более невежда, нежели кто-либо из людей (Пр. 30:2). Обычные грешники в своих действиях полностью уподобляются животным, они не поступают рассудительно, а увлекаются неистовством своих страстей и похотей. И как должно нас устыдить то, что мы деградировали, став на уровень ниже человеческого рода? Наши грехи удалили тот благородный, мужественный дух, который когда-то мы имели. Корона упала с нашей головы. Образ Божий искажен, разум помрачен, совесть притуплена. И в нас уже больше звериного, чем ангельского.

(7) В каждом грехе есть глупость (Иер. 4:22). Человек будет постыжен в своей глупости. Разве не глуп тот человек, что тратит больше сил на хлеб, который портится, а не на хлеб жизни? И не безрассуден ли тот, кто ради какой-то мелочи или похоти теряет Царство Небесное, подобно Тиберию, который за глоток вина платил своим царством? [Тиберий — третий римский император, упоминаемый в Евангелии от Луки (3:1), как Тиверий; правил с 14 по 37 гг. Он обвинялся в пьянстве большую часть своего правления.] Можно ли назвать умным того человека, который для того, чтобы сохранить тело, вредит своей душе? Это равносильно тому, если бы человек дал отрезать свою голову или руку, лишь бы только спасти одежду! Naviget antyciram (Гораций) [«Пусть плывет в Антициру». В Антицире, в городе на Коринфском заливе, было найдено растение морозник, которое, как полагали, исцеляет от безумия.]. Разве не глуп тот человек, который поддается соблазну, до того как узнает о последствии? Не глупец ли тот, кто думает об оздоровлении больше, чем о спасении. И как должна устыдить людей мысль, что они получают в наследство не землю, а глупость (Пр. 14:18).

(8) Покрыть нас краской стыда может и то, что наши грехи более тяжкие, чем грехи язычников. Мы, будучи более просвещенными, согрешаем больше против света. Для нас были совершены пророчества Божьи. Грех, совершенный христианином тяжелее, чем тот же самый грех, сделанный язычником, потому что верующий человек согрешает, имея более ясное понятие о грехе, которое как краска для шерсти или как гиря для чаши весов, делающая ее тяжелее.

(9) Наши грехи хуже дьявольских: падшие ангелы никогда не грешили против Христовой крови. Христос не умирал за них. Лекарство Его заслуг никогда не предназначалось для лечения их. Но это мы оскорбили и унизили Его жертву неверием.

Падшие ангелы никогда не злоупотребляли Божьим терпением. Как только они отступили, сразу же были прокляты. Господь никогда не ожидал ангелов, а мы уже истратили большую часть Божьего терпения. Он терпел нашу слабость и выносил нашу самоуверенность. И когда Его Дух был отвержен, Он все же не переставал обращаться к нам, не принимая отказа. Наше поведение было таким невыносимым, что вывело из терпения не только Моисея, но и всех ангелов. И мы довели Бога до того, что Он устал нас миловать (Иер.15:6).

Падшие ангелы никогда не грешили, имея пример. Они были первыми, кто согрешил, и это они создали первый образец. Мы видели ангелов, те утренние звезды, которые были низвержены с чудных Небес, мы смотрели на потопленный старый мир, на сожженный Содом и все же осмеливались грешить. Каким же безрассудным должен быть тот вор, который крадет на том же самом месте, где посажен на цепь его приятель. И, конечно же, то, что мы своими грехами превосходим падших ангелов, должно покрыть нас краской стыда.

Примечание 1. Является ли стыд одним из компонентов покаяния? Если да, то как далеки от покаяния те, кто не испытывает стыда? Многие грешат, не зная стыда: «Но беззаконник не знает стыда» (Соф. 3:5). Стыдно должно быть тому, кому никогда не стыдно. Господь словно клеймо ставит на евреев: «Стыдятся ли они, делая мерзости? Нет, нисколько не стыдятся и не краснеют» (Иер. 6:15). Сатана похитил стыд у людей. Когда одного из гонителей времен королевы Марии упрекнули в кровожадности по отношению к мученикам, он заявил: «Я не вижу чего мне стыдиться?» Многие не более устыжены своими грехами, чем царь Навуходоносор, когда он питался травой. Если у людей сердца из камня и лоб из меди, это знак, что дьявол полностью овладел ими. Ни одно творение, кроме человека, не способно к стыду. Свирепые звери способны ощущать страх и боль, но не стыд. Вы не сможете заставить животное покраснеть. Те, кто не способны краснеть из-за греха, становятся слишком похожи на животных.

