9. Иаков – меньший Симон – Зелот Иуда (не Искариот) – апостол с тремя именами

«…Иакова Алфеева и Симона, прозываемого Зилотом, Иуду Иаковлева…»

Лук. 6:15–16.

О последней четверке апостолов мы знаем меньше всего, за исключением Иуды Искариота, который прославился тем, что предал Христа на распятие. Создается впечатление, что ученики данной группы не так тесно общались с Христом, как другие восемь. Во всех евангельских повествованиях они остаются «безмолвными». Очень мало известно о ком-либо из них, кроме того факта, что они были избраны стать апостолами. О троих из них мы поговорим в данной главе, а беседу об Иуде Искариоте, предателе, оставим на последнюю главу.

Необходимо помнить, что апостолами стали люди, которые оставили все, чтобы последовать за Христом. «Вот, мы оставили все и последовали за Тобою», – эти слова Петр сказал от имени всех апостолов (Лук. 18:28). Ради следования за Христом ученики оставили свои дома, ремесла, свои семьи и своих друзей. Они принесли огромную жертву. За исключением Иуды Искариота, все ученики стали доблестными и отважными свидетелями.

По сути, в Евангелиях мы не слишком много читаем о героизме апостолов, ведь два Евангелия написаны двумя из них (Матфеем и Иоанном), а другие два Евангелия (от Марка и от Луки) написаны близкими друзьями апостолов, где честно описываются как слабости, как и сильные стороны учеников. Апостолы предстают перед нами как реальные люди, а не герои мифов. Вот почему в Евангельских повествованиях рассказы об апостолах придают колорит и живость описанию жизни Иисуса, но очень редко выходят на передний план. Ни в одном из Евангелий апостолы не становятся главными действующими лицами.

Если же ученики и выходят на передний план, то зачастую проявляют сомнения, неверие или замешательство. Иногда мы видим, что апостолы думают о себе более, чем надлежит. Иной раз они говорят, когда необходимо помолчать, и, кажется, остаются в неведении, когда должны всё понимать. Временами апостолы уверены в своих способностях и силах более, чем необходимо. Итак, слабости и недостатки учеников высвечиваются чаще, чем их сильные стороны. В этом смысле откровенность Евангелий просто изумляет.

В то же время описано очень мало великих деяний апостолов. Мы читаем о том, что им дана была власть исцелять, воскрешать из мертвых и изгонять бесов, но даже эти моменты подчеркивают изъяны апостолов (ср. Марк. 9:14–29). В Евангелии только один раз рассказывается о необычном деянии одного апостола – Петр шел по воде, но вскоре начал тонуть.

Евангельские повествования не изображают апостолов героями. Доблесть учеников предстает перед нашими глазами, когда Иисус уже возвратился в небеса, послал им Святого Духа и наделил их силой. Вдруг мы видим, как апостолы начинают действовать совершенно по-другому. Они становятся сильными и отважными; творят великие чудеса; проповедуют с обновленной смелостью. Но эти события редко встречаются в Писании. В основном мы читаем только о Петре, Иоанне и позже об апостоле Павле (который вошел в число апостолов «как некий изверг» /1 Кор. 15:8/)[39]. Остальные преданы забвению.

Наследием настоящего великого труда апостолов стала Церковь – живущий и действующий организм. Апостолы помогли основать ее и сами стали ее основанием («имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем» /Еф. 2:20/). И сегодня Церковь (которой насчитывается уже две тысячи лет) существует, потому что те люди (апостолы) донесли Евангелие Иисуса Христа до края земли. Их отвага и героизм будут вознаграждены, о них всю вечность будут помнить в Новом Иерусалиме, в основании которого навсегда останутся выгравированными имена апостолов.

Евангелия рассказывают, как Иисус обучал и готовил апостолов. Писание намеренно повествует больше об Иисусе и Его учении, чем о жизни самих апостолов. И все это напоминает нам о том, что Господь благоволит совершать Свой труд через слабых и ничем не примечательных людей. Если в ошибках и недостатках апостолов вы видите себя, приободритесь. Именно через таких людей желает действовать Господь.

