Восхождение на Голгофу-8

Иисус наш Господь. Мы стоим перед Тобою, и каждый от всей души, от всего сердца желает одного, чтобы сила Святого Духа проявилась над каждым из нас, и особенно, чтобы слава Твоя сошла на Александра, и чтобы Ты вложил в уста его слова Твои, мысли Твои, и направил наше сердце к Твоему вечному слову. Благослови его Господь и умудри его, и возложил на него Свои руки, чтобы благословить его. Ради Иисуса Христа просим. Аминь.

Сегодня вечером нам нужно будет охватить очень большой отрывок Евангелия от Марка 14, 15 и 16 главы. Все эти главы посвящены тому, как Христос восходит на свою Голгофу. И для многих из нас, это повествование уже достаточно привычно, мы знаем эти события, мы знаем, как Христос вкушает Пасху со своими учениками, мы помним о той вечере, мы знаем, как проходило ногоомовение, мы не раз следовали за Христом. Итак, мы следовали за Христом уже наверное, не раз, в двор первосвященника, мы были с Ним во дворе Пилата, мы шли с Ним по дороге на Голгофу, мы были там на Голгофе, мы видели учеников, видели чернь, которая над Ним смеялась. И для нас все эти события, всё это вроде бы понятно, близко и знакомо. Но если мы вдумаемся, нам такой Бог не понятен, наше сердце, наша плотская природа всегда будет противиться Богу, который побеждает бессилие, страданиями, смертью, потому что для нас победа, это что-то другое, мы побеждаем обычно силой своего голоса, стучанием кулаком по столу, интригами, мы так привыкли побеждать, весь мир так побеждает. А тут Голгофа, и тут всё по-другому, всё не так, всё для нас непривычно. И вот если мы будем вникать, вот эти события, последние события крестного пути Иисуса Христа, вы будете встречать в своем сердце сопротивление, потому что оно не должно, по-человечески не должно быть так. И вот в этих событиях, последних событиях раскрывается в полнейшем, с человеческой точки зрения, в полнейшем безумии, это было безумие. А Павел говорит, это безумие для внешних, а для нас Христос распятый кто? Премудрость. В этом бессилии раскрывается сила. Самый бессильный, распятый, пригвожденный, оплеванный, избитый – Он был самым сильным, потому что это была та сила, которая не извне влияет на человека, а преображает его сердце изнутри. Ни одна самая сильная власть в этом мире не смогла сделать так, чтобы человеческое сердце из глубины, без насилия было преображено, а Голгофа преображает. Поэтому это сила в бессилии, это надежда в безнадежности. Потому что, когда апостолы смотрят на Христа, на Распятого, все мечты, все надежды рассыпаются в прах. Но ведь если не умрет, не оживет. Как семя, помните? А если умирает, значит есть шанс выжить, воскреснуть. И в Голгофском многочисленном предательстве, начиная от Иуды, кончая Петром в этом предательстве раскрывается Божья любовь. Поэтому повествование о крестном пути Иисуса – это не просто повествование, которые призваны возбудить в сердцах наших жалость и ужас от того, что происходило – это повествование надежды.

У Мартина Лютера есть удивительно сильное высказывание. Может быть оно сразу для вас покажется не совсем даже понятным, но в нём глубочайшая истина заключена. «Когда Бог животворит, Он делает это, убивая. Когда Бог делает нас праведными, Он совершает это, творя нас грешниками. Когда Бог возводит нас на небо, Он делает это, повергая нас в ад». Вот в те моменты, когда мы чувствуем себя убитыми, и в полной безнадежности, в те моменты, когда мы чувствуем себя полнейшим ничтожеством и грешниками, в те моменты, когда наша жизнь превращается в ад, вот в те моменты, как раз действует Господь. Мы этого не видим и не понимаем. Когда ученики шли за Иисусом на Голгофу, как евангелисты пишут, они страшились и ужасались. В Гефсимании они уснули, потому что Лука пишет: они уснули от печали. Им надо было от той печали и сердечной тоски куда-то спрятаться, и они прятались в сон. И никто из учеников, когда смотрел на распятого Христа, вот в этот момент он не говорил: какая любовь! Единственное, что они видели, это ужас, безнадежность, бессилие, предательство и насмешки, всё. Только спустя время, они начали осознавать, что вот в этом крестном пути, как нигде, как никогда, как ни в чём другом, раскрылся Бог во всей полноте. Поэтому, когда вы чувствуете себя убитыми, когда вам кажется, что вы полное ничтожество и полные грешники, когда вы чувствуете, что ваша жизнь превращается в ад, вспомните о Голгофе. Большего ада, большей отвергнутости, большей безнадежности – не было, чем на Голгофе. Но Голгофа – это свидетельство о побеждающем, полнейшем бессилии в Боге.