Есть люди, которые так далеки от этого праведного стыда, что даже гордятся своими грехами. Они горды своими длинными волосами. Это назореи дьявола. «Не сама ли природа учит вас, что, если муж растит волосы, то это бесчестье для него» (1 Кор. 11:14). Таким образом уничтожается различие между полами. Другие же гордятся своими черными пятнами. А что если Бог превратит их в синие пятна кровоподтеков?

Другие так далеки от стыда за свои грехи, что даже торжествуют в них: «слава их — в сраме» (Флп. 3:19). А некоторые стыдятся того, что является их славой; они стесняются быть увиденными с хорошей книгой в руках. Слава же других в их позоре: они смотрят на грех как на правило хорошего тона. Любящий крепкое словцо думает, что его речь наиболее изыскана, когда он пересыпает ее ругательствами. Пьяница считает достоинством то, что он может много выпить (Ис. 5:22). Но когда люди будут брошены в огненное горнило, разожженное в семь раз сильнее дыханием Всемогущего, смогут ли они тогда хвастаться грехом, видя его результаты.

Примечание 2. Давайте проявим покаяние в застенчивом стыде: «Боже мой! Стыжусь и боюсь поднять лицо мое к Тебе» (Езд. 9:6). «Мой Бог» — это указывает на веру, «стыжусь» — на покаяние. Лицемеры будут уверенно доказывать, что Господь — есть их Бог, но они и не знают, что такое стыд. Станем же стыдить самих себя за грех. И будьте уверены, чем больше на нас позора за грех сейчас, тем меньше будет его на нас в пришествие Христа. Даже если грехи благочестивых и будут упомянуты в день суда, то не для того, чтобы постыдить их, а для того, чтобы восхвалить милость Божью в прощении их. Конечно, нечестивцы будут посрамлены в последний день. Они свесят свои головы и будут трястись от страха, а святые будут, как не имеющие порока (Еф. 5:27), также и без позора, и поэтому им позволят поднять головы (Лк. 21:28).

Компонент 5: Ненависть ко греху

Пятым компонентом покаяния является ненависть ко греху. Схоласты [богословы средних веков] различали два типа ненависти: ненависть к мерзости и ненависть к вражде.

Сперва приходит ненависть или отвращение к мерзости: «и почувствуете отвращение к самим себе за беззакония ваши» (Иез. 36:31). Истинно кающийся грешник — ненавистник греха. Если человек отвращается от того, что причиняет боль его желудку, то тем более он будет ненавидеть то, что мучает его совесть.

Возненавидеть грех — это больше, чем оставить его. Каждый может оставить грех из страха, как во время шторма выбрасывают за борт и столовое серебро, и драгоценные камни, но отвращение ко греху доказывает ненависть к нему. Христа невозможно полюбить до тех пор, пока грех не станет омерзительным. И небо не будет страстно желаемым, пока грех не будет вызывать отвращение. Когда душа видит, как истекает кровь, она взывает: «Господь, когда Ты избавишь меня от этого тела смерти? Когда я сброшу эти запятнанные одежды греха и мне возложат на голову чистый кидар славы? (Зах. 3:4-5) И пусть моя любовь к себе превратится в ненависть». Мы никогда так не драгоценны в глазах Божиих, как тогда, когда мы прокаженные в своих.

Во-вторых, следует ненависть к вражде. Нет лучше средства для познания жизни, как только через движение. Глаза двигаются, пульс бьется. Так и чтобы определить покаяние — нет признака лучше, чем праведное отвращение ко греху. «Ненависть, — говорил Цицерон [известный оратор и государственный деятель последнего века перед рождением Христа], — это гнев, ставший хроническим». Настоящее покаяние начинается в любви к Богу и заканчивается в ненависти ко греху.

Как распознать истинную ненависть ко греху?

1. Когда дух человека противиться греху

Не только язык должен ругать грех, но и сердце -ненавидеть. Так даже если и появится необычайно разукрашенный грех, то он будет нам отвратителен, как отвратителен нам портрет того, кого мы смертельно ненавидим, даже если он прекрасно написан. Не люблю тебя, Сабиди. [Эпиграмма римского писателя Марциала.] Предположим, что блюдо, наконец, приготовлено, и соус замечательный, но если человек терпеть не может мяса, то он и не будет его пробовать. И пусть даже дьявол приготавливает из греха приятное и многообещающее блюдо, поливая его аппетитным соусом, искренний кающийся грешник всем своим существом будет питать отвращение и не притронется к нему.