Лишь одно отличает учеников от других людей, описанных в Евангелиях: стойкость их веры. Лучше, чем где-либо в Писании, это показано в 6-й главе Евангелия от Иоанна, где описывается событие, произошедшее почти сразу после насыщения пяти тысяч, когда вокруг Иисуса стали собираться толпы народа в надежде получить больше пищи. В этот момент Иисус начал Свою проповедь, которая ошеломила и даже оскорбила многих слушателей. Он назвал Себя истинной манной, сходящей с неба (Иоан. 6:32). Уже эти слова сами по себе изумили многих, ведь, называя Себя манной, сходящей с небес (Иоан. 6:41), Он фактически назвал Себя Богом. Иудейские начальники и простой люд совершенно правильно поняли слова Христа о Его божественной сущности (Иоан. 6:42). Иисус сказал им в ответ, что Он – истинный хлеб жизни (Ин. 6:48). Затем Он добавил, что отдает плоть Свою за жизнь мира: «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем» (Иоан. 6:54–56). Очевидно, что Иисус не говорил о каннибализме; такими словами Он ярко описал полное посвящение, которого требует от Своих последователей.

Иоанн пишет: «Многие из учеников Его, слыша то, говорили: какие странные слова! кто может это слушать?» (Иоан. 6:60). Слово «ученики», использованное в этом стихе, относится к большой группе последователей Иисуса, но не отдельно к Двенадцати. Далее Иоанн говорит: «С этого времени многие из учеников Его отошли от Него и уже не ходили с Ним» (Иоан. 6:66). В тот день много десятков учеников, которые сидели у ног Иисуса, слушали Его учение и видели Его чудеса, перестали следовать за Ним. Слова Иисуса были слишком непреклонными, а требования – слишком суровыми. Так восприняли учение Иисуса отошедшие ученики, но не Двенадцать. Они без сомнений остались с Христом.

Когда ошеломленная толпа начала расходиться, Иисус посмотрел на Двенадцать и сказал: «Не хотите ли и вы отойти?» (Иоан. 6:67). Если бы они действительно хотели уйти, этот момент был бы самым подходящим. Петр же ответил за всех: «Господи! к кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни» (Иоан. 6:68). Что бы ни случилось, ученики решили остаться с Иисусом. Все, за исключением Иуды Искариота, были людьми настоящей веры.

Иисус все время знал, что некоторые из Его учеников не обладали настоящей верой; Ему также было известно, что Иуда предаст Его. Христос Сам сказал ученикам: «Но есть из вас некоторые неверующие. Ибо Иисус от начала знал, кто суть неверующие и кто предаст Его» (Иоан 6:64). В 70-м стихе мы читаем ответ Иисуса Петру: «Не двенадцать ли вас избрал Я? но один из вас диавол». Божий Сын знал сердца учеников. Все, кроме Иуды, навсегда порвали со своим прошлым. Они оставили все, чтобы следовать за Иисусом.

Вот единственный и самый яркий факт об учениках, упомянутый в Евангелиях. Иуда же не смог полностью посвятить себя Христу, он лишь притворялся, именно поэтому он сделался жалким и презренным.

Беседуя о последней четверке апостолов, мы увидим, что Писание слишком мало упоминает о них, но, тем не менее, у каждого из них есть свои отличительные особенности.

Иаков Алфеев

Девятым в перечислении имен апостолов в Евангелии от Луки (6:14–16) назван Иаков Алфеев (ст. 15). Писание дает нам только лишь имя апостола. Если Иаков Алфеев и писал что-либо, эти труды утеряны. Если он и задавал когда-либо Иисусу вопросы или как-либо выделялся из группы, в Писании нет об этом ни слова. Апостол не пытался снискать славу или известность. Он был незаметным человеком, всегда остававшимся в тени. Даже имя апостола – довольно распространенное и самое обычное.

В Новом Завете говорится о нескольких людях, которые носили имя «Иаков». Мы говорили с вами об Иакове Зеведееве. Написано также еще об одном Иакове, сыне Марии и Иосифа, сводном брате Христа (Гал. 1:19). Очевидно, Иаков, сводный брат Иисуса, стал руководителем церкви в Иерусалиме. На совете апостолов и пресвитеров в Иерусалиме именно он говорил речь (Деян. 15:13–21). Также считается, что этот Иаков написал новозаветное послание, которое носит его имя. Однако другой Иаков упоминается в третьей четверке апостолов.