Я часто привожу этот пример, я правда не ходил так в горы, но вот мои друзья ходили на Кавказе, они переходили через Кавказский хребет, то есть с Северного Кавказа переходили на юг. И вот они говорят, ты поднимаешься с Северного склона Кавказа – ни травинки, снег, камни, ничего нет, и ты добираешься до вершины и только начинаешь спускаться на другую сторону, всё зелено, всё цветёт, буйство жизни, другая сторона. Так вот, Голгофа – это вот это точка, когда мы стоим на вершине, но чаще всего, когда мы стоим на вершине, как это было и учеников, они смотрели на Северный склон и говорили: Какой ужас! А Христос им заранее же говорил, помните мы сегодня читали уже, что Ему надлежит в третий день воскреснуть, Он хотел помнить, что во всякой горе всегда есть два склона. Поэтому даже в смерти есть надежда. Вот это основная весь Голгофских повествований, повествование о крестном пути Иисуса Христа. В бессилии является сила, в безнадежности надежда, в смерти жизнь, в предательстве любовь, в безумии премудрость. Об этом пишет Марк, об этом пишут другие евангелисты. Но прежде чем мы пойдем дальше, мы сейчас с вами оставим Евангелие от Марка, мне хотелось бы, чтобы у вас, и у меня ещё раз ещё больше утвердилось это мышление, мышление надежды, а не отчаяние, чтобы тогда, когда мы видим вот этот выжженный морозом Северный склон горы, где кажется, что ничего нет, чтобы мы помнили, есть еще Южный склон, есть еще другая сторона реальности, и поэтому есть надежда. Но откройте 8 главу Послания к Римлянам, а потом мы к Марку вернемся. Как я люблю эту главу! Вы помните и вы знаете, что 8 глава она логично идет после 7 главы. В 7 главе Павел горестно говорит: бедный я человек! Кто избавит меня от сего тела смерти? А в 8 главе просто поёт, он видит, как сила Святого Духа преображает реальность, и он говорит, что вот Дух Божий решает самые сокровенные, самые глубокие, самые насущные проблемы человека. И вот начиная с 9 стиха Павел пишет, что Дух Божий первое, решает проблему греха, то, что для нас неподъёмно. Помните, Павел говорит: доброе, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. А в 8 главе Павел говорит: но вы не по плоти живете, а по духу, если только Дух Божий живет в вас. И в 10 стихе: если Христос в вас, то тело мертво для греха. Кто решает проблему греха, Павел говорит? Христос, Дух Святой. В 11 стихе: Дух Святой решает проблему смерти. Если Дух того, кто воскресил из мертвых Иисуса живёт в вас, то воскресивший Христа из мертвых, оживит и ваши смертные тела Духом Святым. Далее в 14 стихе Павел говорит о том, что Дух Святой решает проблему нашего глубинного одиночества. Если Дух Святой действует, то мы сыны божии, дочери Божьи. И 14 стих, написано: ибо все водимые Духом Божиим, суть сыны Божии. Кроме того, Павел говорит в семнадцатом стихе, что мы не просто сыны Божии, что всё небо вместе со Христом подарено нам, что мы сонаследники Иисусу Христу. Нравится? Смотрите, какой Бог! Да? Мы мучаемся от самих себя, от своей порочности, от своей неправильности, Павел говорит. Господь решает, Господь победит в твоей жизни. Нас страшит смерть, Павел говорит, Господь решает проблему смерти. Мы иногда чувствуем себя страшно одинокими и не понятыми, а Павел говорит: Господь так близко к тебе, ты сын Божий, по-настоящему любимый, дорогой. Мы иногда чувствуем себя потерпевшими поражение в этой жизни, неуспешными, неудачниками, а Павел говорит: ты сонаследник Христу, и если ты сонаследник Христу, то все небо твое, у тебя преимущество больше, чем у президента Соединенных Штатов Америки, всё у тебя, чем бы ты здесь не занимался, какая бы самая низкая работа у тебя не была, но ты успешен, ты сонаследник Христу. Правда, хорошо? Ах, как мне это нравится! Мне правда не нравится, что Павел пишет дальше. Вот умеет же, ложку дегтя в бочку меда. Так хочется такого восторженного христианства! Как я уже вам говорил сегодня, чтобы сегодня было лучше, чем вчера, а завтра было лучше, чем сегодня, и так вот ещё лучше, ещё лучше, ещё лучше. Ну, Господи, а что Ты ещё для меня приготовил? Как здорово, ты смотри, и проблему смерти, и греха, и одиночества, и Ты делаешь меня самым успешным человеком в этом мире. Потому что, когда я пошёл за Христом, это величайший успех в моей жизни. А Павел дальше говорит в 17 стихе: «А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу, если только с Ним страдаем…» Ну, вот зачем? Но говорил бы, вот о радости, радостное христианство, все люди хотят радостного христианства, успешного, победоносного, сокрушающего