8. Защита метода провозглашения

Богом избранный и утвержденный метод передачи славного Евангелия есть провозглашение, то есть выражение истины посредством слов. Всякая евангелизационная работа в Новом Завете, будь то проповедь, личное свидетельство или запись, совершалась посредством слов. Мирское общество в те дни было наполнено сценическим искусством и культовой символикой, но вестники Евангелия стояли от всего этого в стороне и трудились исключительно посредством слова.

Но «как слышать без проповедующего?» — спрашивает апостол в Рим.10. Рискуя впасть в банальную полемику, мы должны подчеркнуть, что он не сказал «как слышать без артиста или без группы музыкантов». Евангелие должно возвещаться в отчетливых и логичных выражениях, обращенных к разуму человека. Для его передачи требуется разумная речь, произносимая либо в больших зданиях, либо в домашних собраниях.

Метод провозглашения — в особенности проповедь — в наши дни подвергается нападкам среди верующих в Евангелие. Пропагандисты так называемых «собраний для ищущих» даже если и употребляют в какой-то мере проповедь, все же стараются сделать ее всего лишь составной частью смешанного представления, большая часть которого активно употребляется для манипулирования эмоциями. Первостепенная важность проповеди забыта, и то, что они называют проповедью — жалкая речь со скудным употреблением Слова Божьего — считается чуть ли не стандартом и эталоном.

Некоторые авторы предлагают методические диаграммы, показывающие сравнительную эффективность различных приемов. На этих диаграммах проповедь обычно ставится на самый нижний ряд. Они заявляют, что у людей, прошедших тест на лучшее запоминание после проповеди, дискуссии, сценического представления, игры с ролями и видеопредставления, проповедь набирает меньше всего очков по эффективности. Они говорят, что проповедь стоит на последнем месте по воспринимаемости, запоминанию и силе убеждения. Однако такие «тесты» не имеют никакого научного обоснования, поскольку проводятся при плохо подготовленных проповедях теми людьми, которые желают доказать свою точку зрения. Тем не менее, брошенный ими ком грязи все же имеет склонность прилепляться, и проповедь оказывается в таком положении, словно она отчаянно нуждается в поддержке с помощью других методов коммуникации.

Подрыв метода прямого провозглашения тем более опасен, когда Божьи служители трудятся со столь незначительными результатами из-за господствующего в обществе атеизма и материализма. В такой ситуации появляется искушение думать, что пора взять на вооружение что-нибудь другое вместо проповеди. Невольно напрашивается мысль: Какая польза проповедовать неделя за неделей, если мы не достигаем народных масс? Мы склонны поддаваться язвительным упрекам тех, кто говорит: «Вы придаете проповеди слишком большое значение. Надо делать по-другому. Присоединяйтесь к современному поклонению. Поставьте на платформу барабаны в помощь проповеди Евангелия, внедряйте драму, надевайте джинсы, сокращайте речи до 10-ти минут, разбейтесь на дискуссионные группы. Делайте что угодно, но не тратьте времени на провозглашение».

Противодействие Евангелию (в первую очередь, в Британии) настолько велико, что традиционные евангельские методы находятся в большой опасности. Из-за того, что время в наши дни тяжкое, даже вполне благонамеренные и преданные братья отступили назад перед шумными требованиями внедрить современные методы евангелизации. И тем не менее, в это самое время нам надо укрепить нашу верность тем методам, которые утвердил Бог. Если метод распространения Евангелия не основан на провозглашении, это не тот метод, который Господь повелевает нам использовать. Такой метод не основан на Библии, поэтому самым высоким и мудрым долгом для служителей Божиих во все времена было и есть послушание, особенно в наш век умножающегося отступления.

Почему мы должны считать, что служение словом безнадежно устарело и не соответствует требованиям, когда оно было столь могущественным и испытанным средством в течение 20-ти веков? Почему защитники христианского рока и драмы с такой желчью отзываются о служении словом? Не потому ли, что сами они применяют непригодные методы проповеди? Не потому ли, что иногда они выявляют свои истинные вкусы мирских христиан? Не потому ли, что у них недостает веры в силу Божьего Слова при посещении Духом Святым? Или они не понимают, что привлекая толпу и преподавая ей христианство с помощью развлечений в сочетании с облегченной версией покаяния, они наполняют церкви людьми, имеющими мелкое и разбавленное исповедание веры, то самое «дерево, сено и солома», о которых Павел предупреждал домостроителей в известном тексте Писаний?

