Христос и общество

Во все времена перед Церковью стояла проблема, которая часто казалась неразрешимой – Церковь находится в подчинении у Господа Бога, а жить должна в социокультурной среде человеческого общества. Многосторонние споры об отношениях между христианством и цивилизацией не прекращаются и в наши дни. Иногда они идут ведутся и вокруг конкретных вопросов: «Преподавание религии в средней школе», «Ответственность церкви за существующий строй», «Что значит, быть не от мира сего?». На протяжении истории многие правительства боролись с Церковью, многие были вдохновлены Церковью, многие правительства состояли из членов христианских церквей, многие же — из явных антитеистов. Зачастую в христианстве видели угрозу для общества из-за того, они самоустранялись от общественной жизни. Христос говорил Своим последователям: «Вы не от мира сего», но в то же время Он послал их в мир. Итак, связь между авторитетом мира и авторитетом Церкви и составляют суть проблемы.

Христос.

В первую очередь, необходимо разобраться в основных понятиях. Кто такой Христос? И, что такое общество? Сложно однозначно ответить на вопрос о Христе. ОН – Господь, Спаситель, Бог, Источник жизни, Избавитель от зла. Христианин – это последователь Христа. Христиане, обычно, признают власть Христа над всеми сферами своей жизни. Одной из основных заповедей Христа была Любовь. Но необходимо отметить, что добродетель любви заключается в том, чтобы любить Бога и ближнего в Боге, а не в том, чтобы любить вообще. Необходимо увидеть реального Иисуса Христа, Который не любил одинаково Бога, человека и весь окружающий мир как свое творение. У Иисуса любовь к Богу и любовь к человеку – это две разные добродетели. Любовь к Богу – это восхищение единственным истинным благом, это восторг перед святостью, это благодарность за все имеющееся. Любовь к человеку – сродни жалости, она скорее дает и прощает, чем благодарит, она страдает за людей и из-за людей. Скорее, тут находит свое выражение двоичность природы Христа, Сына Человеческого и Сына Божия, который любит Бога, как подобает человеку, и который любит человека, как подобает Богу. Иисус призывает к добродетелям, которые иногда кажутся радикальными, но любую добродетель Иисуса Христа можно принять за основу при объяснении Его личности и учения, но никакую из них нельзя понять в отрыве от Бога, иначе, их радикальный характер покажется бессмысленным. Как Человек Иисус живет для Бога, а как Бог Он живет среди людей и для людей. Вера в Него и преданность Его делу вовлекает человека в этот двойное поток от мира к Богу, от Бога к миру. Христиане, которым приходится жить со Христом в условиях своей культуры, вспоминают об этом каждый день.

Общество.

Понятие «общество» также является многогранным и неоднозначным. Зачастую то, что мы называем «обществом» в Библии названо «миром». Кроме того, сегодня это же самое понятие часто называют «культура». Общество неразрывно связано с социальной жизнью людей. Общество – это сумма достижений человечества, его система ценностей. Общество стремится к воплощению ценностей в осязаемые формы, так как именно материальные блага составляют основную часть культурного наследия людей. Любое общество многообразно. В одном и том же обществе существуют институты с пересекающимися целями и часто с противоречащими друг другу интересами. это и затрудняет положение христианина в обществе.

На сегодняшний день существуют несколько направлений, которые пытались объяснить взаимоотношения между христианином и обществом. Из их объяснений и складывается то, что мы называем «христианская этика».

1. Христос против общества.

1.1 Взгляд изнутри.

Эта позиция признает господство только Христа, она однозначно отвергает всякие притязания общества на власть в жизни верующего. Послушание Христу и братьям противопоставлено отказу от культурных традиций, проводится четкая граница между братством детей Божьих и, так называемом, миром. Кроме двух случаев (1Ин.2:2; 4:14), слово «мир» относится ко всему обществу за пределами церкви, в котором верующему приходится жить. Мир кажется средоточием зла, царством тьмы, в нем торжествует ложь, ненависть, его жители – наследники Каина. Чадам света не подобает входить туда. И далее, Христос пришел, чтобы разрушить дела тьмы, а вера в Него и есть победа, победившая мир. Главное в жизни христианина – это послушание Иисусу Христу и верность братству, а умирающее общество не заслуживало внимания. Зачастую церковь второго века придерживалась этого взгляда. Любимыми книгами того времени являлись – «Учение двенадцати апостолов (Дидахе)», «Пастырь» Ермы, Послание Варнавы, первое послание Климента – представляют христианство как отделенное от общества.

