4. Постигая Бога

Вкусите, и увидите.

Пс.33:9

Много лет тому назад Кенан Холмс из Индии обратил внимание на рассудочное происхождение веры в Бога у обыкновенного человека. Для большинства людей Бог не действительность, а результат умозаключения, дедуктивный вывод, при этом Сам Бог остается незнакомым человеку. «Он должен быть, — говорят они, — следовательно, мы верим в то, что Он есть». Другие не доходят даже до этого, они знают о Боге только понаслышке. Они никогда не давали себе труда самим подумать обо всем, но, услышав о Нем от других, относят понятие о Божественном на задворки сознания, туда, где складируется всякая всячина, из которой и составляется их жизненное кредо. Для многих Бог не больше чем идея, просто иное название благости, красоты и истины; это закон, или жизнь, или творческая сила, действующая за кулисами бытия.

Подобных понятий о Боге великое множество, однако все придерживающиеся их характеризуются одной общей чертой: они не познали Бога на личном опыте. О возможности тесного общения с Ним они даже не подозревают. Допуская существование Бога, они не считаются с Ним как с Существом, Которое можно познать в том же смысле, в котором мы познаем вещи или людей.

Христиане, конечно, идут дальше, по крайней мере в теории Их символ веры требует от них веры в Личность Бога, и, кроме того, они научены молиться: «Отче наш, сущий на небесах» (Лк.11:12). Так что понятие о Личности Бога-Отца сопряжено с осознанием возможности личного знакомства. Так, думаю, принято в теории, однако для миллионов христиан Бог реален не больше, чем для всего остального нехристианского мира. Они пытаются любить идеал и быть послушными какому-то Принципу.

Над этим облаком неопределенности возвышается чистое библейское учение о Боге, Которого можно познать на собственном, личном опыте. Господствующая в Библии любящая Личность ходит среди дерев Эдемского сада и дышит благоуханием в каждом библейском эпизоде. Вечно живая Личность говорит, выслушивает, любит, трудится и является Своему народу там и тогда, где и когда народ Божий бывает восприимчив к Ее проявлениям.

Библия принимает как факт, не требующий доказательств, что человек способен познавать Бога с той же степенью непосредственности, с какой он может познавать других людей и вещи в сфере личного, индивидуального опыта. В одних и тех же терминах в ней говорится о познании Бога и о познании материальных явлений: «Вкусите, и увидите, как благ Господь!» (Пс.33:9); «Все одежды Твои, как смирна и алой и касия; из чертогов слоновой кости увеселяют Тебя» (Пс.44:9); «Овцы Мои слушаются голоса Моего…» (Ин.10:27); «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф.5:8). Это лишь четыре отрывка, но подобных не счесть в Слове Божьем. Однако важнее любого доказательства — свидетельство Священного Писания, которое не противоречит данному тезису.

Что же еще это может значить, как не то, что в сердце у нас есть особый орган, с помощью которого мы способны познавать Бога с той же определенностью, с какой познаем материальное с помощью знакомых нам пяти чувств. Мы узнаем материальный мир, упражняя способности, дарованные нам как раз для этого, но мы обладаем и духовной способностью, с помощью которой мы можем познавать Бога и духовный мир, если только покоримся побуждениям Духа и начнем упражнять эту способность.

То, что в сердце прежде должна свершиться спасительная работа, принимается без доказательств, как само собой разумеющееся. Духовные способности невозрожденной души, погребенные в склепе падшей человеческой природы, остаются невостребованными и не проявляют никаких признаков жизни. Таков смертельный удар, нанесенный нам грехом. Но их может оживить Святой Дух, действующий в нас ради нашего возрождения. Таков один из бесчисленных даров, которые приходят к нам через искупительный труд Христа на кресте.

Но почему тогда искупленные чада Божьи знают ничтожно мало об этом, казалось бы, столь привычном для них сознательном общении с Богом, о котором говорит Писание? Причина в нашем застарелом и глубоком неверии. Вера дает нашему духу силу действовать. Там же, где вера слаба, недостаточна, несовершенна, результатом будет духовная бесчувственность и моральное отупение. Таково сегодня состояние громадного числа христиан. За доказательствами далеко ходить не приходится. Стоит только поговорить с первым встречным христианином или войти в первую попавшуюся на пути церковь, как все доказательства этого положения будут налицо. Царство духа лежит окрест, окружая и включая нас в себя, оно находится вблизи нашего внутреннего «я» и ждет того момента, когда мы признаем, узнаем, осознаем его. Сам Бог пребывает здесь в ожидании нашей реакции на Его непосредственную близость. Этот вечный мир оживет в нас в тот самый момент, когда мы начнем считаться с его реальностью.

Я только что использовал два слова, которые нуждаются в определении. Если же определения в данном случае в принципе невозможны, то мне следует хотя бы пояснить тот смысл, который я вкладываю в слова считаться и реальность .