все преграды на пути, без слез, всегдашней улыбкой, даже во сне. А Павел говорит всё правильно, но он видит другую сторону жизни. И он говорит: несмотря на то, что Бог так действует в нашей жизни, если вы последовали за Ним, вы будете страдать. И Павел, это не просто одно место, вот в 5 главе послания к Римлянам, та же самое логика: «Итак, оправдавших верою, мы имеем мир с Богом». Здорово? Здорово. И дальше он говорит: «через Которого верою и получили мы доступ к той благодати, в которой стоим». То есть, Павел говорит: мы, благодаря этому, в присутствии Бога находимся. Тут он использует храмовый язык. Я прихожу в присутствии Отца, я рядом с Богом, благодаря миру, который у меня появился. Дальше он говорит: и хвалимся надеждою славы Божьей. Смотрите, мир с Богом, благодать, надежда славы Божьей, чувство благодарения и хвалы, а дальше он говорит: «и не сим только хвалимся». О чём он ещё хвалится? Скорбями. Павел очень хорошо знал цену скорбям. Если вы почитаете второе послание к Коринфянам, где он переживал ужасы и страхи, и сколько он проходил через скорби, то он бы был нечестным. Если бы он показывал нам только красивую привлекательную, угодную нашей плоти упаковку христианства… И поэтому Апостол Павел в 8 главе говорит: да, Бог такой, но Бог будет проводить нас путём скорбей. И тут вот начиная, с 17 стиха, он раскрывает нам большую картину, как скорбит и как страдает весь мир, он говорит: вот, вся тварь совокупно стенает и мучается доныне, он говорит о том, что страдает Божье творение, что это творение ожидает откровения сынов Божиих. В 22 стихе Павел говорит о том, что вся тварь совокупно стенает и мучается, есть очень хорошая такая мысль у Павла, она в нашем переводе четко не передана: там дословно получается так – вся тварь доныне пребывает в муках рождения. И вот смотрите, когда Павел говорит о скорби, он не говорит о скорби даже, о страданиях в контексте безысходности, он говорит: да, тварь страдает, но она в муках рождения. Когда женщина рожает ребенка, роды начинаются, схватки начинаются, она страдает, но она знает, что эти страдания еще надо потерпеть, и эти страдания закончатся радостью, она знает, что ее страдания не бессмысленны, не бесконечны и эти страдания закончатся радостью. И вот Апостол Павел говорит: да, мир страдает, но даже страдания этого мира, вся та скорбь, которую мы проходим, она является, это не просто скорбь, это муки рождения, они закончатся радостью, как заканчиваются роды, схватки, радостью матери, рождающая ребёнка. И Павел говорит: всё творение совокупно стенает. Нам надо это слово запомнить стенает, потому что, смотрите в 23 стихе Павел говорит: «и не только [она], но и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего». Смотрите, в предыдущих стихах, вот мы когда читали, Духом Святым решается проблема греха, проблема смерти, проблема одиночества, благодаря Духу Святому мы становимся наследниками, а тут Павел говорит: вы имеете Духа Святого. Мы имеем начаток Духа Святого, но что происходит? А мы стенаем. И оказывается Господь в нашей жизни – не гарантия того, что мы не будем скорбеть и страдать. Если величайший помазанник Христос Иисус прошел через Голгофу, тот, кто был исполнен во всей полноте Духом Божьим, то тех, кто открываются для действия Святого Духа, тоже будут страдать, и то же будут стенать. И наше стенание – это не показатель того, что Бог нас оставил, наоборот, если ты стенаешь, значит ты живой, значит у тебя есть начаток духа, и значит Господь ведет тебя своим путем. И когда я вот это всё читаю, я думаю, Господи: а где же Ты? И вы посмотрите, так Павел пишет о том, где Господь, 26 стих: также и Дух подкрепляет нас в немощах наших, ибо мы не знаем, о чем молиться, как должно, но Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными. Так вот это вот слово «воздыхание» у нас, в греческом «стенаниями». И что получается? Тварь вся, всё творение стенает, мы стенаем. А Господь? Тоже. И вот в этих стихах Павел показывает, как же близок Господь к нашим стенаниям, к нашим вздохам, к нашему скорбям, Он ближе к нашей боли и глубже переживает нашу боль, чем мы сами переживаем. И поэтому Он эту боль несет в себе так, как не несем мы ее в себе, наше горе –это Его горе. Поэтому Иисус не зря назвал Духа Святого, первую характеристику, которую он дал Духу Святому. Помните в Евангелии от Иоанна, кто Он? Утешитель. Потому что никто нас никогда в нашей боли, и в нашей скорби не поймёт так, как Тот, Кто стенает вместе с нами, и вздыхает вместе с нами.

