1 глава

Сначала пророка посылают с обличением, а затем — с утешением; сначала он должен разоблачить грех и обличить народ, а затем — обещать пришествие Устраняющего грех. Именно к такому образу действий прибегает Дух, когда работает над нашими душами (Иоан 16:8). Сначала Он вскрывает рану, а затем прикладывает лечебный бальзам. Бог позаботился (и, казалось бы, весьма успешно) о том, чтобы обручиться с Израилем посредством провидения и уставов; но судя по жалобам, которые Он имеет на израильтян, они получили Божью благодать напрасно.

I. Они проявили ужасную неблагодарность по отношению к Богу, учитывая Его милости, и не воздали должным образом за обретенные блага (ст. 1 — 5).

II. Они были легкомысленными и недобросовестными в исполнении Его уставов; в частности, это касается священников, на которых, лежала особая ответственность за исполнение таковых (ст. 6-14). Что уже говорить о людях, на которых не действуют ни провидение, ни уставы и которые бесславят Бога там, где надлежало бы приносить Ему честь!

Стихи 1-5. Пророчество данной книги озаглавлено: бремя слова Господа (The burden of the word of the Lord — англ. пер, ст. 1), а это значит, что (1) оно имело огромный вес и значение. Слова, произносимые лжепророками, были легкими, как мякина, а сказанное истинным пророком было тяжелым, как чистое зерно (Иер 23:28).

(2) Сказанное истинными пророками надлежит повторять часто, как припев песни (еще один перевод слова burden припев, прим. переводчика).

(3) Были люди, для которых сказанное стало бременем и упреком; они изнывали от этих слов и были столь опечалены, что не могли их вынести.

(4) Если услышавшие не покаются, то пророческое слово станет для них настоящем бременем, тянущим их вниз — в преисподнюю.

(5) Принявшим, полюбившим и откликнувшимся на слово оно, оставаясь бременем, покажется легким, как говорит наш Спаситель (Мат 11:30).

Это бремя слова Господа было послано:

(1) Израилю, ибо именно к этому народу относились живые слова пророчества, равно как и записанное Слово. Бог посылал к ним многих пророков и теперь желает испытать, а не послушают ли они еще одного.

(2) Через Малахию, рукой Малахии, как если бы это было не сообщение, прозвучавшее из его уст, а письмо, вложенное в его руку для большей надежности.

В этих стихах израильтян обвиняют в неблагодарности и в том, что они не восприняли должным образом Божьей благости, выделившей их из числа других народов; причем такое обвинение, как это, вполне может считаться бременем, ибо оно тяжкое.

I. Бог утверждает, что проявлял и часто выражал им Свое весьма доброе отношение: Я возлюбил вас, говорит Господь (ст. 2). За таким неожиданным началом проповеди кроется Божье намерение согласовывать со Своей любовью выдвинутые против народа обличения, какими бы они ни были, и позаботиться, чтобы израильтяне сохранили о Нем добрые мысли. Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю. Таким образом, проповедь начинается с добрых слов. Господу угодно, чтобы Его народ всегда довольствовался Его любовью и помнил о ней. То же самое Господь говорил еще в древности деве Израиля, чтобы вызвать в ней чувства к Себе: любовью вечною Я возлюбил тебя (Иер 31:3,4). В этой лаконичной фразе заключаются все Божьи благодеяния по отношению к израильтянам; источником всего была Божья любовь; Господь возлюбил их потому, что пожелал любить их (Втор 7:7,8), возлюбил их, когда Израиль был юн (Ос 11:1). Господь благоволил к ним (Ис 62:4). «Я возлюбил вас, а вы не любили Меня, и Я не получил за Свою любовь должной отдачи». Следует заметить: Божьему народу нужно часто напоминать о Божьей любви к нему.

II. Израильтяне сомневаются в Божьей любви, преуменьшают значение ее проявлений и, по-видимому, спорят с Богом, когда Он говорит им о ней: а вы говорите: «в чем явил Ты любовь к нам?» Бог прослеживает путь Своих милостей от их источника — Его любви, подобным же образом Он прослеживает путь грехов израильтян от источника таковых, а именно — пренебрежения Его любовью. Вместо того чтобы признать Его доброту и постараться отблагодарить за нее. израильтяне сочли неприемлемым признать, чем они обязаны Господу, тем самым подстрекая Его приводить доказательства Своей любви в виде материальных благ. При этом они думают и говорят о проявлениях Божьей доброты с презрением, считая их столь незначительными и малочисленными, что нечего и упоминать, ибо это не достойно воздаяния, по крайней мере, по их мнению, проявления доброты даже не уравновешивали проявлений Божьего гнева. «Разве мы не подвергались разорению и обнищанию и нас не уводили в плен? Так в чем же явил Ты любовь к нам?» Следует заметить: Богу очень не нравится (причем на законном основании), когда пренебрегают Его милостями, называя таковые недостойными внимания; с нашей стороны нелепо спрашивать, в чем Он явил Свою любовь к нам, тогда как, куда ни глянь, найдешь подтверждения и проявления Его любви.