Служение словом играет решающую роль в евангелизации. Возьмем в пример Слово Божие: оно состоит из слов! В нем Сам Бог говорит к нам. И даже если в Ветхом Завете имеются символы, а также одно или два небольших сценических представления, все же слова были написаны Богом, представления — необычно короткими, поскольку предназначались ни для чего иного, как для иллюстрации к проповедям и пророчествам. В момент выхода в свет они были чрезвычайно серьезными, никак не похожими на те комедии, которые разыгрывают «симпатизирующие» толпе христианские исполнители, желающие «растопить лед» с помощью смеха. Конечно же, мы считаем нужным употребление иллюстраций в наших проповедях, а также наглядных пособий для детей, однако основным средством коммуникации является непосредственно обращенное слово, поскольку оно есть особый Божий метод познания Его благодати.

А почему бы не завести драму? Что в ней плохого? Мы уже подчеркивали, что в Новозаветном Евангельском служении нет примеров драмы, и нетрудно увидеть почему. В то время, как драма может быть весьма сильным и захватывающим средством влияния на мирских людей, она ужасающе неуместна и не соответствует тому, чтобы быть средством передачи Евангельских истин, поскольку является прежде всего развлечением и не несет в себе прямого и ясного обращения к разуму. Она, главным образом, обращена к чувствам (возбуждая их лишь на короткое время) и ассоциируется в сознании зрителя с фикцией, то есть с выдумкой. Драма привносит свой мирской дух в Евангельский труд, заволакивая туманом глаза слушающих.

Если в драме представлен какой-нибудь факт или доказательство, то он должен быть показан в искусственно выдуманной ситуации. В драме невозможно свободно сравнивать разные точки зрения или излагать существо вопроса, поскольку при попытке это сделать драма обычно становится (для многих людей) намного скучнее, чем обращенная к ним речь. В целом же драма искажает реальность. Актеры в драме вольно или невольно затушевывают главную идею представления, поскольку их личные характеристики либо привлекают, либо отталкивают зрителей. Если личность актера привлекает зрителей, они невольно располагаются и одобряют тот образ, который играет актер, и мы видим здесь не более чем тонкое манипулирование чувствами, но никак не подлинное обращение к разуму.

Драма может передавать лишь минимум правдивой информации, излагая ее в двух-трех упрощенных формулировках, и не соответствует целям Евангелия. Она всегда граничит с игрой на чувствах, с ее помощью невозможно серьезно излагать точку зрения, это не тот метод, который установил Господь. В драме нельзя обращаться к зрителям напрямую, призывать их к покаянию и ответственности перед Богом. Главная идея всякой драмы всегда лишена подлинной моральной силы. Некоторые люди ходят в кино или в театр, чтобы дать волю слезам, они испытывают влияние представления на несколько минут, может быть, даже на пару часов, но это влияние происходит на эмоциональном уровне и обычно не длится слишком долго. В Библии всякая «графика» всегда подчиняется провозглашению истины, и в этом пример для нас.

Говоря о тех сценических представлениях, в которых изображается Иисус Христос, предвечный Божий Сын, невольно напрашивается мысль, что с точки зрения всякого верующего в Библию, такое изображение невозможно сделать, не обезобразив Господа. Как еще иначе, кроме слов, можно изобразить достойный портрет Божественной Личности, характера, жизни и сердца Спасителя мира?

Некоторые могут сказать: «Да, но разве в фильме об Иисусе мало слов?» Слова в нем действительно есть, но есть также и актеры, и сценические приемы, захватывающие внимание зрителя и возбуждающие больше человеческие симпатии, чем духовное разумение. Актер замещает Господа (вероятнее всего, в нарушение Второй заповеди), и жизненно важные Евангельские истины не получают должного развития, объяснения и применения.

В противоположность этим новым альтернативным методам, давайте рассмотрим некоторые превосходные качества прямого провозглашения.