Я обычно здесь привожу два таких примера из жизни, и наверное, есть смысл их сейчас привести, это поможет вам как-то так вот немножко отдохнуть. Я думаю, что те из вас кто участвовали в похоронах, особенно пасторы, они это переживают. Я это видел не раз, потому что мне не раз приходилось участвовать в похоронах молодых людей и детей. И в самом кромешном мраке, на пике отчаяния, когда верующие родители прощались со своими детьми, я видел, как Дух Святой утешал их сердца – это неземное утешение, это невозможно себе внушить, это то, что приходит как милостивый дар Божий, как утешение Божье в глубочайшей скорби. У нас в Заокске работала одна сестра, она сама в Сочи живет, она потом уехала в Сочи, и у неё умер сын. Она сама сердечница, ей сделали тяжелейшую операцию на сердце, и у них в роду, мама ее умерла от болезни сердца. И вот этот ее сын 25летний шел по Москве, работал в Москве, шёл по Москве по улице и по дороге упал и умер. И мы на двух машинах из Заокска собрались и уехали туда в Сочи на похороны. Мы все очень переживали за неё, потому что все боялись, что после одних похорон будут другие похороны. Женщина медсестра на этих похоронах была с готовым шприцом, потому что, вы же представляете себе, что значит матери потерять сына. И когда его внесли во двор, конечно она очень тяжело это встретила, мы все молились за неё, она немного успокоилась, прошло траурное богослужение, и мы пошли вместе с ней по двору дома, ещё проносят гроб, и когда несли ее сына она начала снова заводиться, я шел рядом с ней, и я ее понимал. И такой момент был, когда мы с ней говорили, я шел и тихонько ей на ухо говорил, я ее называл тётя Света. «Тётя Света, вы же знаете, что я почти через тоже прошёл». Она говорит: знаю. Я говорю: Вы знаете, что вот вы сейчас отдаете своего сына не смерти, вы отдаете его Богу. И вот мы идём, шли по дороге, поговорили с ней, я уже не помню всё, что я говорил, и там не важно, что я говорил, важно то, что делал Бог. Когда мы приехали на кладбище это женщина, она ходила и прославляла Бога, она благодарила Бога за 25 лет, которые с ней был сын. И вы знаете, самые тяжелые моменты, когда гром накрывают крышкой, когда опускают в землю, там не было истерики, там не нужен был укол, эта женщина благодарила Бога, это не значит, что она никогда после этого не плакала, что ей не было больно. Я хочу сказать о другом: наш Бог, это тот Бог, который действует в самом кромешном горе и скорби. Иногда нам это не очевидно и нам кажется, как ученикам у Голгофы, что Бога нет рядом, что Бог оставил нас, как оставил Иисуса на кресте. Но это неправда. Бог действует. Когда Бог животворит, Он делает это убивая, когда Бог делает нас праведными, Он делает нас грешными, когда Бог возводит нас на небо, Он делает это повергая нас в ад, и в самом аду на самом дне надо помнить, вспоминать о Голгофе, Бог там был. И вот сейчас мы посмотрим, как вот эти слова, которые мы сейчас прочитали в Послании к Римлянам перекликаются с Евангелием от Марка. Посмотрите молитву Иисуса в Гефсимании. Итак, 14 глава Евангелия от Марка – молитва Иисуса в Гефсимании. «И говорил: Авва Отче! все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты». Обратите внимание на вот эти первые слова молитвы: Авва Отче. И и послание Апостола Павла к Римлянам 8 глава 15 стих: «Потому что вы не приняли духа рабства, [чтобы] опять [жить] в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!» И вот в том мучительном выборе, который делал Иисус в Гефсиманском саду, вот этот выбор предопределил окончательно его крестный путь, вот в этом выборе, когда вы помните, что капли крови, как капли пота выступили на Его челе. Мы иногда думаем, что там Он был абсолютно один, мы думаем, может быть, что Бог