Глава 15. О попытке царя Иоакима остановить время

Известие о том, что Иоаким перестал платить ему дань, безусловно, разгневало Навуходоносора. Но он умел не подчиняться порывам, а наносить удар лишь тогда, когда это было наиболее выгодно и безопасно. В 599 году он начинает новую военную кампанию, но не против Египта или Иудеи, а против арабов. [ANET. Suppl. 654]. В нескольких сражениях арабы были разгромлены и в результате Египет был отделен от Иудеи покоренными Навуходоносором землями. [Циркин. Указ соч. С. 338]. Затем, по приказу царя, вассальные ему царства грабили и опустошали Иудею [Ренан. Указ соч. С. 454], готовя основной поход, в который уже должен был отправиться он сам лично. И вот в декабре 598 года войска Навуходоносора подходят к Иерусалиму. «Иоаким, когда на него пошел войною царь вавилонский, принял его к себе в город из боязни, что оправдаются предсказания пророка; в надежде, что он не подвергнется никаким бедствиям; он и не думал запирать пред вавилонским властелином городские ворота, равно как не решался воевать с ним. Вавилонянин же, войдя в город, не думал соблюсти прежние договоры, но велел перебить самых сильных и красивых из иерусалимцев вместе с их царем Иоакимом, причем, приказал труп последнего выкинуть без погребения за городские стены». [Иосиф Флавий. Указ соч. Т. 2. Книга 10. Глава 6, 3. С. 17]. Только теперь, видя несметные вавилонские полчища, Иоаким поверил Иеремии. На протяжении десяти лет он отвергал Божьи призывы покаяться и обратиться. И вот сейчас, когда Навуходоносор, о котором пророк предсказывал еще много лет назад, вошел в город, царь решил «все исправить». В ужасе он открывает ворота неприступного Иерусалима, выходит с дарами навстречу вавилонянам. [Белявский. Указ. соч. С. 85]. Он хочет остановить исполнение библейского пророчества. Он хочет жить, он не хочет умирать. Он уже готов пойти на любые жертвы, унижения. Он уже готов принять все вести пророка. Но было уже поздно. «Ищите Господа, когда можно найти Его; призывайте Его, когда Он близко» (Ис. 55: 6). Так, отвергая и отвергая Божьи призывы, царь все дальше и дальше отходил от Бога. Отход от Бога — это, как правило, длительный и незаметный процесс, который человек начинает замечать, когда что-либо изменить бывает уже практически невозможно. Недаром Исайя предупреждает: «Ищите Господа, когда можно найти Его; призывайте Его, когда Он близко» (Ис. 55:6). Христос призывает нас не откладывать свой духовный выбор на завтра, ибо завтра просто может не быть. Иоаким этого так и не понял. А понимаем ли это мы? Не поступаем ли мы как в поговорке: «пока гром не грянет, мужик не перекрестится». Но в основном это «перекрещивание» уже ничего не дает. К тому же, как правило, оно бывает вызвано не искренним раскаянием, а обстоятельствами. Когда же последние изменяются в лучшую сторону, то и раскаяние куда-то исчезает. Почему, когда нам хорошо и спокойно, мы редко вспоминаем о Боге, о служении ближним? Но зато, когда нас постигает горе, болезнь или нужда, мы начинаем сразу молиться, идти в церковь, обещаем исправиться. Кого и зачем обманываем мы? Ведь в первую очередь, получается, самих себя! Господа мы даже, порой, пытаемся «подкупить», откупиться от Него, жертвуя на храм, строя больницы, отбивая поклоны, думая, что через это получим от Него жизнь, радость, мир и избавление от наказания. Многие для этого ставят свечи святым, надевают освященные ладанки, обереги.

Иоаким пытался применить все. Но это было уже бесполезно. Что чувствовал этот царь в последние минуты своей жизни? Может быть, вспоминал свой роскошный дворец и женщин, которых он так любил, а может быть, думал о своей семье, о ее будущности… Быть может, он думал об Иудее. А может, он вспомнил тот холодный декабрьский день, пылающую жаровню, в которой он методично сжигал обращенные к нему спасительные слова Божьи. Быть может, он подумал о том, что в тот день он сжигал методично и хладнокровно свою собственную жизнь… Мы не узнаем, о чем думал царь Иоаким, но сегодня у нас есть возможность не оказаться на его месте и не сжигать в своей жизни слово Божье, обращенное к нам.