А. Гарнак попытался систематизировать верования ранней церкви и пришел к следующим их постулатам. 1) Наш народ старше, чем мир. 2) Мир сотворен ради нас. 3) Мир продолжает существовать ради нас, и благодаря нам откладывается час страшного суда. 4) Все в мире принадлежит нам и должно служить нам. 5) История Вселенной и тайны судеб открыты только нам. 6) Мы будем принимать участие в суде над миром, а нас самих ждет вечное блаженство.

Исходя из подобной постановки вопроса, перед человеком стоял однозначный выбор: человек может быть либо христианином, либо законченным злодеем. Очевидно, что во внимание не принимался тот факт, что многие не-христианские государства так или иначе имеют моральные ценности, подобные христианским.

Созидательную этику любви первого послания Иоанна Тертуллиан заменяет на этику запретов. Верующий уже борется не с греховной природой человека, а с обществом, так как именно там кроется корень всех зол. Для Тертуллиана общество и разврат почти одно и то же. Христианам рекомендуется избегать разговоров на политические темы, им запрещена служба в армии. По отношению к философии и искусству запреты еще более суровые, чем по отношению к армии. Даже музыка удостоена звания «служительница греха». Подобные взгляды породили сильнейшее иноческое движение. Основой этого движения стала традиция обособленного христианства. Многие протестантские движения (меннониты, квакеры) придерживались тех же взглядов.

В XIX веке в России подобные взгляды яростно отстаивал Л. Толстой. Он старался все слово Иисуса понимать и применять буквально. Он свел суть Евангелия к пяти правилам. 1) Живи в мире со всеми людьми. Никогда не считай, что твой гнев на людей справедлив. 2) Не делай себе потеху из половых сношений. 3) Не присягай никогда никому и ни в чем. Так как всякая присяга вымогается у людей для зла. 4) Никогда силой не противься злому. 5) Относись ко всем людям одинаково, независимо от того, к какой народности они принадлежат, а поэтому откажись от участия в любых военных действиях. Далее Толстой подвергает осуждению каждую грань культурной жизни. Церковь для Толстого – изобретение дьявола, ни один честный верующий человек не станет священником и проповедником.

Интересно, что практически у всех христиан этого крыла поступки сходились с их словами. Кьеркегор назвал это «редупликацией». Эти люди отказались от легких путей. Свою верность Христу они доказывали физическими и душевными страданиями, лишаясь ради Него дома, семьи, покровительства со стороны государства. И именно это является привлекательным в позиции «Христос против общества». Христиане второго века невольно подготовили почву для социального триумфа церкви и превращения языческого мира в христианскую цивилизацию. Монашество оказалось той структурой, которая сохраняло и передавало все культурные традиции, не смотря на то, что оно было создано именно для того, чтобы бороться с культурой, или точнее сказать, уйти от культуры.

1.2 Взгляд со стороны.

1.2.1 Социальные проблемы.

Необходимо отметить, что люди приходят ко Христу с языком, способом мышления, представлениями о нравственности, свойственным именно их «языческой» культуре. Такие верующие начинают сторониться наиболее одиозных проявлений своей культуры и ее официальных институтов, но на деле, они только выбирают из этой культуры то, что им нравится и переделывают это, называя все новой христианской терминологией. Если отвергается государство, то изолированная христианская община создает собственную политическую структуру (заменяя при этом императора на папу, парламент на братский совет и т.д.). При этом единообразие поведения поддерживается общественным мнением и страхом изгнания. Радикалы отличаются от остальных тем, что они ничего не замечают и продолжают твердить о своей обособленности от мира.

1.2.2 Богословские проблемы.

Одной из основных их проблем является отделение разума от откровения. Под разумом подразумеваются методы и сведения, накопленные обществом, а под откровением – христианское знание о Боге и заповеди Иисуса, доступные только верующим. Они не могут решить вопрос отношений между Христом и обществом, не разграничив христианское и нехристианское знание.

Вторая проблема – понимание природы и силы греха. Замечается тенденция перекладывать всю вину за происходящее на общество, не понимание того, что грех находится внутри нас, в нашей душе и теле, а не вне их. Если самый страшный грех – непризнание собственной греховности, то становится невозможным провести границу между святостью Христа и порочностью человека.