III. Господь дает понять, причем неопровержимо, что Он возлюбил израильтян и Его любовь выделяла их из числа остальных народов, за что им надлежит быть по-особому признательными. В качестве подтверждения Он говорит о различиях, которые провел и до сих пор проводит между Иаковом и Исавом, между израильтянами и идумеями. Некоторые толкуют вопрос ив чем же явил Ты любовь к нам?» таким образом: израильтяне на самом деле признают, что Бог возлюбил их, но при том намекают, что у Бога была на то причина и якобы Он любил их потому, что сначала их отец Авраам возлюбил Его, а значит, любовь была не безусловной, а возникла из чувства долга. На что Бог отвечает: «Разве Исав не состоял с Авраамом в таком же близком родстве, как и вы? Не брат ли Исав Иакову? Не старший ли его брат? А значит, если любовь Авраама и требовала бы какого-то воздаяния, то была бы явлена Исаву; тем не менее Я возлюбил Иакова, а Исава возненавидел».

1. Пусть израильтяне увидят, какое различие провел Господь между Иаковом и Исавом. Исав был братом Иакова, братом-близнецом: и однако же Я возлюбил Иакова, а Исава возненавидел, то есть принял Иакова в завет и дал ему и его потомкам право наследования благословений, тогда как Исаву отказал и отверг его». Следует заметить: кто принят в завет с Богом и кому переданы живые слова и средства благодати, у того есть причина расценивать это как знаки Божьей любви. Иаков любим, ибо у него есть это, а Исав ненавидим, потому что у него этого нет. Данные слова цитирует апостол (Рим 9:13) и сравнивает их со словами, сказанными Ревекке о ее близнецах: «и больший будет служить меньшему» (Быт 25:23), чтобы проиллюстрировать учение о суверенности Бога в распределении милостей; ибо разве Бог не властен в Своем делать, что хочет? Ненависть к Исаву была заслуженной, а любовь к Иакову — безусловной; ей, Отче! Ибо таково было Твое благоволение, и не наше дело спрашивать зачем да почему.

2. Пусть они увидят, как Господь поступает с ними в данное время и что пожелал сделать в связи с проведенным изначально различием.

(1) Идумеи станут памятником Божьему правосудию, и Господь прославится в их полном истреблении: Исава Я возненавидел и предал горы его опустошению, горы Сеир, которые были его владением. Когда халдейское войско разорило все уголки мира, то страна Едома, наряду с остальными, лежала в руинах и стала обиталищем шакалам пустыни — столь сильно она была опустошена, как и предсказывалось (Ис 34:6,11). Идумеи ликовали поражению Иерусалима (Пс 116:7), и поэтому со стороны Бога справедливо передать в их руки ту же чашу исступления. Хотя разрушение Идумеи и происходило в числе последних, оно было продолжительным, а опустошение оказалось нескончаемым. И в этом было проведено различие между Иаковом и Исавом, а также проводится между праведными и нечестивыми, тогда как в противном случае всему и всем было бы одно и одна участь ждала бы праведника и нечестивого. Города Иакова лежали в руинах, но их восстановили; города Едома подверглись разорению и уже не были восстановлены. Страданиям праведника придет конец, причем благополучный конец; они будут вознаграждены за все скорби, и печаль обернется радостью; а страдания нечестивцев окажутся бесконечными и непоправимыми, как опустошение Едома (ст. 4). Здесь примите во внимание:

[1] тщетные надежды идумеев на то, что их развалины будут восстановлены так же, как у израильтян, хотя у них и не было обетования, на котором можно строить упования. Они говорят: «Это правда, что мы разорены; такое случилось со всеми, это неизбежно; но мы восстановим разрушенное; мы решительно настроены восстановить» (вместо того чтобы попросить разрешения у Бога). «Мы хотим восстановить, независимо от того, есть ли на то Божья воля; более того, мы восстановим даже вопреки Божьему образу действий». А посему земле Едома выносится приговор: будет от рода в род оставаться опустелою (Ис 34:10). Они строили самонадеянно, как Ахиил строил Иерихон, прямо противореча Божьему слову (3Цар 16:34), которое не замедлит исполниться. Следует заметить: для людей, чьи сердца не смиряются в смиряющих обстоятельствах, характерно считать, что они могут выступить против Самого Бога и построить, посадить и вернуть себе былое процветание, несмотря на то что Бог предрекает им разорение.