Во-первых, в прямой речи, проповеди или свидетельстве, всегда имеется ввиду присутствие и авторитет всемогущего Бога, имеющего всякую власть. Он всегда здесь, на Него делается ссылка. Для всех ясно и понятно, что это Его истина, ведь она извлечена из Его Слова. При других, несловесных методах коммуникации, верховная власть Бога в какой-то степени преумаляется, будь то в дискуссии, которая вращается и спотыкается вокруг мусорной кучи человеческих мнений, или в драме (которая есть не что иное, как развлекательная пародия для «разминки» зрителей). Только при прямом обращении с речью Бог является главной мыслью и высшей целью, а также непогрешимым источником провозглашаемой истины.

Именно по этой причине существует традиция иметь на кафедре Библию огромной величины. Наши предшественники имели большую Библию из-за принципа, чтобы слушатели могли видеть источник проповеди и стоящий за ней авторитет. В старые времена путешествующие проповедники Евангелия достигали того же результата, когда они крепко держали в руках Библию, и, указывая на нее пальцем, говорили: «Так говорит Библия! Так говорит Библия!» В любом случае, говорил ли проповедник с большой или карманной Библией в руках, Бог несомненно являлся источником, авторитетом и целью проповеди.

Во-вторых, провозглашение как ничто другое дает нам способность передавать тот дух, которым Бог вдохновляет Свое Слово. Оно может быть выражено с жаром чувств, с состраданием, с участием, с настоятельной просьбой. Драма передает и возбуждает чувства, но эти чувства происходят от игры актеров или от сценического действия, а не из Божьего сердца, полного любви к грешникам. Только непосредственная речь, произносимая от Его имени, может передавать какую-то долю этой любви. Не позволяйте никому порочить проповедь с кафедры или преподавание уроков в Воскресной школе, потому что только такого рода речь передает настроение Божьего сердца слушающим.

В-третьих, только непосредственное провозглашение дает возможность свободно употреблять мыслительные способности. Мы знаем, что говорящий может рассказывать жалобные истории, и тон его голоса может колебаться от дрожащих оттенков до громогласных взрывов, раздражая чувства слушающих. Однако если избегать излишних истерических трюков, то прямая речь, обращенная непосредственно к органу мышления, хотя и грешному, но способному анализировать, может пробуждать и убеждать его. При этом слушающий не находится под влиянием внешних возбудителей. Он не загипнотизирован дурманящим ритмом рок-музыки, он не вошел в состояние эмоционального транса под каким-либо плотским влиянием. Он слышит понятные слова, и его разум (с человеческой точки зрения) не подвержен никакому насилию. Он слышит ясную весть, выраженную с чувством, но без манипулирования чувствами, и по мере того, как действует Дух Святой, он может искренне откликаться на услышанное. Если же он отвергнет эту ясную весть, то Бог поступит справедливо, если привлечет его к ответственности.

В-четвертых, провозглашение дает возможность употреблять действительно правильный для данного вида коммуникации тон голоса. Проповедь — вещь серьезная. Она затрагивает вопросы жизни или смерти. Она говорит о вечности. Как ничто другое, проповедь может быть произнесена в правильном тоне. Непосредственное провозглашение, даже если в нем встречается временами юмор, все же больше внушает благоговение перед Богом и серьезность. Мы уже говорили, что драма ассоциируется с развлечением, поэтому не может исполняться в должном тоне.

С помощью драмы присутствующие с самого начала перемещаются в нереальный мир. При звуках развлекательной музыки слушатель становится «заказчиком», а певцы и музыканты — артистами, работа которых — развлекать публику. Если говорить о дискуссионных группах, то в них каждому участнику заведомо ложно дается право определять, что есть Истина, поскольку они собираются для того, чтобы учить друг друга и вместе решать, что есть Истина. Они сами являются источником Истины. Они сами являются самыми важными личностями. А где же в таком случае взять нужное смирение, чтобы слушать Евангелие и прочувствовать всю серьезность личного отношения к Истине? Только провозглашение обладает способностью обеспечить подобные чувства.