Третья проблема – соотношение закона и благодати. Желание выработать христианское поведение приводит к созданию подробных правил поведения в начале, и к непризнанию человека членом Божьего общества, при непринятии части этих правил.

Таким образом, получается, что единственная разница между христианами и нехристианами получается в настроении, с которым они делают одни и те же дела (одни отдают детей в школу с радостью, другие с ожесточением; одни идут в армию, окрылены любовью к Родине, другие – ненавистью к ней и т.д.).

2. Христос над обществом.

Большинство христиан важнейшим вопросом считают не вопрос отношений между Христом и обществом, а между Богом и человеком. И уже с этих позиций они подходят к решению вопроса об отношениях между Христом и обществом. Эту часть христиан можно назвать «золотой» серединой, но они между собой также неоднородны. Один из основных из постулатов можно сформулировать так: Иисус Христос есть Сын Бога-Отца, Творца неба и земли. Так вводится в дискуссию понятие природы. И при таком подходе Христос и мир не могут быть в противоречии по той причине, что этот мир является творением Бога, и живет и существует благодаря заботе Отца. Итак сформулируем основные положения левого крыла центристов «Христос над обществом» (синтез).

1.3 Взгляд изнутри.

Здесь вместо подхода «или-или» предлагается вариант «и-и». Здесь есть попытка синтезировать свой подход к Христу и как к Богу, и как к Человеку. Сторонники синтеза сознают, что они созданы Богом в этой культуре, в это время, поэтому они несут ответственность за все, что происходит вокруг них. Мф.22:21, Рим.13:1,6 и др. говорится, что есть подчинение Богу, а есть подчинение властям. И также во втором веке появляются первые сторонники этого взгляда: Иустин Мученик, Климент Александрийский. Климент всегда искал связь между правилами приличия и примерами из жизни Христа (часто это получалось с большими натяжками). По мнению Климента, христианин прежде всего должен быть хорошим человеком с точки зрения здоровой части общества. Климент видел Христа, с одной стороны как Того, Кто жил в обществе и был его частью, а с другой – как Того, Кто стоял выше общества. Он говорил так: «Бог нас призывает использовать мирское, но не оставаться в миру. Все, что было дано роду человеческому в благоприятный срок и на доброе дело, готовит его к принятию Слова Божьего». Климента интересовала не христианизация общества, а повышение культуры христиан.

Фома Аквинский также придерживался взгляда «и-и», но у него Христос был настолько выше общества, что он даже не пытался скрыть огромный разрыв между ними. Фома был монахом, он отверг суету этого мира, но при этом, он вместе со своей церковью заботился об обществе, способствовал развитию учебных учреждений, высказывал политические суждения, защищал институт семьи. Он вычленяет мудрость созерцательную и деятельную, и уже затем их синтезирует. Это можно уподобить храму: здание собора располагается посреди улиц, площадей, рынков, но стоит зайти внутрь, как попадешь в мир покоя и умиротворения. Фома считал, что человек может быть свободным, только, если он живет под гражданским законом, т.е. в обществе. Идеальное устройство социальной системы он ищет не в Евангелиях, а в разуме. Все думающие люди, живущие обыкновенной жизнью среди людей, рано или поздно приходят к осознанию сути всеобъемлющих принципов естественного закона и разума Творца.

1.4 Взгляд со стороны.

Складывается впечатление, что синтез – не только субъективное желание человека, но и объективное требование Бога. Творец и Спаситель – один и тот же Бог, спасение не означает разрушение. Образ жизни искупленных не свободен от обязанностей перед законом, как бы высоко не возносился их дух над земными благами. Благодаря признанию этих положений, синтез дает христианам разумную основу для совместной работы и жизни с неверующими. Их жизнь становится жизнью ожидания, при этом, почти не отличающаяся от жизни их современников. Разница в том, что христиане должны еще больше заботиться об общественном, чем даже сами жители этого общества вне церкви. Таким образом, создается предпосылка для того, что приверженцы этого взгляда заботятся о христианизации общества даже больше, чем о самом христианстве. А стремление соединить общество и Христа ведет к вычленению уровней святости, а это, разделяет христиан на группы по своей полноценности. Появляется «клир и мир». Никто не сомневается в том, что в христианской жизни есть свои этапы, но никакое количество этапов не приведет человека ближе к бесконечности и никакие официальные постановления, порядки ведения богослужений, нормы поведения нельзя приписать тому или другому уровню святости. Тем не менее, сторонники синтеза не могут соединить жизнь в этом мире с жизнью во Христе, не прибегая к идее уровней.