[2] Крушение надежд и разочарование. Они говорят: мы восстановим. Что же говорит Бог Саваоф? Ибо мы уверены, что Его, а не их слово состоится; а Он говорит: во-первых, их попытки потерпят неудачу: они построят, а Я разрушу. Следует заметить: поступающие вопреки Божьему слову убедятся, что Бог идет против них, ибо кто восставал против Него и оставался в покое? Отвергнув Христа и Его Евангелие, иудеи сами стали идумеями, и данные слова исполнились в них. Когда во времена императора Адриана они пытались восстановить Иерусалим, то Бог посредством землетрясения и вспышек пламени низверг восстановленное ими, что заставило их отказаться от данного предприятия. Во-вторых, все вокруг будут считать их обреченными на погибель. Каждый видящий идумеев назовет их областью нечестивою, грешным народом, причем безнадежно грешным, а посему они — народ, на который Господь прогневался навсегда. Поскольку их нечестие никогда не поддастся исправлению, то и разрушения восстановлению не подлежат. На Израиля Бог мало прогневался (Зах 1:15), но Божье негодование на Едома велико, и оно будет вечным, потому что идумеи — народ, преданный Господом заклятию (Ис 34:5).

(2) Израильтяне станут памятником Божьей милости, и Господь прославится в их спасении (ст. 5). «Идумеи будут заклеймены позором как народ, ненавидимый Богом, и увидят это глаза ваши, и тогда ваши сомнения относительно Божьей любви к вам рассеются навсегда; ибо вы скажете, причем небезосновательно: возвеличился и будет велик Господь над пределами Израиля! Над всеми его уголками от края до края». Пределы Едома названы областью нечестивою, и поэтому Господь прогневается на него навсегда; а пределы Израиля это область святая (Пс 77:54), область святилища Божия, н поэтому Бог открыто явит (хотя какое-то время земля и будет, возможно, пребывать в запустении), что у Него припасена милость для Израиля, и таким образом Он возвеличится: Он даст Своему народу как повод, так и желание сердца хвалить Его. Когда пределы Едома будут оставаться в запустении, а пределы Израиля будут восстанавливаться и наполняться, тогда станет очевидным, что Бог возлюбил Иакова. Следует заметить:

[1] кто сомневается в любви Бога к Своему народу, гот рано или поздно получит убедительные и неопровержимые доказательства таковой: «И увидят глаза ваши то, во что вы не хотите верить».

[2] Избавление от беды надлежит считать подтверждением благоволения Бога к Своему народу, даже если Он допустил, чтобы народ постигла беда (Пс 33:20).

[3] Проводящая различие благодать ко многому обязывает. Если Бог пришел в ярость на пределы Израиля, но в руинах оставил пределы Едома, то пусть израильтяне постыдятся спрашивать: «в чем явил Ты любовь к нам?»

[4] Когда Израиль удостаивается чести, тогда возвеличивается Бог Израилев, и так или иначе исповедующие Бога люди приносят Ему честь.

[5] Поскольку славой Господа является Его благость, то, когда Он делает нам добро, мы должны называть Его великим, ибо таким образом мы возвеличиваем Его. Одним из проявлений Божьей благости является то обстоятельство, что Господь желает мира рабу Своему, и за это любящие Его спасение скажут: да возвеличится Господь! (Пс 34:27).

Стихи 6-14. Здесь пророк по особому поручению призывает к ответу священников, хотя те и сами были поставлены судьями, призывающими к ответу народ. Пусть управляющие домом Божьим знают, что и над ними есть Тот, Кто посчитается с ними за плохое управление. Так говорит Господь Саваоф вам, священники! (ст. 6). Богу будет что сказать неверным Служителям; и обращающиеся от Божьего имени к Его народу должны постараться услышать Его слова и внять им, чтобы сначала спастись самим; а иначе как они смогут спасти слушающих их? Данное здесь священникам обличение является строгим и, несомненно., заслуженным; они обвиняются в осквернении вверенных им Божьих святынь; и если это было преступлением священников, то у нас есть основание опасаться, что и народ был виновен в том же, ибо сказанное священникам касается всех, более того, это относится и к нам, христианам, называющим себя не только Божьим народом, но и Его священством. Здесь примите во внимание:

I. Чего Бог ожидал от израильтян и на каком веском основании: сын чтит отца (ст. 6), потому что он — его отец; природа записала этот закон в сердцах детей еще до того, как Бог записал его на горе Синай; более того, даже слуга (англ. пер., ст.6), хотя его обязательства перед хозяином являются не природными, а добровольными на основе договора, считает своим долгом чтить господина, выполнять его приказания и хранить верность его интересам. Дети и слуги платят дань уважения своим родителям и господам; в противном случае все начнут стыдить их и собственное сердце непременно обличит их. Таким образом поддерживается порядок в семьях, и в этом — их красота и сила. А эти священники, которые являются детьми и слугами Бога, не боятся и не чтят Его. Они были для народа отцами (Суд 18:19) и господами (в русск. пер. — учитель, наставник. Мат 23:7,10) и ожидали, что так их будут называть и на этом основании почитать и слушаться; однако они забыли о Небесном Отце и Господине и о своем долге перед Ним. Каждый из нас может применить к себе то, что здесь сказано священникам. Следует заметить:

(1) каждый из нас считает Бога своим Отцом и Господином, а себя — Его ребенком и слугой.

(2) Наше отношение к Богу как к своему Отцу и Господину весьма обязывает нас бояться и чтить Его. Если мы боимся и почитаем своих плотских отцов, то тем паче должны бояться и почитать Отца и Господина духов (Евр 12:9).

(3) То обстоятельство, что Бога почти не боялись и не чтили даже признававшие Его своим Отцом и Господином, должно стать обоснованным поводом для сетований и плача. Где почтение к Нему? Где благоговение перед Ним?

II. Каким образом священники бесславили Бога.

1. Речь идет о том, что им. в общем, вменяется в вину:

(1) они бесславили Божье имя; получилось как в поговорке: чем ближе знаешь, тем меньше почитаешь. Они поставили свою осведомленность на службу собственным интересам, добившись почтительного отношения к себе и к своему имени, тогда как с Божьим именем почти не считались. Под Божьим именем мы понимаем все, посредством чего Бог сообщает о Себе, то есть Его Слово и уставы; о таковых священники были невысокого мнения и поносили то, что в силу своего служения им надлежало бы возвеличивать. Поэтому неудивительно, что, бесславя Божье имя сами, они побудили и других бесславить его и даже, подобно сыновьям Илия, отвращали от жертвоприношений Господу.

(2) Они хулили Божье имя (ст. 12). Они оскверняли его (ст. 7). Они не только не считались со святынями, но и злоупотребляли ими, обратив их на службу самым низким и порочным целям, диктуемым собственной гордыней, корыстолюбием и расточительностью. Более серьезной провокации для Бога, чем хуление Его имени, быть не может; ибо это имя свято и достойно почтения. Осквернить Божью чистоту невозможно, ибо Господь безупречен, зато возможно хулить Его имя, для которого нет большей хулы, нежели недостойное поведение священников, чей долг чтить его. Таково общее обвинение, вынесенное священникам, на которое они возражают: не виновны, бросая Богу вызов, чтобы Он привел доказательства и обосновал обвинение, добавляя таким образом к своей возмутительной дерзости возмутительное нечестие. Вы говорите: «чем мы бесславим имя Твое? (ст. 6) и чем мы бесславим Тебя?» (ст. 7). Для гордых грешников характерно настаивать на собственном оправдании, когда их обличают. Священники, о которых здесь говорится, ужаснейшим образом бесчестили святыни, а теперь, подобно жене прелюбодейной, говорят, что ничего худого не сделали. Они ничего за собой не замечали, вплоть до того, что не помнили и не размышляли над собственными поступками; или же были столь невежественными в отношении Божьего закона, что не видели в себе недостатков и не думали, что их поступки можно истолковать как презрение к Божьему имени; или же были атеистами и воображали, что, если даже они сами знают, в чем их вина. Богу эго неведомо; или же они настолько пренебрегали Богом и Его пророками, что гордились тем, что могут насмехаться над серьезными и заслуженными обличениями и с шутками отвергать их. Они либо смеялись над обличениями, относясь к ним с презрением и ожесточив свое сердце, либо отшучивались, решив не переживать по этому поводу или не подавать вида, что их это волнует. Как бы мы ни истолковали их поведение, занятая ими защитная позиция была, но сути, нападением, и, оправдывая себя, они себя же и осуждали словами собственных уст, а слова «чем мы бесславим имя Твое?» подтверждают их гордость и порочность. Если бы они задали вопрос со смиренным желанием понять, в чем конкретно заключались их нарушения, то это свидетельствовало бы о раскаянии и дало бы надежду на возможное исправление. Они же спрашивали с дерзостью и презрением к Божьему слову, и это доказывает, что их сердце не страшилось делать зло. Следует заметить: грешники губят себя тем, что старательно отгораживаются от угрызений совести; но они убедятся, как трудно идти против рожна.