2. Истинная ненависть ко греху универсальна

Истинная ненависть ко греху универсальна в двух направлениях: к способности грешить и к самому греху.

(1) Ненависть универсальна в отношении к способности грешить, то есть, отвращение ко греху присутствует не только в рассуждениях, но и в желании и любви. Часто человек убежден, что грех отвратителен и в своем рассуждении он ненавидит его, однако все еще находит в нем сладость и имеет в нем тайное наслаждение. Здесь отвращение от греха в рассуждениях, но любовь к нему на деле; тогда как в истинном покаянии ненависть ко греху проявляется во всех способностях, и не только в интеллектуальных, но главным образом в волевых: «Что ненавижу, то делаю» (Рим. 7:15). И несмотря на то, что Павел не был свободен от греха, его желание все же было против него.

(2) Ненависть универсальна по отношению к греху. Тот, кто ненавидит один грех, тот ненавидит и все. Аристотель [древнегреческий философ, логик, метафизик и «отец естественных наук» (4 век до н.э.)] говорил о ненависти ко всему роду. Тот, кто ненавидит одну змею, ненавидит всех змей: «Ненавижу всякий путь лжи» (Пс. 118:104). Лицемеры ненавидят грехи, которые вредят их репутации, а истинно обращенный испытывает отвращение ко всем грехам: выгодным и несущим неприятности, ко всякому проявлению растления. Павел ненавидел закон греха (Рим 7:23).

3. Истинная ненависть ко греху проявляется в отношении всех его форм

Праведное сердце питает отвращение ко греху за то, что он оскверняет человека изнутри. Грех оставляет пятна на душе. Возрожденный духовно человек ненавидит грех не только за проклятие, которое он влечет за собой, но и за болезнь, которую он приносит. Он питает отвращение к этому змею не только за его жало, но и за его яд. Возрожденный ненавидит грех не только из-за ада, но и как ад.

4. Истинная ненависть непримирима

Никогда уже не может быть примирения с грехом. Если гнев еще можно примирить, то ненависть примирить нельзя. Ко греху, как Амалику, никогда уже не будет благоволения. Война между дитем Божьим и грехом, подобна войне между двумя царями: «Между Ровоамом и Иеровоамам была война во все дни жизни их» (3 Цар. 14:30).

5. Настоящая ненависть противится не только греху, находящемуся в нас, но и в других тоже

Ефесская церковь не могла сносить развратных (Откр. 2:2). Павел резко осудил Петра за его лицемерие, не смотря на то, что он (Петр) был апостолом. Христос в праведном гневе выгнал меновщиков из храма (Ин. 2:15). Он не мог позволить, чтобы храм превратили в дом торговли. Неемия строго выговорил знатнейшим за их ростовщичество (Неем. 5:7) и за осквернение дня субботнего (Неем. 13:17). Ненавистник греха не будет терпеть зла и в своей семье: «Не будет жить в доме моем поступающий коварно» (Пс. 100:7). Какой позор, что мироправители могут показать характер в порыве гнева и не проявить героического духа в подавлении зла. Те, у кого нет антипатии ко греху, чужды покаянию. Грех, который в них, как яд в змее, естественен для них и доставляет им удовольствие.

Как далеки от покаяния те, кто вместо того, чтобы ненавидеть, любят грех! Для верующего грех, как сучок в глазу; для нечестивого, как корона на голове: «когда, делая зло, ты радуешься» (Иер. 11:15). Любить грех — это хуже, чем его делать. Хороший человек может впасть в грех необдуманно, но любить грех — это безрассудство. Что делает свинью свиньей, как не любовь ее валяться в грязи? И что делает дьявола дьяволом, как не любовь его к тому, что противно Богу? Любовь ко греху показывает, что грех является желанным, и чем больше желание греха, тем больше грех. Но произвольно делающий грех не может очиститься от греха через жертву (Евр. 10:26).

О как много тех, кто любят запретный плод! Они любят богохульства и прелюбодеяние; они любят грех и ненавидят порицание. Соломон говорил о сынах человеческих «безумие в сердце их, в жизни их» (Еккл. 9:3). Так, для людей любить грех, значит обнимать смерть, играя с проклятьем; «безумие в сердце их».