где-то со стороны Отец и Дух Святой наблюдали, как Он там – справится или нет. Но в этом «Авва, Отче» Кто был? Духом Святым взываем: «Авва, Отче!». И когда Петр слышит крик петуха, и в 15 главе написано, что он вспомнил эти слова, последний стих 15 главы: и начал плакать. А другой евангелист пишет: вышед вон плакал горько. Вот этот горестный плач откуда он у Петра взялся? Откуда появляется у человека покаяние? Кто в этот момент предательства действовал в сердце Петра? Дух Божий. Не каялся бы Пётр, если бы Дух Божий не касался его сердца. На Голгофе, когда Христос говорит, Он переживает эту богооставленность, и нам кажется, что Бог покинул Голгофу и Христос в 15 главе говорит 34 стихе: «Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» И нам кажется, что там в этом мраке, в этом бессилии, Бога нет. Это 34 стих 15 главы, а в 39 стихе: «Сотник, стоявший напротив Его, увидев, что Он, так возгласив, испустил дух, сказал: истинно Человек Сей был Сын Божий». Откуда у сотника появляется исповедание Иисуса Сыном Божьим? Павел говорит в 12 главе 1 послания к Коринфянам, что мы не можем Иисуса назвать Господом, не иначе чем Духом Святым. Кто действует там, когда кажется, что Бог оставил Иисуса? Кто действует там на Голгофе? Дух Святой касаясь сердца сотника. Почему разбойник признаёт Иисуса своим Господом? Кто действует? Дух Святой действует. Когда мы смотрим поверхностно, нам кажется, что там в Гефсиманских и Голгофских страданиях Христа, ничего не было, был кромешный мрак и Бога там не было. Но в этом мраке, в этой тьме, в этом отчаянии, в этом горестном крике: «Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» Бог был, он касался сердец людей, Он не оставил. И поэтому повествование о Голгофе – это для нас надежда. В самые мрачные периоды нашей жизни Бог остаётся рядом, в самой большой безнадежности Бог дает надежду, в предательстве, как это было у Петра, раскрывается любовь. В безумии кажется, ну и что, что Он умер, толку-то с того? Вы помните, как ученики идут, уже после распятия встречаются с Иисусом по дороге в Эммаус и говорят: А мы думали… Какое безумие! Ну, кто же так достигает победы? В этом безумии, безумии жертвы, послушайте, жертва – всегда безумна. Жертва всегда будет безумна, но в этом безумии жертвы раскрывается премудрость Божия, ибо Христос говорит: когда Я буду вознесен от земли всех привлеку к Себе. И Исайя в конце 53 главы, когда он пишет об Агнце, который умирает за грешников, в конце говорит: на подвиг души своей Он будет смотреть с довольством. А я иногда думаю: подойти и попросить прощения у того, кто не достоин прощения. Это же безумие, правда? Ведь надо же врезать так, чтобы он почувствовал себя грешником. А Христос говорит: надо пожертвовать так, чтобы сердце грешника была сокрушено любовью. А это по моим меркам, это же безумие. Какая там сила? Я иногда студентам своим говорю: Слушайте ребята, я говорю, вы хотите увидеть идеал настоящего мужчины, кто такой мужчина? Мужество мужчины во всей полноте раскрывается на кресте, не в мускулах, не в том, что он может громко рявкнуть на свою женщину, а в кресте. И Павел в 5 главе Ефесянам говорит: Христос для того, чтобы сделать церковь чистую и непорочную, помните, что сделал? Предал себя за неё. Хочешь, чтобы близкий твой человек стал лучше? Ты думаешь скандалами, упреками достичь цели? Христос говорит: нет, будь жертвой за этого человека, и тогда, когда Христос предает себя, Он делает свою церковь чистою и непорочною. Голгофа – это явление подлинной силы, силы, преображающей сердце, это явление любви, преодолевающей предательство, это явление мудрости, превосходящей безумие, там надежда, но самое главное – это явление величайшей, неизмеримой, непостижимой Божьей любви.