Апостол Иаков был сыном Алфея – и это буквально все, что мы знаем о нем (Матф. 10:3; Марк. 3:18; Лук. 6:15; Деян. 1:13). Из Евангелия от Марка (15:40) мы узнаем, что мать Иакова звали Марией. В упомянутом стихе, а также в Евангелии от Матфея (27:56) и Евангелии от Марка (15:47) записано имя еще одного сына этой женщины – Иосия. Возможно, Иосия был довольно известным последователем Иисуса (хотя и не был апостолом), потому что его имя упоминается часто. Несомненно, мать Иакова и Иосии – Мария также была верным последователем Христа. Она стала свидетелем распятия Божьего Сына. Мария также находилась среди женщин, которые пришли помазать Тело Христа благовониями (Марк. 16:1).

Помимо скудной информации о семье, про Иакова Алфеева совершенно ничего не известно. Подобная безызвестность отражается и в прозвище апостола. В Евангелии от Марка (15:40) он назван «Иаковом меньшим».

Слово, переведенное как «меньший», в греческом оригинале звучит как mikros и буквально означает «маленький». Основное значение слова – «маленький ростом»; поэтому прозвище «меньший» могло относиться к физической характеристике апостола. Возможно, Иаков Алфеев был низкого роста или худощавым.

Слово mikros также может указывать и на юный возраст человека. Должно быть, Иаков Алфеев был младше Иакова Зеведеева, и прозвище могло относиться к нему как к младшему по возрасту. В сущности, даже если прозвище и не указывает на возраст, Иаков Алфеев, должно быть, действительно был младше другого Иакова; иначе его, возможно, назвали бы «Иаковом старшим».

Однако, вероятнее всего, прозвище Иакова Алфеева говорит о степени его влияния. Как мы с вами уже заметили, Иаков Зеведеев был известным человеком. Его семья была знакома с семьей первосвященника (Иоан. 18:15–16). Он также входил в близкий круг общения с Господом. Из двух Иаковов о нем известно больше. Поэтому Иаков Алфеев известен нам как Иаков меньший. Mikros. «Маленький Иаков».

Возможно, Иаков действительно был низкого роста, юным и тихим человеком, который чаще всего оставался в тени. Все это согласуется со скудным описанием апостола. Можно сказать, что отличительной чертой Иакова Алфеева была безвестность.

Сам по себе этот факт довольно значительный. Очевидно, апостол не стремился к признанию; не играл важной роли в руководстве; не задавал насущных вопросов; не проявлял необычной проницательности. Известно только его имя, а вся его жизнь и труд остаются в безвестности.

Однако Иаков Алфеев входил в число Двенадцати. По какой-то причине Господь избрал его, обучил, наделил силой, как и других, и поручил ему стать Его свидетелем. Апостол напоминает мне неназванных людей, о которых говорится в послании к Евреям (11:33–38):

«…которые верою побеждали царства, творили правду, получали обетования, заграждали уста львов, угашали силу огня, избегали острия меча, укреплялись от немощи, были крепки на войне, прогоняли полки чужих; жены получали умерших своих воскресшими; иные же замучены были, не приняв освобождения, дабы получить лучшее воскресение; другие испытали поругания и побои, а также узы и темницу, были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке, умирали от меча, скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли».

Вечность откроет нам имена и свидетельства этих людей, подобных Иакову Алфееву; людей, которых мир едва ли знает или помнит.

Ранняя история церкви, фактически, умалчивает о человеке по имени Иаков. В некоторых ранних сказаниях его путают с Иаковом, братом Господа. Существуют некоторые свидетельства о том, что Иаков меньший понес Евангелие в Сирию и Персию. О его смерти записаны разные предания. В некоторых говорится о том, что Иакова Алфеева побили камнями; в других рассказывается, что его забили до смерти; третьи повествуют о том, что его распяли, как и Господа.