Это побуждает нас проявлять покаяние сильной ненавистью ко греху. Крокодил и скорпион относятся друг к другу со смертельной ненавистью; так же должно быть между сердцем и грехом.

Вопрос: Что есть такого во грехе, что могло бы заставить кающегося грешника ненавидеть его?

Ответ: Грех ужасен, это самое уродливое чудовище. Апостол Павел использует очень выразительное слово, чтобы подчеркнуть это: «так что грех становится крайне грешен» (Рим. 7:13); или как в греческом, «гиперболически грешен». То, что грех является гиперболическим злом и заслуживает ненависти, станет понятным, если мы посмотрим на грех с четырех точек зрения:

(1) Посмотрите на происхождение греха, откуда он появляется. Его родословная берет свое начало в аду: «Кто делает грех, тот от дьявола, потому что сначала дьявол согрешил» (1 Ин. 3:8). Грех — это работа, присущая дьяволу. Бог прилагает руку к тому, чтобы поставить грех на место, Сатана же прилагает руку к тому, чтобы привести его в действие. Как отвратительно делать то, что свойственно Сатане, то, что делает людей его прислужниками.

(2) Посмотрите на грех в его сущности, и он окажется очень отвратительным. Обратите внимание, как Писание определяет его: он бесчестит Бога (Рим. 2:23); бесславит Бога (1 Цар. 2:30); раздражает Бога (Иез. 16:43); затрудняет Бога (Ис. 7:13); разбивает сердце Бога, как сердце любящего мужа разбивается не целомудренным поведением жены: «Меня разбили их блудные сердца» (Иез. 6:9) [Данный стих переведен дословно с англ, варианта перевода Библии. — Прим. перев.]. Грех снова распинает Христа и выставляет его на открытое поругание (Евр. 6:6); так бесстыдные грешники пронзают Христа в Его святости, и будь Он сейчас на земле, они распяли бы Его вновь. Посмотрите же на отвратительную сущность греха.

(3) Посмотрите на грех в сравнении, и он окажется ужасным. Сравните грех с бедствием и адом, и он будет хуже их обоих. Он хуже, чем бедствие: болезнь, нищета, смерть. В капле греха больше зла, чем в океане несчастия, потому что грех является причиной несчастия, а причина важнее следствия. Меч Божьей справедливости лежит спокойно в ножнах, пока его не вытащит грех. Страдание полезно для нас: «Благо мне, что я пострадал» (Пс. 118:71). Страдания приводят к покаянию (2 Пар. 33:12). Когда ранят змею, она извергает свой яд; так же, когда нас бьет Божий бич, мы выплевываем яд греха. Страдание совершенствует наше милосердие. Золото становится чистейшим, а аромат можжевельника приятнейшим — в огне. Скорбь предотвращает проклятие (1 Кор. 11:32) Поэтому император Маврикий [римский император шестого века] молил Бога наказать его сейчас в этой жизни, чтобы он не имел страданий после. Так, в несчастии много того, что служит для нашей пользы, в грехе же ничего хорошего. Страдания Манассии привели его к смирению, а грех Иуды довел его до безумия.

Страдание достигает только тела, а грех идет дальше: он отравляет разум, приводит к болезням. Горе лишь исправляет, грех же разрушает. Страдание может только забрать жизнь, грех же забирает душу (Лк. 12:20). У человека, который переносит страдания, совесть может оставаться спокойной. Когда ковчег носился по волнам, Ной мог петь в нем. Когда тело страдает и мечется, христианин может воспевать в сердце своем Богу (Еф. 5:19). Но, когда человек совершает грех, в его совесть вселяется ужас. Спира после отречения от веры сказал, что проклятые духи, он думает, не претерпевают тех мучений, которые он претерпел внутри себя. [Спира — известный юрист, живший возле Венеции в период реформации (16 в.). Он вышел из католицизма и принял протестантскую веру, но позже отрекся и умер в отчаянии в 1548 г. Его Жизнь была напечатана в Женеве в 1550 г. с предисловием Жана Кальвина. Джон Буньян был глубоко поражен тем, что произошло со Спирой. Это он, несомненно, представлен в Путешествии Пилигрима человеком в железной клетке в Доме Истолкователя.]