Вы ещё готовы слушать или спать хочется? Я две истории расскажу, одна дополнит другую, и на этом закончим. У меня есть, у нашей семьи есть подруга, девушка, она когда-то, когда я был пастором в Сибири, пришла к нам в церковь, она приехала в наш город учиться в мединституте. И она пришла к нам в церковь, вы знаете, она так открылась, так она пошла за Христом, и вот казалось еще шаг, и она примет крещение, но на неё очень сильное давление оказали родители, очень богатый дядя у неё был, который тоже давление на нее оказал, в конце концов она крещение не приняла, и ушла из Церкви. Ну дружеские отношения у нас сохранились, и я время от времени ее встречал, общались мы с ней, но она всё больше и больше охладевала, вся жизнь ее пошла как по-русски это говорят наперекосяк, любимый парень ее погиб, она стала жить с человеком, который на лет 20 или 25 лет был старше неё, потом этот человек тоже умер, в общем она хлебнула горя и вся жизнь какая-то у неё пошла не устроенная, хотя училась она хорошо, закончила мединститут, стала замечательным специалистом, врачом, но жизнь у нее не ладилась. И я потом уже когда я уехал, время от времени я приезжал в Тюмень, там родители жены живут, мама там жила ещё, я приезжал туда, и когда у меня было время, я всегда проходил к тем членам церкви, которые охладели, и к ней приходил тебя. Если что-то проводил в Тюмени, то всегда ее приглашал, чтобы она приходила. И она приходила. И часто, когда я на неё смотрел, я думал: Света, Света, все в твоей жизни могло бы быть по-другому. Так мне было больно, что она не идёт к Богу. Но когда какие-то мероприятия были, она приходила, она говорила так: но я не буду ходить, но на Лисичного схожу. И года два назад мы были в Тюмени с женой, там умирал мой тесть, и было видно, что ему несколько дней ему осталось, нас вызвали, и того, чтобы вечера не проводить впустую, я предложил церкви: давайте проведем неделю возрождения. Это моя община, меня там знают, и они: ну, конечно давай. И мы стали проводить неделя возрождения, я пригласил туда Свету, она стала приходить, я ей сказал: Света, если ты будешь принимать крещение, я вот брошу всё в Заокске и приеду тебя крещу. И она проходила все эти вечера, и потом, через месяца два она напишет мне такую СМС: «Саша, я крещусь. Бог коснулся моего сердца». Я так подумал: о какой я пастор! Ну, хорошо, что Бог это как-то не благодаря мне это всё сделал. Потом после Нового года она была на курсах повышения квалификации в Москве, и в заехала к нам в Заокске, и рассказала свою историю. Она говорит: ее младшая сестра родила мальчика, сыночка, племянника, и она так полюбила его, у неё нет семьи, нет детей и она так полюбила его, как своего. Но в какой-то момент ее племянник, ему было месяца 3-4, заболел сильно. И говорит: так переживала за него, я стала молиться Богу, чтобы Бог его исцелил, но говорит, я поняла и в духе я поняла, как же я так молюсь, если я курю. И она стала говорить: я брошу курить, Ты только исцели моего племянника. И она бросила курить, чтобы Господь исцелил ее племянника. Она говорит: я взяла себя в руки и держала себя в руках, но говорит, тем кто был рядом со мной, им было очень трудно, потому что вы знаете, когда человек вот, у него такая привычка, когда он сам пытается это всё сделать, это очень тяжело. И она говорит: я просто озверела без сигарет, но потом говорит, я не могла сдержаться и однажды говорит: вечером поздним я спустилась с 10 этажа вниз и стала собирать окурки, потому что я поняла, что я не выдерживаю. И она говорит: ты представляешь, я врач, и я убирала окурки, чтобы покурить хоть чуть-чуть. И она говорит: Бог исцелил его, мой племянник вылечился. Но я потом снова стала курить, а потом через несколько месяцев племяннику снова заболел, у него пошло внутреннее там нагноение шейки бедра, ему было месяцев 6-8. Ему сделали тяжелейшую операцию, и она говорит: Я пришла к нему в больницу, там сидел его отец, мама, вот ее сестра, и я. И вы знаете, представляете себе детская кроватки, такие вот прутики, перегородки, а он лежит, у него ножки вот здесь пробиты, и он на вытяжке, как бы в ветках подвешенный висит, и его отец склоняется, смотрит через решеточки и говорит: но ты, говорит, за кого сидишь? Но получается, как в тюрьме. Я говорит наклонилась к нему, смотрю на него, а он мне рад, он мне улыбается этот ребёнок, он меня узнал, он так счастлив, что вот тетя пришла. И говорит: У меня вопрос меняется, ни за кого сидишь, а за кого висишь. И я говорит, понимаю в этот момент. За меня. За меня висит и мне рад. А за меня висит. И тут говорит, этот вопрос у меня переформулируется, и что-то, говорит, со мной происходит, я вижу Христа распятого и тот же самый вопрос: За кого висишь? И у меня ответ: за меня. И самое главное, говорит, что разбило моё сердце, я поняла, что Он за меня распят, мой грех распял Его, но Он, как вот этот вот племянник, мне рад. И после этого она говорит: ты знаешь, я вот сейчас на курсах повышения квалификации, у нас там кофе-брейк бывает, мы выходим, женщины начинают курить дорогие сигареты, иногда запах дымка касается моего обоняния, возникает желание закурить и говорит: Ты знаешь, но как вспомню, как Он любит, не могу курить, не могу.