В любом случае мы можем быть уверены, что Иаков Алфеев стал сильным проповедником Евангелия, как и остальные. Он, несомненно, являл «признаки Апостола… знамениями, чудесами и силами» (2-е Кор. 12:12). И его имя выгравировано на воротах небесного города.

Вот еще одна интересная мысль об Иакове Алфееве. Возможно, вы помните, что Левий (Матфей) также был сыном человека, которого звали Алфеем (Марк.2:14). Возможно, Иаков был братом Матфея. Как-никак, Петр и Андрей – братья; Иаков и Иоанн – тоже братья. Почему Иакову и Матфею не быть братьями? В Писании нигде не говорится, что два сына Алфея были из разных семей. С другой стороны, нигде не упоминается о том, что Матфей и Иаков братья. Мы просто не знаем, были они братьями или нет.

Если мы сравним Евангелие от Марка (15:40) и Евангелие от Иоанна (19:25), возникает еще один интересный вопрос об Иакове Алфееве. В обоих стихах говорится о двух Мариях, которые вместе с матерью Иисуса находились у креста. Марк (15:40) пишет: «…между ними была и Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии…» Иоанн (19:25) пишет: «…стояли Матерь Его /Иисуса/ и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина». Вполне вероятно, что «сестра Матери Его, Мария Клеопова» и «Мария, мать Иакова меньшего» – один и тот же человек. (Возможно, имя «Клеопа» – одна из форм имени «Алфей», или же мать Иакова могла выйти замуж второй раз после смерти отца Иакова). В таком случае Иаков был бы меньшим двоюродным братом Иисуса.

Был ли Иаков Алфеев двоюродным братом Иисуса? Был ли он братом Матфея? Мы не знаем. Писание не говорит об этом конкретно. Ученики сыграли важную роль не благодаря своему происхождению, а вопреки ему. Если бы происхождение было важным аспектом, в Писании обязательно было бы об этом сказано. Эти люди сыграли важную роль только благодаря Господу, Которому служили, и благодаря вести, которую провозглашали. Если у нас нет подробной информации об учениках, ничего страшного. В небесах в полноте откроется истина о том, кто они и какими были. А пока что нам достаточно знать то, что Господь избрал их, наделил силой Духа Святого и через них донес Евангельскую весть в разные места земли.

Имена самих апостолов постепенно уходят из библейских повествований в течение нескольких лет с памятного дня Пятидесятницы. Писание ни в коем случае не дает нам полную биографию учеников. Дело в том, что Слово Божье всегда сосредоточено на силе Христа и силе Слова, а не на людях, которые стали лишь инструментами для реализации этой силы. Апостолы были исполнены Духом Святым и проповедовали Слово. И это все, что нам действительно необходимо знать. Суть заключается не в «сосуде», а в Наставнике.

Ни один апостол так ясно и кратко не излагает эту истину, как Иаков меньший Алфеев. Возможно, апостол мог заявить о том, что он – брат Матфея или двоюродный брат Иисуса, но все же остался безмолвным и незаметным в евангельском повествовании. Этот мир почти ничего не помнит об Иакове Алфееве. Но в вечности апостол получит достойную награду (Марк. 10:29–31).

Симон Зилот

Далее в перечислении имен апостолов Лука называет «Симона, прозываемого Зилотом» (Лук. 6:15). В Евангелии от Матфея (10:4) и в Евангелии от Марка (3:18) апостол назван Симоном Кананитом. Прозвище не относится к Ханаану[40] или к поселению Кана, оно происходит от еврейского слова qanna, что означает «ревнитель».

Очевидно, Симон принадлежал к зелотам. Сам факт, что прозвище осталось на всю жизнь, свидетельствует о том, что апостол обладал ревностным, пылким характером. Однако во времена жизни Иисуса на земле упомянутым словом называлась известная политическая партия, объявленная вне закона, которую повсеместно боялись. И Симон, вероятно, был ее членом.