В-пятых (это продолжение предыдущего пункта), ничто другое не имеет такой силы убеждения, как непосредственное провозглашение. Это та весть, в которой затрагиваются великие вопросы души. В ней говорится о праведном Божьем суде и о реальной возможности избежать суда через Его чудесную любовь и удивительное прощение. В ней говорится о великой вине и глубокой нужде. Прямое провозглашение, при благословении Духа Святого, является уникальным инструментом для привлечения и убеждения душ. Развлекательная методика современных евангелизационных мероприятий вряд ли может дать что-либо подобное для слушателей. Такие развлечения заканчиваются харизматическими трюками, такими, как «сражение духом», вызываемое вульгарным массовым гипнозом, чем подменяется подлинное завоевание сердец слушателей.

Служение провозгласителя

Павел дважды говорит о том, что он поставлен проповедником, употребляя греческое слово, которое переводится, как глашатай.9 Это поможет нам определить, насколько мы вправе вводить новшества в проповедь Евангелия. Качества вестника Библейских времен имеют для нас большое значение. Придворный глашатай в древнем мире не имел права ничего делать по собственной инициативе. Он должен был строго придерживаться данного ему текста. Глашатаев часто посылали в качестве дипломатических представителей во вражескую столицу или стан, однако они не вели переговоры. Они должны были изложить порученное послание и вернуться с ответом. Павел употребляет слово «глашатай», потому что круг обязанностей глашатая прекрасно отражает суть весьма почетного, однако строго ограниченного обязанностями служения христианского проповедника, призванного разрабатывать новые методы коммуникации для каждого века, однако так, чтобы уважать и использовать те методы, которые установлены в Новом Завете.

Слово вестник описывает также городского глашатая, который объявлял порученные ему известия. Он не имел права вносить изменения в текст или дату известия. Подобно этому мы не имеем права изменять Евангельскую весть и Евангельские методы. Мы должны трудиться в предписанных для нас рамках, что забывается в наши дни. Наша энергия и инициатива должны употребляться для того, чтобы приводить людей на собрание и детей — в воскресную школу слушать провозглашение, а не замещать его развлечением.

Павел говорит, что он проповедовал Евангелие «не в премудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова» (1-е Коринфянам 1:17). Безусловно, он имел в виду то, что он не смешивал проповедь Евангелия с мирской мудростью, не употреблял греческую философию, чтобы угождать слуху интеллектуалов, пытаясь сделать свою проповедь более привлекательной. Он не смешивал свою весть с тем, что им хотелось бы услышать. В свете сказанного, немыслимо себе представить, чтобы апостол Павел, будь он жив в наши дни, мог сказать: «Провозглашение Евангелия не пользуется популярностью, поэтому я смешаю его не с греческой философией, а с рок-музыкой, которая привлекает людей. А потом я сокращу проповедь, чтобы дать больше места драме, поскольку люди не желают слышать ни о чем серьезном».

И греческая философия, и звуки барабана — все это абсолютно одно и то же: смешение и перепутывание Евангельской вести с тем, что предпочитает погибшее мирское общество ради того, чтобы избежать «соблазна креста». Именно это Павел осуждает со всей решительностью.

Провозглашая Крест Христов, мы становимся перед необходимостью выполнить сразу несколько задач. Мы должны объяснить необходимость Креста, святость Божию, грехопадение человека, личность Христа и то, что на самом деле произошло на этом Кресте. Мы должны также показать пустоту и бессмысленность жизни без Бога, преимущества спасения, исключительную ценность заслуг Креста и трагедию вечной погибели. И только слова могут должным образом довести все это до разума людей, только словами можно описать все необходимые подробности и призвать к соответствующим действиям в такой форме, которую может употребить Святой Дух. Только с помощью слов можно информировать, убеждать и призывать людей веско, решительно и неотразимо. Только слова, на основании Библии, могут быть употреблены, как Божий инструмент для спасения душ. Эта благородная работа не может быть выполнена ни с помощью развлекательной музыки, ни с помощью драмы, поскольку они предназначены для служения искусству.

Мы обращаемся к проповедникам и церковным лидерам с призывом не поддаваться экспериментам с новыми средствами коммуникации. Будем помнить, что те, кто начал эти эксперименты, имели слабые понятия о сущности обращения и о христианской жизни, и во многих отношениях это были люди мирские. Такие «евангелисты» призывают всего лишь к умеренно подчищенному образу жизни. То, что они обещают, является современным многобожием: Бог и маммона, Христос и мир. Они сумели доказать, что такого рода религия весьма популярна. Именно эти люди придумали множество новых, не основанных на провозглашении, трюков и методов. Не подумайте, что мы говорим здесь общие слова. Общее направление развития общества наших дней характеризуется сознательным отступлением от христианства, которое призывает людей оставить грех и мир, пережив коренное, совершаемое Святым Духом обращение. Истинные христианские работники не должны становиться частью системы, придуманной сомнительными работниками.