3. Христос и общество в противоречии.

1.5 Взгляд изнутри.

«Центристы» (дуалисты) считают, что главным вопросом жизни является не проведение границы между христианской общиной и языческим миром, это и не противостояние человека и природы, и все же в отличие от приверженцев синтеза, которые живут в относительном покое, дуалисты живут в конфликте. И этот конфликт составляет главный вопрос их существования. Противоречие имеет место между Богом и человеком, между праведностью Божьей и нашей праведностью. На одном берегу стоим мы со своими государствами, церквями, с язычеством и христианством, с ежедневной суетой, а на другом находится Бог во Христе, и Христос в Боге. Главный вопрос – это не отношения между человеком и человеком, а между святостью Бога и греховностью человека.

Дуалисты начинают свои размышления с благодати Божьей, благодаря которой Бог незаслуженно прощает людей, принимает их как Своих детей. Заповеди Бога настолько трудны, что Его дети ежедневно отрекаются от них, но Он все равно остается их Спасителем, вновь поднимает их из грязи, возвращает на путь к жизни. Но при этом, грех остается в человеке, а человек – во грехе. Христиане-дуалисты существенно отличаются от приверженцев синтеза в понимании того, насколько глубоко и широко проникло зло в человеческую сущность.

М.Лютер (дуалист) видит развращенность и упадок во всем, к чему прикасается рука человека. Перед Божьей святостью, открытой в благодати Иисуса, нет особого различия между мудростью философа и блудом проститутки. Человеческая природа греховна настолько, что грех распространяется и на то, что человек делает в стенах храма, для Бога и во имя Бога. Грех подчинил себе не только мирскую философию, но и христианское богословие. Интересно, что дуалист не судит других людей, отделяя себя от них. Он судит себя и все человечество в целом. Дуалист видит, что все, что пытается сделать человек – это стать независимым от Бога. Они говорят, что желание стать богом видно в поступках благороднейших людей. Христианам нравится прощать грехи, любить людей, носить в себе образ Христа, обладать единственной истинной религией – в общем, спасть, а не искать спасения. Дуалист знает, что он – часть мира на одном берегу реки здесь, правда, появляется противоречие, так как получается, что и его рассуждения об этом испорчены грехом, и возможно, абсолютно неправильны. Итак, дуалист и грешник, и праведник, он и верит, и сомневается.

Дуалисты считают апостола Павла своим учителем. Павел, с одной стороны пишет, что блудники Царства Божьего не наследуют, а с другой стороны, воздержание от блуда также не ведет в Царство. Павел утверждает, что к Богу нельзя приблизиться путем соблюдения праздников, постов и добрых дел. Только благодать – путь домой. Однако, именно Павел стал основоположником того учения, которое впоследствии назвали христианской этикой. Павел считал, что закон не может спасти, но закон может помочь увидеть себя, а также ограничить власть греха в этом мире. Чаще всего, когда Павел пишет о так называемых этических вопросах, он не прибегает к Божественному авторитету. Чаще он призывает разум и традиции. Создается впечатление, что Павел рассчитывал, что христиане сами поймут, что значит жить по благодати, и только их плотская жизнь, беспорядки в церквях заставляют его писать об этических вопросах.

Лютер считал, что Христос разрешает все проблемы нравственности, делает чистыми намерения и мотивы поведения, создает и хранит невидимую духовную общину, где проходит жизнь верующего. Тем не менее, Он не определяет конкретные поступки и реальное общество, в котором человеку приходится жить и работать. Напротив, Он освобождает людей от необходимости искать особые ремесла и основывать особые сообщества, ибо посредством этого человек стремится обрести собственное достоинство, похвалу от людей и награду от Бога. Лютер говорил о жизни в обществе как подчиненной Христу, а также о том, что правила, которые приходится соблюдать в миру, не связаны с заповедями Христа. Евангелие не учит людей лечить тиф, и из заповеди о любви не выедешь уголовный кодекс. От Христа мы принимаем знание и свободу, чтобы добросовестно и с любовью выполнять свои гражданские и трудовые обязанности.