В страданиях можно иметь любовь Божию (Откр. 3:19). Если бы один человек бросил сумку денег другому, и при этом поранил бы его немного и сорвал кожу, тот бы не отнесся к этому с недовольством, но воспринял бы это как плод любви. Так, когда Бог причиняет нам боль страданиями, это для того, чтобы обогатить нас дорогими милостями и утешить своим Духом. Но когда мы совершаем грех, Бог удаляет Свою любовь. Когда Давид согрешил, он не чувствовал ничего, кроме недовольства Бога: «Облако и мрак окрест Его» (Пс. 96:2) Именно так Давид и воспринял это. Он не мог видеть ни радугу, ни солнечный луч, ничего кроме облаков и мрака вокруг Божьего лика.

То, что грех хуже страдания, очевидно из того, что величайшее наказание, которое Бог может возложить на человека в этой жизни, это позволить грешить ему без контроля. Когда недовольство Господа возгорается с наибольшей силой против человека, Он не говорит: «Я наведу меч и язву на этого человека, но пусть он грешит». «Потому Я оставил их упорству сердца их, пусть ходят по своим помыслам» (Пс. 80:13). Так, если оставление человека с его грехом (по мнению Самого Бога) — самое страшное зло, значит грех намного хуже бедствия. И если это так, то каким ненавистным он должен быть для нас!

Сравните грех с адом и вы увидите, что грех хуже. Ад — это место страшных мучений, и, тем не менее, ничего нет хуже греха. Ад сотворен Богом, но грех не Его творение. Грех — это дьявольское произведение. Мучения ада являются бременем только для грешника, грех же тяжесть для Бога: «Я придавлен вами, как придавлена колесница, нагруженная снопами» (Ам. 2:13) [Здесь имеет место расхождение в английском и русском переводах Библии. — Прим. перев.]. В мучениях ада есть что-то положительное, а именно: исполнение божественной справедливости. И если справедливость найдена в аду, то грех — пример величайшей несправедливости. Он обворовывает Бога в Его славе, Христа в Его приобретении, душу в ее счастье. Рассудите теперь, разве грех не самое отвратительное, что только может быть, что даже хуже страданий и ада.

(4) Взгляните на результат и последствия греха, и он окажется отвратительным. Грех достигает тела. Он подвергает его множеству страданий. Мы приходим в мир с криком, и уходим со вздохом. Это заставляло Троянцев плакать в день рождения их детей, как писал Геродот, когда они рассуждали о бедствиях, которые их дети должны будут переносить в мире. Грех это Троянский конь, из которого выходит целая армия бед. [Ссылка на поэму греческого поэта Гомера о деревянном коне, в котором спрятались солдаты, и с помощью которого греки захватили Трою (рядом с Дарданеллами). Одна из наиболее известных поэм, дошедшая до нас из древности.] И нет нужды называть их, потому что почти каждый с ними знаком. В то время как мы высасываем мед, нас пронзает боль от уколов эрики. [Медоносное растение. — Прим. перев.] Грех расплескивает вино нашего утешения, и выкапывает нам могилу (Рим. 5:12).

Грех достигает души. Из-за греха мы потеряли образ Божий, который включал нашу святость и наше величие. Адам в первоначальной своей славе был подобен глашатому, на котором — гербовый щит. Все уважают его, потому что он носит царский гербовый щит, но уберите этот щит, и ни один человек не обратит на него внимания. Грех совершил это бесчестие с нами. Он сорвал с нас одежду невинности. Но это еще не все. Эта остистая стрела греха хотела бы проникнуть еще глубже. Грех навсегда желал бы разделить нас с возможностью лицезреть Бога, в присутствии которого полнота радости. И если грех так гиперболически грешен, то это должно увеличить наше раздражение и возбудить наше неумолимое негодование против него. Ненависть Амнона к Фамари была сильнее любви, которую он имел к ней (2 Цар. 13:15). Так и мы должны ненавидеть грех бесконечно больше, чем когда-то любили его.