2. На основании общего обвинения их можно было бы вполне законно обличить и осудить, а возражения отвергнуть как несерьезные; однако Бог желает не только победить, но и внести ясность, доказать Свою правоту в суде, и поэтому Он весьма обстоятельно показывает им, как именно они бесславили Его имя и в чем проявлялось их пренебрежение к Нему. Как прежде, когда Господь обвинял их в идолопоклонстве, так и сейчас, обвиняя их в осквернении, Он призывает их посмотреть на поведение свое в долине и познать, что делали (Иер 2:23).

(1) Они бесславили Божье имя в своих речах, отзываясь нелестно о Божьих установлениях: «и говорите в своих сердцах и, возможно, говорите вслух, когда вы, священники, собираетесь за чашей, и люди не слышат вас: трапеза Господня не стоит уважения» (ст. 7). И снова: «Вы говорите: трапеза Господня не стоит уважения (ст. 12);

она ничем не отличается от любого другого стола». Они имели в виду либо стол в храме, на котором находились хлебы предложения (не понимая его тайны или презирая его как нечто незначительное), либо, скорее всего, трапезой здесь назван жертвенник для всесожжения, ибо именно там Бог, Его священники и народ собирались на пир, чтобы вкусить в знак дружбы мясо жертв. И это они почитали недостойным уважения. Некогда, еще во времена господства суеверий, жертвенник для всесожжений сочли не достойным уважения в сравнении с алтарями идолопоклонников, которые были у язычников, и тогда его убрали, чтобы освободить место для новомодного жертвенника (4Цар 16:14,15). Теперь же его почитают недостойным уважения в сравнении с собственными столами и со столами великих людей: доход от нее — пища ничтожная. Служившим у жертвенника надлежало с него питаться, а они жалуются на свою жалкую нищенскую жизнь: якобы не стоило служить у жертвенника ради пищи с нею, потому что она весьма проста — постоянно одно и то же, никаких тебе лакомств, никакого разнообразия, никаких изысканных блюд. Более того, они смотрели с отвращением на ту часть жертвы, которая принадлежала Богу, а именно — на тук и кровь, как будто бы множество законов, данных Богом в этом отношении, не имели значения. Они спрашивали: «Зачем так много хлопот с выливанием крови и сжиганием тука?» Следует заметить: кто презирает религиозное служение, почитая его недостойным трудов, несмотря на то что оно весьма почетно, а также презирает преимущества религии, считая, что не стоит ради них стараться, несмотря на то что они весьма ценны, тот сильно бесчестит и оскверняет Божье имя. Кто в своей жизни беззаботно пренебрегает святыми таинствами, кто приходит на них и участвует в них без благоговения, а уходит с них без трепета и положительных изменений, тот, по сути дела, говорит: «Трапеза Господня не стоит уважения; в ней нет ни смысла, ни ценности, от нее не получаешь ни выгоды, ни утешения».

(2) Они бесславили Божье имя в своих делах, которые не расходились с их речами и проистекали от таковых; порочные принципы и мнения — это горький корень, от которого произрастает желчь и полынь порочных поступков. Они сочли жертвенник и трапезу Господню не стоящими уважения и тогда [1] подумали: все что угодно может сойти за жертву, каким бы негодным и ничтожным это ни было, и отнюдь не собирались приносить наилучшее (как следовало бы делать) вплоть до того, что выбирали наихудшее из имеющегося в наличии, которое не годилось ни для рынка, ни для собственной трапезы, и приносили это на Божий жертвенник. С каждой жертвой надлежало делать приношение хлебное из пшеничной муки, смешанной с елеем; а они приносили нечистый хлеб (ст. 7) из муки грубого помола, предназначенный для слуг, который, возможно, был черствым и заплесневелым, или выпекался из пшеничных отрубей, которые они считали подходящими для сожжения на жертвеннике; ибо если бы использовали что-либо получше, то сказали бы: к чему такая трата? То же самое касалось и жертвенных животных: несмотря на четкое определение закона, что жертва должна быть без порока, они все равно приносили слепое, хромое и больное (ст. 8);