Вы наверное, заметили, что я много говорю о Божьей любви. Я когда-то не понимал этим словам, но в «Наглядных уроках Христа», в последней главе там есть такие слова:

«Последняя весть предостережения, последнее обращение Божье к миру, которая будет нести Его церковь – эта весть о Божьей любви. Нет большей силы, которая может изменить человеческое сердце, чем откровение Божьей любви».

И вот на Голгофе раскрывается вот это невероятная, непостижимая любовь, сильная изменить человека. У меня есть друг гомосексуалист, который через откровение Божьей любви перестал быть гомосексуалистом. У него сейчас семья, у него ребёнок сейчас, но он был гомосексуалистом много лет, но когда он встретился с Божьей Любовью, это перевернуло его сердце. Люди, погрязшие во грехе, те, на кого весь мир сказал это безнадежные и горбатого могила исправляет, вот Евангелие, Голгофа – это весть о том, что горбатых исправляет не могила, а горбатых исправляет откровение Божьей любви. Нет большей силы в этом мире, нет. И если мы хотим ее понять надо заглядывать туда на Голгофу и первое, к чему нас Господь призывает, чтобы мы увидели, что Он за нас там висит, за меня там висит, мой грех его распял. А самое главное, что несмотря на всё это, Он мне рад. И поэтому, когда мы там у Голгофы, всё очень многое, что для нас здесь кажется важным, в итоге оказывается мелочным и пустым. Вот почему снова же в духе пророчества часто говорится: нам надо каждый день быть у подножия креста Христова, каждый день, и тогда многие вещи мы будем оценивать совершенно по-другому, всю нашу безнадежность, всю нашу пустоту, всё, через что мы проходим, наше бессилие, через всё это проходя, мы будем видеть и понимать есть надежда. Божья Любовь – это величайшая сила. Но и последняя история. Это история реально случилась в Древней Руси. Один князь принял христианство. Тогда было много славянских племен, еще были языческие племена. И те отрывки из Евангелия, которые у них были, они ежедневно читали в своей семье, и эти отрывочки слышал его сын. Однажды другое языческое славянское племя сделало набег на христианское племя, и вот это племя христиан оно дало им достойный отпор и загнало язычников в лес, там была большая поляна, обнесенная частоколом. Это бревна заточенная кверху, как бы крепостная стена, язычники укрылись там. Княжеская дружина осадила это городище, между лесом и этим городищем была большая поляна со всех сторон, княжеская дружина была в лесу, а язычники были там в этом городе. И вот этот князь, он ходит вечером и думает: я же христианин, а коли я христианин, то невозможно война на уничтожение, как это было раньше. Поэтому на следующий день он посылает к этим людям, к этим язычникам парламентеров и говорит: Мы уходим, вы свободны, мы не будем вам мстить, мы не будем вас преследовать. А эти люди говорят в ответ: мы вам не верим. Время была жестокое, коварное. Очень часто вроде бы кто-то уходил, делал засаду и потом, когда открывались ворота города, жителей города всех убивали. И вот князь видит, что ему не верят. Это оправданно что не верили, потому что время было жестокое. Но он понимает, что там старики раненые женщины, дети, что через несколько дней они начнут умирать от голода там, потому что они не были готовы к осаде. И он понимает, что этим людям нужно дать гарантию того, что их не тронут. И вот нему подходит его сын девятилетний и говорит: папа, а ты пошли меня туда, как залог того, что ты не будешь мстить, ведь также в Евангелии написано. Отец послал своего сына в этот мир. И вот ранним утром этот мальчик выходит без оружия, в чистой одежде на поляну между лесом и городищем. И вот эти люди, которые привыкли к крови, насилию и смерти, они просто замерли, потому что между ними ожесточенными вышел ребёнок без оружия и направился к этому городу. И вот в какой-то момент просвистела стрела и мальчик упал. Его убили. И вот в этот момент произошло что-то невероятное, вот эти воины язычники и воины христиане побросали всё свое оружие, и побежали к ребенку. Вдруг оказалось, что вся вражда, все это чувство справедливости, жажда мести, жажда доказать свою правоту, всё это потеряла всякий смысл, если есть невинный, беззащитный ребёнок, которого убили.

