4. Мирской дух

Вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому, ненавидит вас мир… Мир возненавидел их, потому что они не от мира, как и Я не от мира… Молю… чтобы Ты сохранил их от зла. Они не от мира, как и Я не от мира. Иоанна 15:19; 17:14–16

Но мы приняли не духа мира сего, а Духа от Бога, дабы знать дарованное нам от Бога. 1–е Коринфянам 2:12

В этом мире два царства соревнуются между собой, споря о господстве. У каждого из царств есть дух, оживляющий его, в нем его сила, им направляется все, что оно делает, и через него оно управляет людьми. Все, что мы есть или что мы делаем, обретает свою суть и ценность в очах Божьих в зависимости от того, в каком духе это делается. Этот дух есть в каждом из царств, это не слепая сила или подсознательная тенденция, а разумная сила, действующая с конкретной целью. Дух мира и бог мира сего правят каждым сыном Адама. Дух от Бога – это сила живого Бога, действующая как божественная жизнь в сердцах тех, кто Его принял.

Ужас грехопадения заключался в том, что человек предпочел видимое – то, что предлагал этот мир в виде красоты, наслаждения и мудрости – не видимому, духовному благу Божьей воли и благосклонности. А пагубность и наказание Грехопадения заключаются в том, что человек стал подвластным видимой и временной силе, что мирская суета стала для него второй природой, так что этот мир стал ему ближе и яснее и влиял на него гораздо больше, чем Бог всей славы и блаженства, создавший его. Как бы мало об этом ни думали и ни учили, величайшая опасность для чада Божьего исходит от духа мира сего, тайно и подсознательно влияющего на его суждения и поведение. А одной из его величайших потребностей в том, чтобы ему открыли глаза и он увидел, что такое мир и его дух, и что от него его не может освободить ничто, кроме полного подчинения Духу Божьему.

Великая сила мира заключается в самом факте того, что мир имеет дух и действует с его помощью в нас. Все, что есть в мире – подразумеваем ли мы то, что Бог непосредственно создал в природе, или все те сложные обязанности и силы, материальные богатства и удовольствия, из которых по Божьему промыслу складывается жизнь – произошло от Бога и по праву предъявляет претензии на нас. Само по себе это не грех. Но с Грехопадением и мы, и все это попало во власть бога мира сего. Мы в царстве мира сего, в нас дышит и нами руководит его вездесущий дух, и мы совершенно бессознательно действуем в соответствии с его принципами. Мы рождаемся и растем под влиянием этого духа. Вся наша человеческая природа находится под его хитроумным господством. Все общество вокруг нас, если оно не управляется Духом Божьим, создает среду, атмосферу, из которой всеми порами мы вбираем инфекцию жизни, отлученной от Бога. Однако поскольку это тайный, потаенный дух, поскольку он приспособился к учению Христа и поклонению Христу, мы можем быть в абсолютном неведении о зле, которое мешает нашей духовной жизни и ослабляет ее.

Дух Божий послан в сердца детей Божьих, чтобы покорить, изгнать дух мира сего и лишить его там собственности. С днем Пятидесятницы царство Божье пришло в силе, царство небесное началось на земле. Люди начали жить жизнью не от мира сего, от другого мира, жизнью небесной, превосходящей все блага, которые может предложить мир, и все зло, которым он может угрожать, жизнью, свободной от всех общепринятых мыслей и мотивов действия. Совершенно земная, даже внешне, жизнь Христа должна была увековечить себя во внутреннем круге Его избранных учеников и друзей. Они должны были настолько отдаться общению с миром небесным – ждать и трудиться терпеливо и упорно, чтобы получить тот свет и руководство, ту радость и силу, которую мог дать их Господь – чтобы мочь рассказать своим братьям о той небесной жизни и силе, которая позволит им в их земном призвании прожить неземную жизнь.

Некоторые из моих читателей уже говорят: «Но как мы можем повлиять на наших братьев, если мы будем от них удаляться, если мы должны жить такой неземной жизнью? Давайте помнить, что сила этого мира лежит во лжи. Это царство тьмы.» Для неверующих, у которых бог века сего ослепил умы, чтобы для них не воссиял свет благовествования о славе Христа». Сатана приходит как ангел света; он может сокрыть дух мира сего под облачением из библейских истин или обязанностей христианина. И в силу этого ужасного ослепляющего воздействия мира даже на верующих они не видят того, чему так ясно учит Слово Божье – что только те, кто полностью отделяется в духе от мира, смогут больше всего повлиять на него. Пока наше отделение себя от мира продиктовано стремлением к собственной безопасности, оно не может достичь той цели, к которой Бог нас призывает. Но когда мы покоримся Духу Божьему, чтобы изгнать дух мира сего, мы поймем, что освобождение от его самодовольства и эгоцентризма, которое могут дать полная преданность Христу и небесная жизнь, – это та самая сила, которая нам нужна, чтобы жертвовать собой для других и обрести власть над злом.