Компонент 6: Обращение от греха

Шестой компонент в покаянии — это поворот от греха. Реформация оставлена напоследок, чтобы замкнуть шествие покаяния. Что из того, что кто-то может вместе с Ниобой, рыданьями превратить себя в камень, если он не выплакал грех через слезы? [Ниоба — жена фиванского царя, которая хвасталась своими двенадцатью детьми, и впоследствии, согласно греческой легенде, она внезапно потеряла их. Горе превратило ее в камень, который летом ронял слезы.] Истинное покаяние подобно aqua fortis (азотной кислоте) разъедает железную цепь греха. Поэтому рыдание и обращение ставятся Богом вместе (Иоил. 2:12). После того как туча скорби пролилась слезами, небосклон души становится чище: «Обратитесь и отвратитесь от идолов ваших, и от всех мерзостей ваших отвратите лицо ваше» (Иез. 14:6). Это обращение от греха называется оставлением греха (Ис. 55:7); так человек оставляет общество вора и чародея. Это называется удаление греха (Иов. 11:14), как Павел избавился от змеи, сбросив ее в костер (Деян. 28:5). Смерть для греха — это жизнь покаяния. В тот самый день, когда христианин обращается от греха, он должен предписать себе пожизненный пост. Глаз должен поститься от нечистых взглядов. Ухо должно поститься от слышания клеветы. Язык должен поститься от ругательств. Руки — от взяток. Ноги — от путей развратительницы. А душа должна поститься от любви ко злу. Такое обращение от греха предполагает значительные изменения.

В сердце происходит перемена. Кремневое сердце становится плотяным. Сатана хотел, чтобы Христос доказал Свою божественность посредством превращения камней в хлеб. Однако Христос совершил куда большее чудо, превратив камни в плоть.

В жизни происходят изменения. Обращение от греха так очевидно, что другие могут увидеть его. Поэтому оно называется переходом от тьмы к свету (Еф. 5:8). Павел, после того как увидел небесное видение, так изменился, что все изумлялись этой перемене. Покаяние превратило темничного стража во врача и санитара (Деян. 16:33). Он взял апостолов, омыл их раны и поставил еду перед ними. Вот корабль плывет на восток, но налетел ветер и повернул его на запад. Подобно и человек направлялся в ад, пока не подул противоположный ветер Духа Божьего, и, изменив его курс, не заставил его плыть к Небесам. Златоуст, говоря о покаянии ниневитян, сказал, что если бы чужестранец, который видел греховную неумеренность Ниневии, зашел в город после того как они покаялись, он едва ли поверил бы, что это тот же самый город, потому что он так был изменен и преобразован. Покаяние производит в человеке такое видимое изменение, как если бы другая душа поселилась в том же самом теле.

Чтобы обращению от греха было дано правильное определение, необходимы несколько условий:

1. Обращение от греха должно быть от всего сердца

Сердце — это primum vivens, первое, что начинает жить, и оно должно быть primum vertens, первым, что обращается. Сердце это то, за что дьявол борется с наибольшей силой. Он даже не боролся так за тело Моисея, как он борется за сердце человека. В религии сердце является всем. Если сердце не обращено от греха, оно не лучше лжи: «Вероломная сестра ее Иудея не обратилась ко Мне всем сердцем своим, а только притворно» (Иер. 3:10), или как на иврите «лживо». Иудея сделала вид, что изменилась; она не была такой крайней идолопоклонницей, как другие десять племен. И все же Иудея была хуже, чем Израиль: ее называют «вероломная» Иудея. Она претендовала на изменение, но его в действительности не было. Ее сердце было не для Бога, она обратилась не от всего сердца.

Отвратительно делать вид, что обратился от греха, в то время как сердце все еще в союзе с ним. Я читал об одном из наших Саксонских королей, который был крещен, но у него в одной и той же церкви был один алтарь для христианской религии, другой для языческой. Богу же будет принадлежать сердце полностью обращенное от греха. Истинное покаяние не должно иметь исключений или умолчаний.

2. Обращение должно быть поворотом от всех грехов

«Да оставит нечестивый путь свой» (Ис. 55:7). Искренне кающийся грешник сворачивает с пути греха. Всякий грех должен быть оставлен, как Ииуй хотел, чтобы все священники Ваала были убиты (4 Цар. 10:24), — ни один не должен был спастись — так же искренне обращенный добивается уничтожения всякого вожделения. Он знает, как опасно увлечься даже одним каким-нибудь грехом. Тот, кто прячет одного мятежника в своем доме, является изменником Короне, и тот, кто относится снисходительно к одному греху, является вероломным лицемером.

3. Обращение должно иметь духовную основу

Человек может сдерживать проявления греха и все же не обратиться от греха должным образом. Действия греха могут быть ограничены страхом или убеждением, но искренне кающийся обращается от греха на основании христианской заповеди, любви к Богу. Даже если грех не приносил горьких плодов, если смерть не росла на этом дереве, благородная душа будет избегать его из-за любви к Богу. Это самое лучшее обращение от греха. Когда какие-то предметы, будучи замороженными, примерзли друг к другу, то лучший способ разделить их — это использовать огонь. Когда люди и их грехи примерзли друг к другу, то чтобы разделить их, нет ничего лучше огня любви. Три человека спрашивали один другого, что их заставило оставить грех: один сказал: «Я думаю о Небесных радостях», другой: «Я думаю об адских мучениях», третий же сказал: «Я думаю, о любви Божьей, и это вынуждает меня отказаться от греха. Как я предам Божью любовь?»