Но вот, наконец, подходит могучий вавилонянин, держа в руке меч. Взмах, и царь Иоаким, точнее, уже бывший царь Иудеи, падает бездыханным на плиты, по которым еще недавно шел с высоко поднятой головой. А еще через некоторое время его тело, как мертвую собаку, выбрасывают за городские ворота, к вящей радости голодных псов. На осиротелый трон трепещущей Иудеи Навуходоносор возводит восемнадцатилетнего сына Иоакима Иехонию. Последний царствовал всего три месяца, но несмотря на столь краткий срок и юный возраст, успел зарекомендовать себя как достойный сын своего отца, ведя развратный образ жизни, оставаясь таким же духовно близоруким. Удивительно, но не успели вавилонские части оставить столицу, как Иехония начал проводить антивавилонскую политику. На что мог надеяться и рассчитывать этот только вступающий во взрослую жизнь человек? Ведь только что перед его глазами был убит отец, вавилонские стражники стояли в воротах Иерусалима и вообще сам факт того, что город и страна не были разграблены и уничтожены, был настоящим чудом. На что же надеялся Иехония? На Египет? Но он не пришел на помощь его отцу, столь верно служившему ему. На что же? С одной стороны, это очень трудный, а с другой — простой вопрос. Но перед тем, как ответить на него, давайте спросим себя, лично себя: а на что рассчитываем мы, когда не принимаем Божью весть спасения? Когда вместо Господней субботы чтим установленный людьми другой день недели? Когда клевещем, прелюбодействуем, завидуем, думая, что этого никто не видит. На что надеемся мы, попирая Божий авторитет и Божье слово? Ведь нам, как и Иехонии, в этих случаях надеяться просто не на кого и не на что. Ибо кто или что может быть выше Бога? Обычно человек чувствует опасность, инстинкт самосохранения у нас очень развит. Но, к сожалению, чисто физиологический инстинкт. Духовный же инстинкт самосохранения мы не развиваем у себя. Отходя от Бога, человек делается все более и более слепым. Недаром Христос говорил о фарисеях, что они слепые и вожди слепых. «Оставьте их: они — слепые вожди слепых; а если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму» (Матф. 15:14). Причем, эта духовная слепота приводит человека не только к духовному, но рано или поздно и к физическому и материальному падению. Иехония был слеп. Он настолько ослеп, отойдя от Бога, что шел, точнее, буквально бежал к своей смерти. Он поступал вопреки всякому здравому смыслу. Он не только не проанализировал причины гибели своего отца, но даже не дал вавилонянам толком отойти от Иерусалима, начав плести против них козни.

Проведав об измене нового царя, Навуходоносор спешно разворачивает свои полчища и вновь подтягивает их к городу. «В планы Навуходоносора не входило ни разрушение столицы, ни избиение населения. Он применил традиционную политику Ассирии — систему выселения завоеванного населения в другие страны, политику, которую Салманассар применил к Самарии и Северному царству. Однако, это выселение производилось им в гораздо меньшем масштабе, чем в Самарии. Царь, царица-мать, жены царя, евнухи, его двор, офицеры, министры, должностные лица, материально состоятельные люди, все, кто был способен носить оружие, были переселены в Вавилон или Месопотамию. Вся переселенная масса составляла 23 023 человека, или, приблизительно, шестую часть иерусалимского населения. Это была военная и гражданская аристократия. Победители руководствовались при этом… принципом, что устранением вождей нации они будто обезглавили и саму нацию… [Однако] одно обстоятельство способствовало тому, что задуманная Навуходоносором комбинация об окончательном уничтожении упорства иерусалимских жителей осталась без результата. Между изгнанными классами, пространно перечисленными, книга Царей не упоминает ни о жрецах, ни о левитах, ни о пророках. Все эти классы остались в Иерусалиме вокруг храма, правда, лишенного его драгоценных украшений, но приобретшего у народа еще более высокое значение. Дух нации сконцентрировался в этой великой партии, партии левитов и пророков. Иеремия не был переселен. [Ренан. Указ. соч. С. 457—458]. И этот один человек стоял, глядя вслед уходящим в Вавилонию своим соплеменникам, одним из которых был будущий пророк Иезекииль. Читая 4 Цар. 24:12, 14, 16 и Иер. 52:28—30, многие указывают на противоречия, якобы содержащиеся в этих текстах. «И вышел Иехония, царь Иудейский, к царю Вавилонскому, он и мать его, и слуги его, и князья его, и евнухи его, — и взял его царь Вавилонский в восьмой год своего царствования и выселил весь Иерусалим, и всех князей, и все храброе войско, — десять тысяч было переселенных, — и всех плотников и кузнецов; никого не осталось, кроме бедного народа земли. И все войско числом семь тысяч, и художников и строителей тысячу, всех храбрых, ходящих на войну, отвел царь Вавилонский на поселение в Вавилон»; «Вот народ, который выселил Навуходоносор: в седьмой год три тысячи двадцать три Иудея; в восемнадцатый год Навуходоносора из Иерусалима выселено восемьсот тридцать две души; в двадцать третий год Навуходоносора Навузардан, начальник телохранителей, выселил Иудеев семьсот сорок пять душ: всего четыре тысячи шестьсот душ» (Иер. 52:28—30).