и снова: растерзанное, хромое и больное (англ. пер., ст. 13), которое уже при смерти. Они не задумывались над тем, что стоит зa сожжением жертвы, и оправдывались, что жалко сжигать что-либо пригодное для других целей. Люди до сих пор помнили о своем долге и приносили жертвы: они не осмеливались совсем отказаться от жертвоприношений, но носили дары тщетные, насмехались над Богом и обманывали самих себя, принося наихудшее, что у них было. И священники, которым следовало бы учить народ лучше, принимали дары, приносимые к жертвеннику, и совершали жертвоприношение, потому что если бы они отказались, то люди вообще перестали бы приносить, и они лишились бы дополнительных доходов. А поскольку они больше заботились о собственной выгоде, а не о Божьей чести, то принимали, зная, что Бог бы этого не одобрил. Существует мнение, что в стихе 8 звучит продолжение хулительного высказывания священников из предшествующего стиха: «Вы говорите народу: если приносите в жертву слепое, то это не худо; и хромое и больное не худо». Следует заметить: приносить в жертву Богу слепое, хромое, растерзанное и больное — великое зло, что бы люди об этом ни думали. Если мы поклоняемся Господу невежественно и без разумения, ю приносим слепое. Если мы поклоняемся легкомысленно, не размышляя, и если в своем поклонении мы холодны, бесчувственны и мертвы, то приносим больное. Если мы сосредоточились на телесных упражнениях, а сердце не трудится, то приносим хромое; и если мы допустили, чтобы в нашей душе поселились суетные мысли и развлечения, то приносим растерзанное. Не худо ли то? Разве это не серьезное оскорбление тля Господа? Разве это не серьезный вред и рана для собственной души? Разве наши книги, более того, наши сердца не говорят нам, что это худо? Ибо Богу, Который лучше всех, надлежит служить наилучшим из того, что мы имеем.

[2] Священники не желали работать сверх того, что им оплатят. Они совершали жертвоприношения из принесенного к жертвеннику, потому что имели свою долю; что же касается друг их видов служения в храме, не сопряженных с материальным вознаграждением. то они и шагу не ступят и пальцем не пошевелят — таким было общее настроение. Среди священников не най дешь человека, который пожелал бы (опереть Овери или разжечь огонь баром (ажл пер.. ст. 10). Если бы кого-нибудь из них попросили о малейшей услуге, то он спросил бы, сколько ему за это заплатят. Они ничего не делали даром, но все стремились что-либо получить, каждый до последнего, на свою корысть (Ис 56:11). Следует заметить: хотя Бог и распорядился, чтобы его служителям хорошо платили в этом мире, тем не менее Ему совершенно не угодны служители, которые торгуются и делают дело лишь за плату.

[3] Они считали свою работу каторжной: «вот сколько труда!» (ст. 13). Такого мнения придерживались и священники и народ, полагая, что Бог навязал им непосильную задачу. Народ был недоволен обязанностью поставлять положенное к жертвеннику, а священники злились на тяготы церемонии жертвоприношения. Они считали, что праздников Господних слишком много, а им приходится слишком часто и слишком долго служить во дворах Господних. Священники смотрели на обряд, требуемый от них для очищения перед служением у жертвенника и приемом в пищу святого, как на суровое наказание; они считали обязанности, связанные с их служением, слишком утомительными и хлопотными и пренебрегали ими как чрезмерными и трудоемкими; они их исполняли, но делали это неохотно, без особого желания. Бог говорит об этом в оправдание Своего закона: Я не заставлял тебя служить Мне хлебным приношением и не отягощал тебя фимиамом (Ис 43:23). Чем отягощал Я тебя? (Мих 6:3). Но собственные нечестивые сердца превратили служение в отягощение; и они находились пред Господом, как Доик Идумеянин, желая быть где-нибудь в другом месте. Следует заметить: кто утомляется от служения и поклонения Господу и пренебрегает им, тот приносит огромный вред как Богу, так и себе.

III. Как Бог по-дружески увещает и обсуждает с ними дело, чтобы убедить и смирить их.

1. Осмелились бы они оскорбить подобным образом земного правителя? «Вы приносите Богу хромое и больное; поднеси это твоему князю (ст. 8) либо в качестве дани, либо в дар, когда хочешь снискать его расположение, или в благодарность за оказанную тебе милость — будет ли он доволен тобою? Или, скорее, не примет ли он это за оскорбление?» Следует заметить: кто проявляет легкомысленность и непочтительность в исполнении обязанностей религиозного поклонения, тому надлежит задуматься, как стыдно приносить своему Богу такую жертву, которую он постеснялся бы приносить правителю; как стыдно заботиться о соблюдении правил хорошего тона больше, нежели о соблюдении религиозных законов, и бояться проявления невоспитанности больше, чем проявления нечестия.