Историк Иосиф Флавий писал о четырех основных иудейских партиях того времени. Фарисеи придирчиво относились к Закону; они были религиозными фундаменталистами своего времени. Саддукеи – религиозные либералы; они отвергали сверхъестественное. Члены этой группы были богатыми аристократами и могущественными людьми. Храм находился под их опекой. Ессеи вообще не упоминаются в Писании, однако и Иосиф Флавий[41], и Филон Александрийский[42] пишут о них как о людях аскетизма и обрядов, людях, которые жили в пустыне и посвящали себя изучению Закона. Четвертая группа – зелоты, наиболее политизированное сообщество, чем любое другое, кроме иродиан. Зелоты ненавидели римлян. Они стремились к свержению римской оккупационной власти и добивались своих целей, в основном, с помощью террористических актов и тайных актов насилия.

Зелоты придерживались крайностей во всем. Подобно фарисеям, они трактовали закон буквально. Однако, в отличие от фарисеев (стремящихся к компромиссам в политических вопросах), зелоты были агрессивными и неистовыми изгоями, людьми вне закона. Он верили в то, что лишь Сам Бог может править евреями, а поэтому были уверены, что совершали Божье дело, нападая на римских воинов, политических вождей, вообще на любого, кто противостоял им.

Зелоты надеялись, что Мессия возглавит их борьбу против Рима и восстановит царство в Израиле во славе Соломона. Они были пылкими патриотами и готовы были умереть на месте за то, во что верили. Вот что Иосиф Флавий писал о них:

«Родоначальником четвертой философской школы стал галилеянин Иуда. Приверженцы этой секты во всем прочем вполне примыкают к учению фарисеев. Зато у них замечается ничем не сдерживаемая любовь к свободе. Единственным руководителем и владыкою своим они считают Господа Бога. Идти на смерть они считают за ничто, равно как презирают смерть, друзей и родственников, лишь бы не признавать над собою главенства человека. Так как в этом лично может убедиться воочию всякий желающий, то я не считаю нужным особенно распространяться о них. Мне ведь нечего бояться, что моим словам о них не будет придано веры; напротив, мои слова далеко не исчерпывают всего их великодушия и готовности их подвергаться страданиям. Народ стал страдать от безумного увлечения ими при Гессии Флоре, который был наместником и довел иудеев злоупотреблением своей власти до восстания против римлян».[43]

Восстание «при Гессии Флоре», о котором пишет Иосиф Флавий, произошло в 6-м году н. э., когда группа зелотов подняла восстание, поводом к которому стало взимание подушного налога с переписью, установленного Римом. Вождем и основателем зелотов, как пишет Иосиф Флавий, стал Иуда галилеянин, о котором упоминается в книге Деяний (5:37).

Зелоты были уверены, что, выплачивая дань языческому царю, иудеи предавали Бога. Такая точка зрения нашла широкое распространение среди людей, для которых римские налоги стали слишком тяжким бременем. Иуда галилеянин воспользовался возможностью, собрал военные силы и в неистовстве начал убивать, грабить и уничтожать. Последователи Иуды галилеянина вели партизанскую войну и совершали террористические акты против римлян. Однако вскоре римляне подавили восстание, убили Иуду галилеянина и распяли его сыновей.

Партия зелотов ушла в подполье. Их террористические акты стали избирательными и более скрытными. Как написано во 2-й главе, они организовали фракцию тайных наемных убийц под названием сикарии (что буквально означает «человек с кинжалом»), потому что члены этой фракции носили с собой короткие кинжалы с искривленным лезвием. Сихарии старались незаметно оказаться за спиной римского воина или политического вождя и ударяли ножом в спину между ребер, мастерски пронзая сердце.

Они сжигали военные точки римлян в Иудее, а затем скрывались в отдаленных уголках Галилеи. Как писал Иосиф Флавий в процитированном выше отрывке, их готовность подвергнуться любому страданию или смерти, включая те же мучения, которые они приносили другим, была широко известна. Римляне могли мучить зелотов, убивать, но не могли погасить их пыл.

Когда в 70-м году после Рождества Христова римская армия под руководством Тита Веспасиана опустошала Иерусалим, многие историки считают, что зелоты усугубили страшное уничтожение евреев. Во время осады, когда римская армия уже окружила город и перекрыла пути снабжения, зелоты стали убивать своих же, евреев, которые хотели вступить в переговоры с Римом о снятии осады. Зелоты не позволили сдаться никому из тех, кто хотел спасти свою жизнь. Когда Тит понял, насколько безнадежна ситуация, он разрушил город, уничтожил тысячи жителей и вынес сокровища из Храма. Слепая ненависть зелотов к Риму и ко всему, что касалось Рима, в конечном итоге привела к разрушению их родного города. Зелотами двигал безрассудный фанатизм, который привел их к самоуничтожению.