Когда мы приходим ко кресту, если мы реально приходим ко кресту, если мы узнаём, что он за меня висит, то оказывается, что вся наша правота, попытка кому-то чего-то доказать, непрощение друг друга годами, предвзятое мнение и представление друг от друге, которые мы вынашиваем тоже годами, не способность сделать шаг навстречу Господу годами, всё это оно же так пусто и бессмысленно. Послушайте, если есть Распятый, то все наши амбиции, всё с чем мы носимся годами, теряет всякий смысл. Вот почему грешникам не будет что сказать на Божьем суде, потому что на Божьем суде, всё то великое чему они служили, окажется полнейшей пустотой. Вот почему Божьим детям тоже не будет что сказать, потому что им одно останется – хвалится Господом своим, а больше ведь кроме Него в этом мире ничего нет. Без креста, без Христа – всё ведь пусто и бессмысленно. И когда ты реально встречаешься с Ним, когда твоему сердцу открывается Его любовь, так нетрудно переступить через многое, через что нам казалось трудным переступить годами. И

И вот сейчас, братья и сестры, мы в течение этих вечеров, ну кто-то чего-то испытывал, и может быть кого-то Господь побуждал к какому-то решению, да неважно какому, но иногда Господь касается нашего сердца, чтобы сделать какой-то шаг навстречу Ему. Очень часто – это простить или попросить прощения, очень часто это сделать выбор пойти путем креста, о котором мы говорили утром, где будет распинаться твое «я», иногда может быть кого-то Бог побуждал сделать шаг, я же не знаю, может быть есть кто-то кто не принимал крещение, Бог касался вашего сердца. Послушайте, когда Бог зовёт – это самое великое, что есть в нашей жизни, и если у вас созрело какое-то решение и к чему-то вас Господь влечет, но я не знаю к чему, это сейчас детали не важны, но вот сейчас тот момент, когда надо сказать Господу «да». Мне не важно, что вы переживали во время этих вечеров, мне важно, что будет с вами после этих вечеров, и от того как вы отреагируете на вот это прикосновение Божие к вашему сердцу, именно от этого будет зависеть ваша будущая жизнь. Мне так хочется, чтобы ничто не помешало вам сказать сегодня Богу «да». А если трудно подумайте о кресте, о Христе. Когда мальчика убили, когда сына князя убили, всё оказалось, вся вражда, все свои мнения, вся жажда мести, правоты, все эти многочисленные доказательства что кому принадлежит, все оказалось бессмысленным. И когда ты так видишь сына, тебе легко оставить всё, что мешает идти к нему на встречу. Идите к Нему, идите, кто знает, может сегодня для кого-то из нас, как для Вартимея, помните, был единственный шанс.

Ну вот, сейчас мы молиться будем, и те, кто принял какое-то решение, я понимаю, что иногда не хочется выходить вперёд, да, ну, как хотите, мы ж здесь свободные люди. Но если что-то вас влечет, то идите сюда, и мы будем молиться. Вот время молитвы. Мы ж сегодня говорили о человеке, который плакал и каялся о другом, как о себе. Идите и за кого-то. Ну, вот время молитвы.

Господи, ну, и все мы тут стоим. И у нас сейчас тоже, как у Иакова, у потока Иавок, мы не хотим отпускать Тебя, если Ты не благословишь нас, ибо что жизнь наша без Твоего благословения? Поэтому, Господи, благослови народ Твой, благослови, Господи, народ твой путем креста, восхождением на Голгофу: силой в бессилии, надеждой в безнадежности, мудростью в безумии, и любовью в предательстве. Благослови нас Господи, а всё остальное… всё остальное, как Тебе угодно. Мы готовы идти за Тобой туда, куда Ты нас поведёшь. Итак, как Ты нас поведёшь. Аминь.


Глава 8 из 31« Первая«789»Последняя »