2. Как они могли вообразить, что подобные жертвы могут быть угодны Богу или соответствовать конечной цели жертвоприношения? «Могу ли с благоволением принимать это из рук ваших? говорит Господь, (ст. 13). Разве у вас есть основания думать, что Я либо не разгляжу, либо не стану негодовать по поводу оскорбления или что Я должен потакать нарушениям Моего собственного закона? — Нет. Нет Моего благоволения к вам (ст. 10), и поэтому приношение из рук ваших — такое приношение — неблагоугодно Мне». Если Бог не благоволит к человеку и человек не находится в состоянии оправдания, если он не освящен, то Бог не примет его приношения. Сначала Бог призрел на Авеля, а потом — на его жертву. Следует заметить: чтобы быть благоугодным Богу, недостаточно делать того, что по сути своей хорошо, но нужно делать это правильно, руководствуясь правильными принципами и с правильной целью. Это правило было заложено еще в древности: если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? (Быт 4:7). Итак, если мы не благоугодны Богу, то поклоняемся ему тщетно; это — напрасный труд; более того, мы погибли, погибли навеки, если лишены Божьего признания. А посему, кто в старании исполнить все религиозные обязанности забывает об их цели и не достигает ее и, пытаясь пойти кратчайшим путем, не доводит дело до конца, тот оказывает себе плохую услугу. А кто ревностно старается (как нам всем надлежит поступать), водворяясь ли, выходя ли, быть угодным Богу, тот не принесет в жертву растерзанное, хромое и больное.

3. Как они могли рассчитывать, что убедят Бога в своем ходатайстве за народ, когда нанесли Ему такое оскорбление своими жертвоприношениями? Поэтому существует мнение, что в словах стиха 9 звучит ирония: «Итак, если вы желаете исполнять священническое служение и принять на себя главный удар, стремясь предотвратить Божьи суды, которые, как вы видите, уже готовы излиться на нас, то молитесь Богу, чтобы помиловал нас и нашу землю, почти полностью изъеденную саранчой и гусеницами (как очевидно из Мал 3:11). Проверьте, какое влияние вы теперь имеете перед престолом благодати: воспользуйтесь им, чтобы устранить эту казнь, ибо такое исходит из рук ваших; вы сами побудили Бога навести это на вас. Но поскольку вы продолжаете осквернять Его святыни, то может ли Он милостиво принимать вас и ваши молитвы? — Нет. Вам не удастся убедить Его отменить повеление». Ибо если мы видим беззаконие в сердце своем, то не услышит нас Господь, молимся ли мы о себе самих или о других.

4. Заслужил ли Бог такое приношение из их рук? — Нет. Он нежно заботился о них и дал им такое воодушевление в деле, которое побуждало их работать бодро и хорошо; именно так некоторые понимают стих 10: «Кто из вас запрет двери и зажжет огонь даром? Нет, на самом деле Бог не рассчитывает, что вы будете служить Ему даром; вам хорошо за это платят, так будет и впредь; ни единая чаша холодной воды, поданная ради Господа, не потеряет награды своей». Следует заметить: блага, которые мы постоянно получаем от Бога, и награды за послушание служат сильнейшим отягчающим обстоятельством лени и жадности, мешающим нам отблагодарить Его надлежащим служением.

IV. Господь призывает их к покаянию за то, что бесчестили Его святое имя. Это следует из стиха 9: «Итак молитесь Богу, чтобы помиловал нас. Смиритесь в своем грехе и что силы взывайте к Господу о прощении, восполните ничтожную ценность и достоинство ваших жертв ревностными молитвами с верой; ибо все постигшие нас обличения Провидения исходят из рук ваших». Следует заметить: кто своими грехами способствовал зажжению огня, тому крайне необходимо загасить его посредством покаяния, молитв и личного исправления. Нам надлежит видеть, как Божьи суды исходят из рук наших, и пробудиться, усердно умоляя Господа вернуться с милостью; а если мы этого не сделаем, то как можем рассчитывать на Его благоволение к нам?