Профессор А. Маламат, оценивая значение изгнания Иехонии и его последствия, предложил свою версию для объяснения противоречий, содержащихся в различных библейских источниках [«Период царства: политическая история» (в серии «История народа Израиля»), редактор А. Маламат, зам. редактора И. Эфаль, Иерусалим, 1983]: «Можно объяснить различия, имеющиеся в библейских источниках, относительно числа изгнанных вместе с Иехонией жителей Иудеи и даты их изгнания. Выясняется, что изгнание было осуществлено в два этапа. Первый этап отражен в Иеремия 52:28 (и его описание основывается, вне всякого сомнения, на официальном документе). В соответствии с ним 3022 иудея были изгнаны на восьмом году правления Навуходоносора. Скорее всего, речь здесь идет о небольшом по размеру изгнании жителей провинции, которое произошло еще в период осады Иерусалима или сразу же после его сдачи (сравните с намеком в Иеремия 13:18—19). Второй этап изгнания, описанный в Книге Царств IV, 24:12 и далее, включал элиту иерусалимского общества во главе с царем Иехонией, придворными и защитниками города. Подготовка столь массивного изгнания потребовала несколько недель. Если учесть, что сдача Иерусалима состоялась второго числа месяца адар [шестой месяц еврейского календаря], то само изгнание произошло лишь «на восьмой год… царствования» Навуходоносора (Книга Царств IV, там же), который начался первого нисана [седьмой месяц еврейского календаря]. Предположение о том, что изгнание состояло из двух этапов, позволяет объяснить также и противоречие относительно числа изгнанников. Глава 24 Книги Царств IV называет цифры 10000 человек (строфа 14) и 7000 человек (строфа 16). В обоих случаях следует прибавить около тысячи «плотников и кузнецов», т. е. вспомогательные силы армии. Можно предположить, что цифра 7000 соответствует числу изгнанных на втором, главном, этапе, в то время, как 10000 — это общее число, которое включает 3000 пленных, изгнанных в ходе первого этапа.

Однако значение изгнания Иехонии не исчерпывается лишь числом изгнанных. Не менее важен и качественный состав пленников. Речь здесь идет об элите государства: царская семья, вельможи, знать, лучшие представители армии и искусные мастера-ремесленники (Книга Царств IV, 24:12—16, а также Иеремия 24:1; 27:20; 29:2). В дополнение к этому, среди изгнанников были и религиозные лидеры: пророки и жрецы Храма, в том числе пророк Иезекииль (Иеремия 29:1, 21 и далее). В книге Иеремии сравниваются изгнанники с «хорошими смоквами» (Иеремия, глава 24, в особенности строфа 5). Сами пленники и их потомки, проживавшие в Вавилонии, также видели в изгнании Иехонии важнейшее звено на пути гибели Иудеи. Они даже начали новый отсчет лет, приняв за исходную точку это событие (сравните Книгу Царств IV, 25:27 и отсчет лет, принятый в книге Иезекииля). По сравнению с этим, во времена Седекии именно разрушение городов Иудеи воспринималось как основная трагедия (сравните Иеремия 34:7; 44:2) в то время, как пленение Иехонии спасло страну от полного физического уничтожения.

Археологические раскопки не дали однозначных свидетельств в пользу значительного разрушения зданий в эпоху Иехонии. Можно предположить с достаточной долей вероятности, что пограничные области на севере, а не на юге, были отторгнуты в тот период от Иудеи. Возможно, что Навуходоносор присоединил бывшие земли колена Вениамина к своей области Самария. Тем самым они были спасены от разрушения в конце эпохи Первого Храма. Известно, что среди изгнанников были также и знатные семьи колена Вениамина, в их числе предки Мардохея (Мордехая), хотя они и были изгнаны из Иерусалима (Книга Эсфири 2:5—6). По-видимому, они оказались в Иерусалиме в поисках укрытия и защиты в смутные дни заката Иудеи.

Изгнание элиты царства и высокая дань, которой обложил страну Навуходоносор, подорвали устои государства, вступившего в последнее десятилетие своего существования. Иудея испытывала недостаток в опытных и способных политических руководителях. Подобные условия создавали плодородную почву для успеха сомнительных авантюристов. Изгнание землевладельцев и других состоятельных людей («никого не осталось, кроме бедного народа земли». Книга Царств IV, 24:14) привело к социальному и экономическому хаосу». [Маламат А. Последние годы Иудейского царства. Иерусалим, 1980. С. 144—145].

Иезекииль, несомненно, слышал пламенные проповеди Иеремии (некоторые ученые полагают даже, что в юности он был его учеником — Лопухин. Указ соч. Т. 6. С. 189) и их Божью искру уносил в далекую Месопотамию, чтобы там, на чужбине, подкреплять Божий народ. А Иеремия по-прежнему оставался в Иудее. И проводив глазами вереницу пленников, медленно тянущуюся на юг, пророк вновь отправился в Иерусалим.

Наш Бог — это Бог времени. Он никогда не опаздывает и не спешит. Он дает нам время, чтобы мы спаслись. Он хочет научить нас, чтобы мы ценили время и сознавали, что вспять его поворотить нельзя.


Глава 20 из 35« Первая«192021»Последняя »