Иосиф Флавий предполагает, что название «зелоты» истолковывалось неправильно, «точно они ревностно преследовали хорошие цели, между тем как в действительности они все свое рвение прилагали к дурным делам и в этом отношении превосходили самих себя»[44].

Симон был одним из них. Интересно, что, перечисляя имена двенадцати апостолов, Матфей и Марк пишут имя Симона перед именем Иуды Искариота. Когда Иисус отсылал учеников на служение по двое (Марк. 6:7), вполне вероятно, что Симон и Иуда Искариот были вместе. Возможно, сначала они оба следовали за Иисусом, исходя из сходных политических взглядов. Однако на каком-то этапе Симон стал искренним верующим и изменился. Иуда Искариот никогда не верил по-настоящему.

Когда Иисус не сверг римское правление, но вместо этого начал говорить о смерти, некоторые могли подумать, что Симон станет предателем; ведь он – человек пылкий и ревностный, с такими политическими убеждениями, которые привели его к террористам. Но так было еще до встречи с Иисусом.

Конечно же, будучи одним из двенадцати избранных, Симон должен был как-то общаться с Матфеем, с человеком, который принадлежал к совершенно другой политической прослойке – собирал налоги для римского правительства. В какой-то момент своей жизни Симон, возможно, с радостью убил бы Матфея. Но, в конце концов, Матфей и Симон стали духовными братьями, которые трудились бок о бок, стремились к одной цели – распространять Евангелие и поклоняться одному Господу.

Просто удивительно, что такого человека, как Симон, Иисус избрал стать апостолом. Однако Симон был чрезвычайно верным человеком, обладал поразительным пылом, смелостью и рвением. Он поверил в истину и принял Христа как своего Господа. Горячее воодушевление по отношению к Израилю, которое когда-то овладело Симоном, теперь выражалось в полном посвящении Христу.

В нескольких источниках говорится, что после разрушения Иерусалима Симон понес Евангелие на север и проповедовал на Британских островах. Имя апостола сходит со страниц библейских повествований, как имена многих других. Не существует достоверных данных о смерти апостола, но во всех преданиях говорится, что он был убит за проповедь Евангелия. Человек, который когда-то был готов убивать и умереть за политические убеждения, относившиеся только к Иудее, нашел более благую цель, за которую смог отдать свою жизнь: провозглашать о спасении грешникам из разных народов, языков и племен.

Иуда Иаковлев

Последним в перечислении верных апостолов упоминается Иуда Иаковлев. Само по себе имя Иуда- прекрасное. Оно означает «Яхве ведет». Но из-за предательства, совершенного Иудой Искариотом, имя Иуда навсегда связано с негативными эмоциями. Называя имя этого апостола, Иоанн пишет: «Иуда – не Искариот» (Иоан. 14:22).

На самом деле Иуда Иаковлев носил три имени. (Иероним назвал Иуду Трехименным, что значит – «человек с тремя именами»). В Евангелии от Матфея (10:3) Иуда назван так: «Леввей, прозванный Фаддеем». Вероятно, имя Иуда дали будущему апостолу при рождении. А Леввей и Фаддей – по сути прозвища. Фаддей – означает «грудной ребенок», то есть дитя, которое вскармливают; и звучит почти иронично, как, скажем, «мамин сыночек». Возможно, Иуда был самым младшим ребенком в семье, которого мама особенно лелеяла. Другое прозвище апостола – Леввей. Это имя произошло от корня еврейского слова, буквальное значение которого – «дитя сердца».

И то, и другое прозвища наводят на мысль, что апостол был мягким человеком и обладал сердцем ребенка. Довольно интересно то, что такой мягкий человек общался с группой учеников, к которой принадлежали люди, подобные Симону Зилоту. Но Господь может действовать через разных людей. Зелоты становятся великими проповедниками. Но такими же проповедниками становятся и мягкие, сострадательные, тихие и приятные души, как Леввей Фаддей. И вместе они дополняют очень сложную и интересную группу двенадцати апостолов, где присутствуют представители разных типов личности.