Когда я разговаривал с верующими, самые искренние из них первыми соглашались, насколько хитроумен и глубок дух мира сего – и насколько он превыше наших способностей распознать или победить его. Только сердце, которое полностью во власти Духа Божьего, может распознать его хитрость и не поддаться его власти. Если верно, что трудно убедить в этом отдельных верующих, насколько же это труднее, когда мы говорим о церкви в целом? Однако же я очень глубоко убежден, что лишь только дух мира сего в церкви мешает Духу Божьему и вызывает такую абсолютную потребность в пробуждении. И такое пробуждение совершенно невозможно до тех пор. пока не будет изгнан дух мира сего. Следовательно, истинное пробуждение может наступить лишь с помощью глубокого действия Духа, обличающего мир сей в церкви, и лишь тогда церковь сможет выполнять Божье дело в мире и для мира.

В чем же проявляется этот дух мира и в чем заключается его греховность? «Кто любит мир, в том нет любви Отчей.» И если первая и наибольшая заповедь – это « Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим», то первый и наибольший грех – это любовь к миру, которая делает любовь к Богу невозможной. Так было с грехом наших прародителей. И когда Иоанн определяет, что такое мир, и что такое любовь к нему, мы сразу вспоминаем о том первом грехе. Он говорит о похоти плоти, похоти очей и гордости житейской. У человека есть тело, душа и дух. Ева увидела, что «дерево хорошо для пищи». Это было семя всей похоти плоти, желание усладить тело со всеми его прихотями. «И что оно приятно для глаз.» Это было начало всего, что является источником наслаждения в видимом мире, его Богом созданной красоте и сокровищах, которые привлекают силы души и ума и отвлекают их от Бога так же эффективно, как и более плотские удовольствия. «И вожделенно, потому что даст знание». У человека есть дух, который способен познать Бога и получать от этого удовольствие. Эта духовная природа была обращена к миру, чтобы искать в нем и его мудрости познание добра и зла. И тогда мудрость мира сего с ее хвалеными рассуждениями о Боге и о добре стала великим врагом любви к Богу и главным источником той гордости житейской, в которой люди находят удовлетворение без Бога.

Точно такие же три тенденции отражены в искушении нашего Господа. Сначала говорилось об удовлетворении физического голода Его собственной властью без ожидания на то Божьей воли. Затем шло искушение похотью очей, когда Ему были показаны все царства мира. А затем была затронута гордость житейская, когда от него требовалось признать себя сыном Божьим.

А как обстоит дело сейчас, когда три этих великих проявления духа мира сего есть в церкви? Я и не говорю даже о силе плоти, проявляющейся в ужасном господстве пьянства и похоти в самом сердце нашей современной христианской цивилизации. Но я говорю об эгоистичном желании богатства и изобилия, комфорта и роскоши, свойственного нашему христианскому обществу в целом и подавляющему большинству тех, кто называет себя христианами. Как это все препятствует всякому истинному самоотречению и духовности! Как это мешает всему, подобному истинному самопожертвованию для наших братьев вокруг нас или для царства Божьего в мире! Я не говорю о похоти очей, проявляющейся в жадности к деньгам, угнетающей бедных, или в материализме, измеряющем счастье богатствами, или прогресс только тем, что видимо или временно. Но я говорю о подчинении духу мира сего христиан повсюду, что приводит их к такому же рьяному участию в погоне за материальными благами и удовольствиями этого мира, как и у всех других. А эта погоня заставляет рассматривать жизнь самоотречения или мыслей о небесном такой же невозможной и ненужной.

Я говорю о мудрости, которой постоянно ищет этот мир. Не дает ли церковь Христова множество доказательств, что премудрость слов и превосходство речи в большой степени узурпировали место и восприняли честь и славу, которые принадлежат лишь мудрости, нисходящей свыше? Мудрости, которую Бог Своим Духом являет людям, думающим о небесном, а не о мирском? Самодовольство, проявляется ли оно в более очевидных или более утонченных формах, в тех ли, кто ему полностью отдался, или в тех, кто лишь частично ему подчиняется, неизбежно ведет к той, часто подсознательной, гордости житейской, которая делает неосуществимой заповедь «любить Бога всем сердцем». «Кто любит мир, в том нет любви Отчей.

Наш Господь Иисус был не от мира. Он знал это и действовал с сознанием этого. Он говорил об этом ученикам и иудеям; если бы они хотели поистине узнать Его, они должны были знать это как одну из тайн Его внутренней жизни. Он сказал ученикам, что и они не от мира, как и Он. Он хотел, чтобы они это знали. Не зная этого, они не смогли бы прожить так, как Он хотел от них. Не зная этого, они не были бы готовы к великому пробуждению, пришедшему с Пятидесятницей.

Если в своей молитве о пробуждении мы не будем готовы испытать церковь и самих себя этим пробным камнем, наша молитва будет тщетна. Для Христа, то что Он не от мира, значило все. Он доказал это, отделив Себя от греха мира, выявив грех и осудив его, приняв крест, который мир Ему приготовил как доказательство расстояния между собой и Ним. Крест явил дух мира, его непримиримую вражду к Нему. Он явил Дух Христа – Его отказ от мирской дружбы, Его стойкость против ненависти и отвержения. Крест – это вечный символ отношений между Христом и невозрожденным миром. То, что мир называл глупостью, Он считал мудростью. То, что мир называл слабостью, Он назвал силой и доказал, что это сила. Тем, что мир презирал, Он гордился.