1.6 Взгляд со стороны.

По убеждению дуалистов, грех присутствует не только в отдельных верующих, но даже в их общинах, и это утверждение оказывается ближе к реальным фактам из жизни любого христианина и любой церкви, чем идеализированное описание святых братств и безгрешных церквей. Дуалист предлагает этику непрерывного движения, где сплетаются деяния Божьи и человеческие поступки. Это этика свободы, но не как неповиновение закону, а как творческий отклик человека на оказанное на него влияние.

Но в то же время, в сторону дуализма раздаются упреки. Первый – дуализм уводит людей в отрицание закона как такового. Дуалистам придется взять на себя ответственность за тех слабых духом людей, кто поддавшись искушению, использовал идеи об относительном характере всех законов для оправдания своего поступка. Второй – их можно назвать социоконсерваторами, т.е. они собирались изменить порядки только в одной области – в религиозной, и совсем не пытались изменить культуру своего общества. Парадоксально, правда, то, что именно они внесли наибольший вклад в развитие культуры, совсем того не желая.

Ограниченность и эгоизм человека настолько велики, что по эту сторону смерти невозможно ожидать изменения общества. Такая логика приводит к мысли, что все дела рук человеческих обречены на провал, и поэтому жизнь христианина – не в них. Хотя гражданские и социальные обязанности важны для верующего, настоящий смысл его жизни сокрыт со Христом в Боге.

4. Христос – преобразователь общества.

1.7 Взгляд изнутри.

Следующий подход можно назвать реформизмом. Реформисты твердо стоят на том, что существует огромная разница между деяниями Божьими во Христе и делами человеческими в обществе. Они понимают, что Мессия пришел не для того, чтобы сделать поведение людей более привлекательным внешне. Он явился, чтобы испытать сердца и заглянуть в самую глубину подсознательного, где покоятся основы человеческой сущности. Бог реальными действиями являет людям милосердие, а не только говорит о нем. Они замечают, что зло глубоко укоренилось в душе человека и властвует над всеми его поступками, что несмотря на многообразие форм, порочность не бывает большой или маленькой, и поэтому о степени развращенности говорить не приходится. Отсюда следует, что любой индивидуальный и коллективный труд на благо общества, любые подвиги на благо Родины или всего человечества люди вершат исключительно ради собственной выгоды, а потому подлежат суду Бога. Если для дуалистов, мир – это царство разврата, то для реформистов – царство развращенное. Разница весьма существенная: развращенное царство по природе своей хорошо, а зло появилось в нем только из-за искажения его естества. Следовательно, проблему общества надо решать путем реформ, а не заменой его на новую сущность, даже если глубина реформ такова, что может сравниться с новым рождением. Вечность означает для них – не предвременное бытие Бога до сотворения Вселенной и не поствременное блаженство с Господом после завершения судеб мира, а присутствие Бога во времени. Вечная жизнь – это качество существования здесь и сейчас. Реформисты считают Евангелие от Иоанна классическим примером своих идей. Иоанн очень мало передает слова Иисуса о Его втором пришествии, зато очень много говорит о пришествии Святого Духа – Утешителя. То есть, вместо идеи о необходимом оставлении тела ради пребывания со Христом он приносит учение о теперешней жизни со Христом в Духе.

Идеи реформизма одним из первых развил Блаженный Августин. Он стал предводителем величайшего исторического движения, которое перевернуло всю Римскую империю и сделало из языческого царства кесаря средневековое христианское общество. Августин видит Христа как Того, Кто направляет жизнь человека на путь истинный, дает силы идти по нему, и исправляет все действия, благая сущность которых была извращена. Идеи Августина позже подхватил и развил Жан Кальвин.

1.8 Взгляд со стороны.

Реформисты видят историю как настоящую встречу с Богом во Христе, поэтому ожидание конца времен и гибели сотворенного мира и общества не подчиняет себе все их мысли. Скорее, они полны уверенности, что Господь преобразит все сущее, подняв его до Себя. Образы, к которым они прибегают, обычно пространственны, а не временны, а движение жизни, изливаемой Христом, направлено ввысь – душа человека, его дела и помышления стремятся туда, где в едином порыве со всем сонмом небесным она поклонится Тому, Кто привлек ее к Себе, и прославит Его. Таковым может стать человеческое общество, основанное на преображающей жизни во имя Господа.