V. Господь объявляет Свое решение, чтобы и защитить славу собственного имени, и посчитаться с бесчестившими его. Пренебрегающие Богом и религией и вознамерившиеся попирать святыни пусть знают, что:

1. Они своей цели не достигнут. Бог возвеличит Свой закон и удостоит Его чести, как бы они его ни презирали и ни поносили; ибо от востока солнца до запада велико будет имя Мое между народами (ст. 11). Можно было бы сказать: «Если те, кому благоволит Бог, не являются Его поклонниками, то у Него нет поклонников». Как будто бы Он должен принять их служение в любом виде, иначе Ему вообще не будут служить; и что Он сделает тогда имени Своему великому? Но предоставим это Господу; ибо, даже если Израиль не был бы верен и не собрался к Нему, Господь будет славен. Несмотря на то что эти священники подстрекали Господа к экономии в церемониальных установлениях и к упразднению закона заповедей, который не может сделать совершенными приходящих, тем не менее Бог в конечном счете не проиграет, ибо (1) вместо плотских уставов, которые они осквернили. будет введено и утверждено духовное поклонение: будут приносить фимиам имени Моему (который символизирует молитву и хвалу, Пс 110:2; Отк 8:3) вместо крови и гука тельцов и козлов. И это станет чистой жертвой, очищенной не только от пороков, присутствовавших в действиях священников, но и от обычных телесных упражнений, включавшихся в сами обряды, которые названы относящимися до плоти и установлены были только до времени исправления (Евр 9:10). Когда пришло время истинным поклонникам поклоняться Отцу в духе и истине, тогда и принесли этот фимиам, эту чистую жертву.

(2) Вместо того чтобы Богу поклонялись и служили только иудеи — небольшой народ на краю света, Ему будут служить и поклоняться во всех местах от востока солнца до запада. На каждом месте, во всех частях света будут приносить фимиам имени Его. Народы будут научены и станут говорить о дивных делах Божьих, причем на собственных языках. Здесь звучит четкое предсказание о великом перевороте в царстве благодати, благодаря которому язычники, бывшие некогда чужими и пришельцами, станут согражданами святым и своими Богу, Который пригласит их к престолу благодати, как когда-то пригласил иудеев. Следующие слова прозвучали дважды (ибо это — несомненно): велико будет имя Мое между народами, тогда как до сих пор Бог был ведом только в Иудее, где велико было имя Его (Пс 75:2). Язычникам возвестят имя Божье; это возвещение примут и ему поверят, и среди язычников найдутся люди, которые возвеличат и прославят Божье имя лучше, чем это когда-либо делали иудеи, даже сами священники.

2. Они не останутся безнаказанными (ст. 14). Здесь говорится об участи поступающих, как эти священники, ибо приговор, вынесенный последним, распространяется на всех им подобных. Примите во внимание:

(1) описание нечестивых и легкомысленных поклонников. К ним относятся люди, которые дали обет, а приносят в жертву Господу поврежденное, тогда как у них в стаде есть неиспорченный самец. Они имеют наилучшее, чем могли бы послужить и почтить Господа, учитывая, сколь щедро Он одаривал их, а они подсовывают ему наихудшее, думая, что и так сойдет, и отвечают на Его щедрость черной неблагодарностью. В этом был повинен народ, а священники смотрели сквозь пальцы и потакали ему. В законе мы находим исключение, позволявшее приносить животных с определенными несовершенствами в жертву усердия, а если по обету, то это не угодно будет (Лев 22:23). Хотя Бог и не принял бы таковое, священники принимали, стараясь казаться снисходительнее Господа, за что Он когда-нибудь им спасибо не скажет.

(2) Какими эти поклонники были по характеру. Они — лживые; они поступают лживо и нечестно по отношению к Богу; лицемерят перед Ним; притворяются, что хотят Его почтить, дав обет, а когда дело доходит до исполнения, они причиняют Ему публичное оскорбление, причем настолько сильное, что лучше было бы не обещать, нежели обещать и исполнить таким образом. Но пусть они не обманываются, ибо Бог поругаем не бывает. Кто задумает плутовать с Господом, тот в конечном счете убедится, что навлек проклятие на собственную душу. Лицемеры — это обманщики, и, как окажется, они обманывают себя, а значит, и губят себя.

(3) Вынесенный им приговор: они прокляты. Они рассчитывали на благословение, а их ждет проклятие, знаки Божьего гнева в соответствии с судом писаным.

(4) Основание для проклятия: «Ибо Я Царь великий, — говорит Господь Саваоф, — и поэтому посчитаюсь с теми, кто обходился со Мною так, как будто бы Я — человек, подобный им; и имя Мое страшно у народов, а посему Я не потерплю, чтобы оно бесславилось среди Моего собственного народа». Язычники почитали своих богов (хотя те и идолы) больше, нежели иудеи — Своего, хотя Он — истинный и живой Бог. Следует заметить: размышления о всемирном владычестве Бога и о всемирном признании данного факта должны удерживать нас от любого проявления непочтительности в служении Ему.


Глава 1 из 4123»Последняя »