То, что закон для головы, – закон для членов; ученик должен быть таким, как Его учитель. Вот как понимал Это Павел, когда воскликнул: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира.» Здесь нам на все времена дан ответ истинного ученика на призыв Учителя не быть от мира сего. Крест доказывает, как мир не может понять ученика и как ученик не осмелится затушевать разницу между духом Учителя и духом мира сего. Ученик не дерзнет угождать миру или искать примирения с ним, и не будет смотреть на мир и его дух в каком–либо другом свете, чем этот: «Мир для меня распят, и я для мира». Как отлучение Христа от мира на кресте дало ему власть над миром, а Павлу – Его силу, точно так же только это даст силу церкви наших дней. Насколько же мы глубоко входим в мир и угождаем ему, настолько мы теряем свою силу. В той мере, в какой мы «не от мира, как и Христос не от мира», мы и сможем благословить мир.

Если князь тьмы действительно пришел в виде ангела света, обманывая избранных, и бог века сего ослепляет глаза, нам нужно отбросить самонадеянность и честно и непоколебимо стать перед светом Божьим. Нам нужно попросить, чтобы Дух Святой показал нам божественный смысл Христа: «Вы не от мира», и проверить, есть ли в нас еще дух мира. Мир ищет удовлетворения своего «я» в мирском и по методам и принципам, которые вдохновляет и одобряет мудрость мира сего.

В любом из этих трех отношений наша религия или наша церковь может иметь дух мира. Наша религия может быть эгоистичной, искать лишь нашего собственного спасения и счастья. Или же наша религия может быть, в более строгом смысле, мирской, стремясь получить как можно больше мирских удовольствий и благ. Или же мирская суета может проявиться в образе мышления и действия, в принципах и практике, которые от мудрости мира сего, при этом ей позволяют править в деле Христа и поклонении Богу. То, что не от любви к Богу и не от Духа Христа – от мира и его духа.

Но в этом грехе может обличить только Дух. Он может привести каждого верующего к тому, что он будет видеть мир не только в других, но и в себе, возможно в виде такой мирской суеты или приспособленчества к миру, о которых он никогда не подозревал. Он способен открыть наши глаза в кротости мудрости и смирении любви на состояние нашего собственного прихода или церкви, или на состояние церкви в целом. Нам нужно и то и другое. Неемия, Даниил и ветхозаветные святые исповедовали собственные грехи и грехи народа. Давайте молить нашего Господа Иисуса, из чьих уст исходит меч обоюдоострый, чтобы Он так изрек Свое испытующее слов «не от мира сего», чтобы оно пронзило все наше сердце и внутренность. Это одно из ключевых слов в Его откровении о Себе, в том, что Он открыл Своим ученикам о их подобии Себе, в Его ходатайстве перед Отцом. Это должно быть одним из ключевых слов в любом истинном пробуждении, во всякой истинной молитве и подготовке к ней. Давайте молить Его, чтобы Он изрек его в силе, пока все мы и вся Его церковь не услышат это слово.

Каждая ересь, каждое пренебрежение или отрицание истины Божьей ослабляет духовную жизнь. Отвержение веры в божественность Христа, в умилостивление через кровь или в оправдание верой, или в возрождение Духом подвергает опасности жизнь церкви. Но из всех ересей худшая – ересь мирского духа. Она изгоняет Дух Святой и делает бессильной каждую истину. Она подчиняет церковь богу века сего. Если нам нужна одна молитва, вот она: «Господи, покажи нам, что ты имеешь в виду, говоря «не от мира сего». Когда мы увидим, что значить иметь сверхъестественную жизнь и призвание, и как стыдно жертвовать этим для мирского духа и сможем судить, насколько далеко это зашло в церкви, все наше сердце возопиет о пробуждении как о единственном, что может помочь церкви.

Еще одно слово. Давайте поверим, что избавление от мирского духа возможно. Христос обещал его: «Мужайтесь. Я победил мир.» Иоанн свидетельствует об этом: «Всякий рожденный от Бога, побеждает мир.» Новая жизнь – жизнь Духа Святого – может победить дух мира. Просто путь дети Божьи сердцем взыщут избавления от рабства подчинения миру, распявшему их Господа и воззовут к Богу, и Он пошлет его. Они могут не знать всего, что есть в слове «мир»; определения этого слова могут различаться. Но пусть они отрекутся от себя, пожелают избавиться и полностью освободиться от того, что Бог считает «мирским». Пусть они покорятся учению и исполнению того Духа Божьего, который может изгнать духа мира. Бог милостив, Бог верен, Бог всемогущ. И когда придет отсвет на молитву, мы будем иметь истинную смелость молиться за наших братьев.


Глава 5 из 16« Первая«456»Последняя »