Когда люди говорят в наш адрес: «Вы всего-навсего консерваторы, крепко держащиеся за прошлое, вам хотелось бы, чтобы все делалось в духе девятнадцатого века», — они нас просто не понимают. Мы желаем употреблять прямое провозглашение только потому, что Бог велит нам делать так. Говорим ли мы о преподавании в воскресной школе, о личном свидетельстве, о проповеди с кафедры, о печатных трактатах и книгах, — Библейский путь заключается в передаче Евангелия мылящему разуму с помощью осмысленных слов, подкрепленных усердной молитвой.

Впервые мы встретились с широкомасштабной подменой проповеди в конце 60-х, когда Кэмпус Крусэйд начал распространять свои «Четыре духовных закона». Бесспорно, многие сотрудники Кэмпуса были людьми богобоязненными, и их личные старания проповедовать Евангелие были гораздо более высокого качества, чем их трактат. Распространяемый же ими трактат далеко не соответствовал сущности Евангельской вести. На проводимых ими евангелизационных кампаниях большие оркестры играли развлекательную музыку, чередовавшуюся с показными свидетельствами и сверхкороткими проповедями, демонстрировавшими трагическую нехватку Евангельского призыва. Читатели могут припомнить большие плакаты со словами: «У Бога есть чудесный план для твоей жизни». Бог расточает улыбки и полон готовности благословить всех, но, как можно судить по духу трактата, этому мешает одна небольшая проблема. Поэтому, чтобы получить благословение, надо убрать эту мелочь с дороги. К счастью, это возможно сделать с помощью всего лишь одной короткой фразы, и затем можно переходить к следующему, более приятному, шагу.

Мы, конечно, пародируем формулу спасения, предложенную Кэмпусом, но она действительно преуменьшает суть поднимаемых вопросов, не имея подлинной убедительной силы. Точно по такой же схеме действует и большинство тех, кто пропагандирует драму и развлечения в качестве альтернативы прямому призыву через проповедь. Они просто не желают употреблять в дело истинную Евангельскую весть с ее убедительным характером и силой.

Говоря о превосходстве метода провозглашения, мы не утверждаем, что данный метод сам по себе имеет действующую силу: такую силу имеет Дух Святой. Тот факт, что мы проповедуем, сам по себе не гарантирует благословения, и апостол ясно утверждает это словами: «Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть» (1 Кор. 1:18). Бессчетное множество людей реагируют на проповедь с насмешкой. Они понимают сказанное, но считают насмешкой и глупостью, что все это предлагается им. Они говорят сами себе: «Я не считаю себя погибшим грешником. Если я обращусь к Спасителю, мне придется оставить право управлять собственной жизнью и делать то, что мне нравится. Мне надо будет приспосабливаться к новым стандартам и прекратить заниматься многим из того, чему я предан и в чем нахожу удовольствие. Смешно предлагать мне, чтобы я согласился с этим».

Если подсластить эту пилюлю и замаскировать истину с помощью развлечений, она от этого не сделается более приемлемой, но будет лишь менее понятной. Люди услышат видоизмененное, ослабленное Евангелие, и у них не появится должного отклика. Но если люди будут слушать истинное Евангелие, сказанное привлекательно, но ясно, то Бог будет совершать свою обличительную работу в их сердцах.

Давайте же сосредоточим все наши силы на Библейских формах провозглашения и мероприятиях, которые привлекут людей под Божье влияние. Существует только два законных аспекта проповеди Евангелия: провозглашение и то, что ему содействует.


Глава 8 из 19« Первая«789»Последняя »

Пожертвования на развитие сайта

Вы скачиваете книгу: Целители душ. Раздел: Протестантизм-1.

Скачать книги с Яндекс-диска:

Функцию "скачать всё" использовать не рекомендую по причине большого объёма информации. Предпочтительнее скачивать книги по разделам.