4. Обращение от греха должно быть поворотом к Богу

Это написано в Слове Божьем: «чтоб они покаялись и обратились к Богу» (Деян. 26:20). Обращение от греха подобно удалению стрелы из раны; обращение к Богу словно льющийся на рану бальзам. В Писании мы читаем об обращении от мертвых дел (Евр. 6:1) и покаянии пред Богом (Деян. 20:21). Испорченные сердца делают вид, что оставляют старые грехи, но они не обращаются к Богу и не принимают Его помощи. Не достаточно оставить территорию дьявола, мы еще должны стать под Христово знамя и служить в Его войсках. Блудный сын не только оставил своих подружек, но он встал и пошел к своему отцу. Вот, что вызывает Божье недовольство: «Они обращались, но не к Всевышнему» (Ос. 7:16). В истинном покаянии сердце указывает на Бога, как стрелка компаса на северный полюс.

5. Истинное обращение от греха должно быть таким, чтобы уже не было возврата

«Что мне еще за дело до идолов? Скажет Ефрем» (Ос. 14:9). Оставление греха должно быть подобно оставлению родной земли, чтобы никогда больше на нее не вернуться. Некоторые, казалось, обратились и отвернулись от греха, но вернулись к ним вновь. Это возвращение к безрассудству (Пс. 84:9). Здесь имеет место страшный грех, потому что он совершен против чистого света. Как правило, тот, кто однажды оставил свой грех, чувствовал его горечь в угрызениях совести. Но все же он возвращается к нему снова, и, следовательно, грешит против озарения Духа.

Возврат ко греху упрекает Бога: «Какую неправду нашли во Мне отцы ваши, что удалились от Меня?» (Иер. 2:5). Тот, кто возвращается ко греху, косвенно обвиняет Бога во зле. Если человек прогоняет свою жену, это значит, что он знает какую-то ее вину. Оставить Бога и возвратиться ко греху — это молча клеветать на Создателя. Бог, Который ненавидит грех и отворачивается от него (Мал. 2:16), ненавидит, когда отворачиваются от Него Самого.

Возвращение ко греху дает дьяволу больше власти над человеком, чем когда-либо. Когда человек отвращается от греха, дьявол, кажется, изгнан из него, но когда человек возвращается ко греху, дьявол заходит в свой дом снова, занимает жилище, «и бывает для человека того последнее хуже первого» (Мф. 12:45). Заключенного, сбежавшего из тюрьмы и вновь пойманного, заключат еще в более сильные оковы. Тот, кто оставил дорогу греха, словно бежал из тюрьмы дьявола, но если сатана поймает его на возвращении ко греху, он будет держать его еще крепче и завладеет им больше, чем когда-либо. Обратите внимание на это! Истинное обращение от греха является разрывом с ним, так чтобы уже никогда не подходить к греху близко. Тот, кто отвратился от греха таким образом, является благословенным человеком: «Бог, воскресив Сына Своего Иисуса, к вам первым послал Его благословить вас, отвращая каждого от злых дел ваших» (Деян. 3:26).

Примечание 1. Является ли обращение от греха необходимым компонентом покаяния? Если да, то мало найдется настоящих покаяний. Люди не обратились от своих грехов, они все еще такие, как и были раньше. Они были гордыми, такими же и остались. Подобно животным в Ноевом ковчеге, они вошли в ковчег нечистыми и вышли нечистыми. Нечистыми люди подходят к таинству и уходят они нечистыми. И, хотя они видели так много изменений вокруг [Возможно, под изменениями автор имеет ввиду наказания, которые Бог посылал упорствующему народу. — Прим. перев.], внутри у них не произошло ни одного: «Но народ не обращается к Бьющему его» (Ис. 9:13). Как они могут говорить, что покаялись, когда они не обратились? Омыты ли в Иордане те, у которых проказа все еще на лице? И не может ли Бог сказать тем, кто не изменился, как однажды сказал Ефрему: «Привязался к идолам Ефрем; оставь его!» (Ос. 4:17)? Так же и человеку, связанному пьянством и нечестием: «Оставь его, пусть он продолжает грешить»; но, если есть справедливость в Небесах или воздаяние в аду, он не останется безнаказанным.