Что я имею в виду, когда говорю реальность ? Под этим словом я понимаю такую подлинную действительность, которая существует помимо какого бы то ни было представления и какого бы то ни было разума, способного помышлять о ней, и которая будет существовать и тогда, когда нигде не останется никакого разума, способного помыслить о ней. Эта подлинная реальность существует как вещь в себе. Действительность этой реальности ни в коей мере не зависит от постороннего наблюдателя.

Я отдаю себе полный отчет в том, что есть люди, которые любят посмеяться над представлениями о чистой реальности. Таковы идеалисты, которые плетут паутину бесконечных доказательств в пользу того, что вне разума ничего реального не существует. Таковы релятивисты, которые любят указать, что во всей вселенной не найти таких координат, которые могли бы служить точками отсчета. Они высмеивают нас с высот высокомерного интеллекта и навешивают на нас унизительный ярлык «абсолютистов». Истинного христианина невозможно смутить подобными знаками презрения. Он в свою очередь может посмеяться над ними, поскольку знает, что есть только один абсолют, и этот Абсолют есть Бог. Но он знает также, чти Сей Абсолют сотворил этот мир для человека и, несмотря на то что в мире нет ничего постоянного или реального в том значении, в каком мы применяем это к Богу, во всех наших жизненных обстоятельствах нам позволено действовать так, будто эти реальности существуют в действительности . Именно так и действуют в этом мире люди, если не считать умалишенных. У этих несчастных есть свои проблемы с реальностью, но они хотя бы постоянны в этом, они упорствуют, существуя в совершенном согласии со своими представлениями о вещах. Они правдивы, но такая сугубая правдивость умственно больных людей порождает социальную проблему.

Вышеназванных идеалистов и релятивистов нельзя назвать умственно больными. Свое полное здравие они доказывают тем, что живут в полном согласии с теми представлениями о реальности, от которых в теории отрекаются, и опираются на те опоры, которым с пеной у рта отказывают в существовании. Их убеждения имели бы больший вес в обществе, если бы сами они выказали желание жить в соответствии с ними; однако как раз этого-то они и не делают. Их идеи глубокомысленны, но не жизненны. Как только судьба задевает их, они отрекаются от своих идей и начинают жить как все другие.

Истинный христианин слишком честен, чтобы играть в идеи ради идей. Он не находит удовольствия погружаться в их хитросплетения, чтобы только показать себя. Все его верования имеют практический смысл. Все они включены в его жизнь. Ими он живет и с ними умирает, стоит или низвергается для этого мира и для мира грядущего. От лицемерного человека он отворачивается.

Чистосердечный, прямой человек знает, что этот мир реален. Он находит здесь реальность пробужденным сознанием и отдает себе отчет в том, что не сам выдумал ее. Она была уже здесь и ждала его, чтобы он явился в нее, и он знает, готовясь пройти свою земную стезю, что эта реальность пребудет с ним, чтобы сказать ему последнее «прости», когда он отправится отсюда в мир иной. Обладая глубокой мудростью жизни, такой человек мудрее тысячи сомневающихся людей. Он стоит на земле и ощущает, как ветер и ливень бьют ему в лицо, и он знает, что они реальны. Днем он видит дневное светило, а ночью звезды. Он видит, как яркие молнии блистают в черных тучах. До него доносятся звуки жизни природы и крики человеческой радости и боли. И все это тоже реально, он знает это. Он ложится на сырую землю ночью и не боится, что она исчезнет, превратится в призрачную, когда он уснет. На следующее утро твердая почва окажется под ним, голубое небо — над ним, и камни и деревья вокруг него будут в том же порядке, что и вечером, когда он смыкал глаза. Так он и живет и радуется в этом мире реальности.

При помощи своих пяти чувств он погружается в него. Все необходимое для своего существования в физическом мире он может постигнуть, поскольку обладает для этого соответствующими способностями, дарованными ему Господом, сотворившим его и поместившим в такой мир, как этот.

Итак, согласно нашему определению Бог есть реальность. Он реален в том абсолютном и окончательном смысле, в каком не может быть реальным ничто иное. Вся остальная реальность зависит от Него. Великая Реальность — это Бог, Творец той низшей по статусу и зависимой реальности, которая составляет тварный мир, в том числе и нас Бог существует объективно, независимо и отдельно от любых представлений, идей, которые мы можем иметь о Нем. Человек, поклоняющийся Богу, не творит объекта своего поклонения. Сердце его находит Бога, когда он пробуждается от духовной спячки в утро своего возрождения.

Второе слово, которое следует пояснить, — считаться . Это не то же самое, что «изображать» иди «воображать». Мысленный образ, фантазия, выдумка не являются предметом веры. Воображение и вера не только отличаются, но и противостоят друг другу в остром конфликте. Воображение воспроизводит нереальные умственные представления, фантастические образы и стремится привязать их к реальности. Вера же в этом смысле ничего не создает, она просто считается с тем, что уже существует в реальности.

Бог и весь духовный мир действительно существуют. Мы можем полагаться на реальность незримого Бога и духовного мира с той же уверенностью, с какой полагаемся на зримый, знакомый нам окружающий мир. Духовный мир здесь, и он ожидает нашего внимания, требуя от нас веры.