Кроме того, вера в представлении Августина и Кальвина становится просто принятием церковных догматов, что важно, но не заменяет собой непосредственного обращения к Богу. Избрание превращается в учение о предопределении, где вместо традиционного взгляда (Бог избирает людей прежде, чем они возлюбят Его, и дарует им способность любить Бога) появляется теория о том, что Бог избирает одних и отвергает других. Образ Града Божьего распадается на два лагеря. Кальвин очень тесно к тому же связал церковь и государство. Эта связь вместо того, чтобы преображать общество путем благотворного влияния христиан, начало преображение с насильственных законов.

5. Христос – часть общества.

1.9 Взгляд изнутри.

Во всяком обществе, прикоснувшемся к Евангелию, находятся люди, прославляющие Иисуса как Мессию, спасающего именно их нацию, исполняющего именно их мечты. Такие люди принадлежат к христианской общине не только потому, что называют Иисуса единым Господом неба и земли, но и потому, что ищут мира со всеми верующими во Христа. В то же время они прекрасно чувствуют себя в социокультурной среде светского общества. Они не ощущают противостояния между церковью и миром, евангельскими заповедями и государственными законами. С одной стороны, они трактуют общество в свете учения Христова, с другой – они смотрят на Христа глазами общества, выбирая в Его проповедях и поступках то, что ближе к лучшим из достижений цивилизации. К ним применяют термин «либералы». Мотивом подобного взгляда на Евангелие служило не отрицание Божественных установлений в угоду своим плотским наклонностям. Они просто хотели примерить Евангелие с наукой и философией своего времени. В их понимании, Иисус Христос был духовный спаситель, но не Господь жизни.

А. Ричль говорил, что Христос выступает за мирное и заботливое общество, достигнуть которого можно путем хорошего воспитания его членов. Он верил, что человеку следует считать свою личную жизнь самоцелью. И только участвуя в гражданском труде ради всеобщего процветания, верность общественному долгу позволяют человеку считать себя настоящим учеником Христа. Он писал: «христианское представление о Царстве Божьем подразумевает единение человечества, причем единение крайне прочное и внутренне и внешне; достигается же оно благодаря взаимным нравственным деяниям его членов, причем деяниям, превосходящим обыкновенное, частное и естественное».

Шлейермахер был убежден, что все «неудобное» в вероисповедании исходит не от Христа, а из церкви с ее догматами и церемониями. Раушенбуш и многие другие видели в Иисусе выразителя величайших достижений человеческой религиозно-этической культуры. Благодаря им, стало популярно выражение: «Бог – Отец, а все люди – братья». По причине тесной связи Христа и общества их назвали социотеологами.

1.10 Взгляд со стороны.

Благодаря социотеологии, Евангелие зазвучало на понятном языке для образованной части общества XIX-XX веков, которая была далеко от церкви. Тем, кто ругает социопротестантизм и призывает вернуться к «библейскому типу мышления», следует помнить, что в Библии представлено много культур, что разные ее части написаны на разных языках, что в ней единого взгляда на общество и нет также единого психологического типа. Иисус Сам был не от мира сего, но Он заботился об этом мире. Многие сторонники этого взгляда действительно реально преуспели в преобразовании общества.

Однако, стоит признать, что в попытках найти ответ на вопрос об отношениях между Христом и обществом социохристиане имеют тенденцию искажать новозаветный образ Иисуса. Взяв несколько небольших фрагментов из земной жизни Иисуса, описанных в Евангелиях, и дав им некоторое толкование, они приписали им значение самой главной черты личности Иисуса. Их поиск точки соприкосновения со слушателями подчинил себе всю проповедь. Подобно верующим радикальных взглядов, социохристиане с подозрением относятся к традиционному богословию. Они имеют тенденцию разводить разум и откровение. При этом, разум они считают основным источником знания о Боге и спасения, а Иисус для них – это великий учитель рациональной истины и добра. В то время, как откровение – это сказочное одеяние, в котором рядится научное знание. Благодать Божья для них выступает как дополнение к людским подвигам. Интересно отметить, насколько схожи противоположности. К сожалению, социотеология не заметила, что основной конфликт человека – не с окружающим миром, а с Богом, и, что в центре этого противостояния стоит Иисус Христос как Жертва и Посредник между Богом и человеком.


Глава 2 из 14123»Последняя »