Как и остальные ученики третьей четверки, Леввей Фаддей в какой-то мере остается в тени. Но эта тень не должна нам помешать увидеть учеников. Все они стали сильными проповедниками.

В Новом Завете описан один случай, в котором принимал участие и Иуда Леввей Фаддей. Чтобы увидеть апостола, нам необходимо возвратиться к описанной Иоанном беседе в горнице. Иисус сказал: «Кто имеет заповеди Мои и соблюдает их, тот любит Меня; а кто любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его и явлюсь ему Сам» (Иоан. 14:21).

Далее Иоанн добавляет: «Иуда – не Искариот – говорит Ему: Господи! что это, что Ты хочешь явить Себя нам, а не миру?» (Иоан. 14:22). В прозвучавших словах мы видим кроткое смирение Иуды Иаковлева. Он не упрекает Иисуса, как однажды это сделал Петр. Вопрос Леввея исполнен кротости и покорности и лишен какой бы то ни было гордости. Он просто не мог поверить, что Иисус откроет Себя вот этому «сброду», этим одиннадцати, а не всему миру.

Ведь Иисус был Спасителем мира. Он – полноправный наследник и правитель земли, Царь царей и Господь господствующих. Ученики всегда считали, что Иисус пришел установить Свое царство и все подчинить Себе. Благая же весть о прощении и спасении, бесспорно, стала радостной вестью для всего мира. Ученики прекрасно знали об этом, но весь мир в общем оставался еще в неведении. Потому Леввей Фаддей желал узнать: «Что это, что Ты хочешь явить Себя нам, а не миру?»

Вот благочестивый, верующий ученик. Вот человек, который любил своего Господа и ощущал силу спасения в своей жизни. Он был исполнен надежд в отношении всего мира, и в своем мягкосердечии, по-детски, хотел знать, почему Иисус не откроет Себя всем и каждому. Фаддей, очевидно, все еще ожидал увидеть царство Божие на земле. И мы не можем винить его за это, ведь именно так Иисус учил Своих учеников молиться (Лук. 11:2).

Иисус прекрасно ответил Леввею, при этом ответ Его был таким же кротким, как и вопрос: «Иисус сказал ему в ответ: кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое; и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Иоан. 14:23).

Мысли Иуды Леввея Фаддея все еще оставались в политической и земной (материальной) сфере. «Почему ты не вступишь во владение всей землей? Почему Ты не явишь Себя всему миру?» Вот что Иисус хотел сказать Своим ответом: «Я не желаю вступать во внешнее владение миром. Я буду вступать во владение сердцами, одно за другим. А кто любит Меня, исполнит Мое Слово.

Если же он исполнит Мое Слово, Отец и Я придем к нему и установим царство в его сердце».

Большинство ранних преданий свидетельствуют, что через несколько лет после памятной Пятидесятницы Леввей Фаддей понес Евангелие на север, в Эдессу, царский город в Месопотамии, которая находилась на территории современной Турции. Многие древние сказания повествуют, что апостол исцелил царя Эдессы Авгаря. В четвертом веке, по словам историка Евсевия, в архивах Эдессы (теперь уже уничтоженных) хранились все записи о том, как Фаддей посетил и исцелил Авгаря.[45]

Традиционным апостольским символом Иуды Леввея Фаддея служит дубинка, потому что, по преданию, за веру его забили дубиной насмерть.

Эта мягкая и кроткая душа верно следовала за своим Господом до самого конца. Свидетельство апостола было таким же действенным и достигло краев земли, как и свидетельство других, более известных нам апостолов. Как и они, Иуда Леввей Фаддей служит веским доказательством того, как замечательно действует Бог через совершенно обычных людей.


Глава 10 из 11« Первая«91011

Пожертвования на развитие сайта

Вы скачиваете книгу: Двенадцать обыкновенных мужчин. Раздел: Протестантизм-1.

Скачать книги с Яндекс-диска:

Функцию "скачать всё" использовать не рекомендую по причине большого объёма информации. Предпочтительнее скачивать книги по разделам.