Беда в том, что мы привыкаем мыслить стандартно, стереотипно. Мы привычно считаем видимый мир самым что ни на есть реальным и сомневаемся в реальности какого бы то ни было иного мира. Мы не отрицаем существования духовного мира, но сомневаемся в том, что он реален в принятом значении этого слова.

Мир чувств и ощущений день и ночь вторгается в поле нашего сознания, и так до самой смерти. Мир этот нахальный, крикливый и неуступчивый. Он не просит нашей веры; он уже здесь и, пребывая здесь, насилуя наши чувства, он требует, чтобы с ним считались как с миром реальным и единственным. И искаженные грехом зеницы наших духовных очей не могут увидеть иной реальности, града Божьего, сияющего окрест нас. Чувственный мир правит свой бал. Видимое становится врагом невидимого; временное — врагом вечного. Таково проклятие, которое наследует всякий росток от Адамова трагического рода.

В основании христианской жизни находится вера в невидимое. Объектом христианской веры является невидимая реальность.

Следствием слепоты наших сердец и власти над ними видимого мира стало извращенное мышление, склонное проводить водораздел между духовным и реальным, тогда как такого контраста просто не существует. Противопоставить можно все — реальное и воображаемое, духовное и материальное, временное и вечное. Но только не духовное и реальное. Потому что духовное — реально.

Если мы желаем вознестись в область света и силы, куда увлекает нас Писание, нам нужно сокрушить зловредную привычку отвергать духовное. Нам следует переместить свои интересы из области видимого в область невидимого, поскольку великой невидимой Реальностью является Бог. «Ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть, и ищущим Его воздает» (Евр.11:6). Вот в чем основная суть веры. Только отсюда мы можем вознестись к безграничным высотам. «Да не смущается сердце ваше, — говорит наш Господь Иисус Христос, — веруйте в Бога и в Меня веруйте» (Ин.14:1). Без одного не бывает другого.

Если мы воистину желаем идти за Богом, нам следует быть не от мира сего. Это я утверждаю, хорошо отдавая себе отчет в том, что чада века сего превратили эти слова в объект для насмешек. Пусть так. Каждому надо избрать свой мир. Если мы, следующие за Христом, понимаем, что нас окружает, и, зная что к чему, сознательно включаем Царство Божье в сферу своих интересов, то я не вижу оснований для протестов со стороны кого бы то ни было. Если мы утратим что-то, то это будет наша утрата; если приобретем — наше приобретение, и, поступая так или иначе, мы никому не вредим и ни у кого ничего не отнимаем. «Иной мир», который в наше время стал темой для издевок, есть цель, избранная нами со всей ответственностью, и объект наших самых святых устремлений.

Однако не следует впадать в распространенное заблуждение, относя «мир иной» в будущее. «Мир иной» — это не мир будущий, он — мир настоящий. Он идет курсом, параллельным нашему физическому миру, и двери между этими двумя мирами открыты. «Но вы приступили, — утверждает автор Послания к Евреям (и время здесь ясно указывает на события в настоящем), — к горе Сиону и ко граду Бога живого, к небесному Иерусалиму и тьмам Ангелов, к торжествующему собору и Церкви первенцев, написанных на небесах, и к Судии всех Богу, и к духам праведников, достигших совершенства, и к Ходатаю нового завета Иисусу, и к Крови кропления, говорящей лучше, нежели Авелева» (Евр.12:22-24). Все, о чем здесь говорится, это не «гора осязаемая» (Евр.12:18) и «трубный звук и глас глаголов» (Евр.12:19). Вряд ли правомочно сделать заключение, что если гора, Синай воспринималась чувственно, то и подлинная сущность горы Сион должна постигаться чувствами. И в то же время это вовсе не обман воображения, а самая настоящая, очевидная действительность. У духа есть свои глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать. Они могут ослабнуть от длительного бездействия, но от животворного прикосновения Христа они оживают и обретают остроту восприятия.

Как только мы начинаем сосредоточиваться на Боге, мир духовного во внутреннем нашем восприятии начинает приобретать свои очертания, форму. Послушание слову Христа приводит к внутреннему откровению Божества (Ин.14:21-23). Соблюдение слова Божьего дает остроту восприятия Бога, как и было обещано чистым сердцам. Новое понимание Бога захватывает, и мы начинаем вкушать, и видеть, и слышать, и чувствовать внутри себя Бога, Который есть жизнь наша и все достояние наше. Тогда разольется постоянное сияние «Света истинного, Который просвещает всякого человека, приходящего в мир» (Ин.1:9). Все более и более, по мере того как способности наши оттачиваются и утверждаются, Бог будет становиться для нас великим Всем, и Его непосредственная близость станет чудесным знаком и славой нашей жизни.

О, Боже, оживи во мне всякую силу, дабы я мог ухватиться за то, что вечно. Открой глаза мои, дабы я мог видеть; дай мне острое духовное зрение; надели меня. способностью вкушать Тебя и знать, что Ты благ. Сделай для меня небесное столь же реальным, каким всегда было земное. Аминь.


Глава 6 из 12« Первая«567»Последняя »