Примечание 2. Заслуживают осуждения те, кто обращен наполовину. И кто же это? Те, которые обращаются в своих рассуждениях, но не в жизни. Они не могут не знать, что грех, подобно Сатурну, имеет ужасный вид и влияние, и что они будут плакать из-за греха. [Астрологи, не являющиеся христианами, долгое время полагали, что планеты оказывают хорошее или плохое влияние на человеческую жизнь. Предполагалось, что планета Сатурн (Saturn) оказывает гибельное влияние на человека, отсюда и прилагательное saturnine (мрачный).] Однако они настолько в его власти, что у них нет сил для того, чтобы оставить его. Их развращение сильнее, чем их убеждение. Такие и являются обращенными наполовину, «почти христианами» (Деян. 26:28). Они подобны Ефрему, который был хлебом, испеченным с одной стороны и сырым с другой (Ос. 7:8)

Обращенные наполовину это те, кто отвернулся только от явного, грубого греха, но внутри у них не происходит работа благодати. Они не ценят Христа и не любят святости. С такими людьми происходит то же, что и с Ионой: он получил растение, которое защищало его от палящего солнца, и думал, что уже в безопасности, но вскоре появился червь и подточил растение. Так и люди, обратившись от явного греха, думают, что их порядочность будет растением, которое защитит их от гнева Божьего. Но в предсмертный час появится червь совести, который уничтожит это растение, после чего сердца их дрогнут, и они потеряют надежду.

Обращены наполовину и те, кто отвернулись от множества грехов, но не отвратились от какого-либо особого греха. В сердце их живет блудница, которой они не позволяют уйти, как если бы человек был исцелен от всех болезней, кроме рака груди — недуга, который убивает его. Заслуживают осуждения те, чье обращение равносильно необращению, кто изгоняет одного злого духа и принимает другого. Они обращаются от ругательства к злословию, от расточительства к жадности, как больной человек после трехдневной лихорадки заболевает четырехдневной малярией. Такое обращение обратит людей к аду.

Примечание 3. Покажем же наше покаяние в обращении от греха к Богу. Но у меня мало надежды, что у некоторых это получится. Как бы пронзительно ни звучала труба Слова, как бы ни гремели им предупреждения, и пусть даже искры адского огня летят им в лицо, они все же будут продолжать играть с грехом. Эти люди подобны свиньям из Евангелия, которых дьявол безжалостно увлекает в море. Они скорее проклянут, чем обратятся: «Они крепко держатся обмана и не хотят обратиться» (Иер. 8:5). Но если есть в нас сколько-нибудь искренности и рассудительности, если совесть не погружена в глубокий сон, то давайте послушаем голос Утешителя и обратимся к Богу, нашему величайшему благу.

Как часто Бог призывает нас обратиться к Нему? Он клянется: «Живу Я, говорит Господь Бог: не хочу смерти грешника. Обратитесь, обратитесь от злых путей ваших» (Иез. 33:11). Богу было бы приятнее видеть наши слезы покаяния, чем нашу кровь.

Обращение к Богу совершается для нашей же пользы. Наше покаяние выгоду приносит не Богу, а нам. Если человек пьет из источника, то он приносит пользу себе, а не источнику. Когда он видит свет солнца, то это оживляет его самого, а не солнце. И, если мы обращаемся от наших грехов к Богу, Бог не получает выгоды от этого. Только мы сами пожинаем пользу. В этом случае наше себялюбие должно быть удовлетворено: «Если ты мудр, то мудр для себя» (Пр. 9:12).

Если мы обратимся к Богу, Он обратится к нам. Он отвратит свой гнев и призрит на нас. Давид молился: «Призри на меня и помилуй меня» (Пс. 85:16). «Обратитесь ко Мне, говорит Господь Саваоф, и Я обращусь к вам» (Зах. 1:3). Тот, кто был врагом, обратится, чтобы стать нашим другом. Если Бог обратится к нам, то и ангелы будут обращены к нам. Они будут охранять и опекать нас (Пс. 90:11). Если Бог обратится к нам, все происходящие обратиться нам во благо: и радости и беды; мы будем вкушать мед с конца палки (1 Цар. 14:27).

Таким образом, мы рассмотрели несколько компонентов покаяния.


Глава 5 из 13« Первая«456»Последняя »