4 глава

В данной главе описывается свадьба Вооза и Руфи, в обстоятельствах которой было нечто необычное. Все это написано для нас в качестве иллюстрации не только закона, повелевающего жениться на вдове брата (Втор 25:5 и далее), для ситуаций, где необходима помощь в толковании законов, но и иллюстрации Евангелия, ибо от этого брака произошел Давид и Сын Давидов, а их брак таким образом стал прообразом языческой Церкви. Здесь рассказывается о том:

(I) как Вооз избавился от своего соперника (ст. 18). (II) Что его свадьба с Руфью стала торжественным событием, на котором присутствовали соседи, желавшие всяческих благ (ст. 9-12). (III) Что от этого брака произошло блаженное потомство родился Овид, дед Давида (ст. 13-17). Книга заканчивается родословной Давида (ст. 18-22). Возможно, это должно было вложить в того, кого благословенный Дух направил включить эту историю в священный канон, желание передать потомству рассказ о добродетелях его великой прапрабабушки Руфи, а также о ее языческом происхождении и необыкновенных провидениях, коснувшихся ее.

Стихи 1-8. 1. Вооз сразу собирает собрание. Возможно, он сам был одним из старейшин или членов городского управления, ибо был знатным и богатым человеком. Возможно, он был отцом города и возглавлял совет, ибо из текста видно, что он отправился к городским воротам как человек, обладающий властью, а не как обычный человек (как Иов, Иов 29:7 и далее). Мы не можем предположить, что внук Наассона, князя иудейского, занимал незначительную должность в городской власти; и то, что в те дни, когда жизнь была очень простой, он спал подле скирда на гумне, было вполне совместимо с почестями, которые воздавались судье, сидящему у ворот. Но почему Вооз так торопился, почему ему так понравилась эта партия? Руфь не была богатой, а жила на подаяние, не обладала почетными титулами, а была бедной странницей. Нигде не говорилось, что она была красивой; если она и была такой, то мы можем предположить, что слезы, путешествия и подбирание колосков иссушило ее лилии и розы. Вооза побудило любить ее и стремиться устроить ее дела то, что соседи отзывались о ней как о женщине добродетельной. Это возвысило ее цену в его глазах выше жемчугов (Прит 31:10), и поэтому он подумал, что, женившись на ней, он окажет не только ей большую услугу, но и себе. Такой вывод сразу пришел ему в голову. Это не был день, когда обычно собирался суд, но он собрал десять старейшин города в городском зале суда, находившемся над воротами, где обычно решались государственные дела (ст. 2). Скорее всего, именно столько человек нужно было собрать согласно обычаю города, чтобы собрание считалось правомочным. Хотя Вооз был судьей, но не мог судить свое дело, а хотел, чтобы его рассматривали другие судьи. Честные намерения не опасаются всеобщей известности.

2. Он позвал своего соперника прийти и выслушать суть дела, участвовать в котором ему было предложено (ст. 1): «Зайди сюда, и сядь здесь». Нет сомнений, что он назвал этого человека по имени, но историк, вдохновленный божественным образом, не счел уместным упоминать его здесь, ибо тот отказался восстановить имя усопшего и, следовательно, не заслужил, чтобы его имя сохранилось для грядущих веков в данной истории. Провидение благоволило к Воозу и устроило так, что этот родственник случайно проходил мимо как раз в то время, когда ему собирались делать предложение. Большим делам иногда в значительной мере содействуют незначительные обстоятельства, которые ускоряют и продвигают их.

3. Он предложил родственнику выкупить землю Ноемини, которая, возможно, была заложена ради денег на покупку хлеба, когда в стране свирепствовал голод (ст. 3): «Ноеминь продает часть поля», а именно ту часть, которую необходимо продать, чтобы выкупить ее из рук кредитора; или, как полагают некоторые, речь шла о ее вдовьей части наследства, и так как у нее не было денег, то она решила продать свою часть наследнику по закону, который был самым подходящим покупателем. Он также извещает ближайшего родственника, что, согласно закону, он может отказаться от него (ст. 4). Кто хотел владеть им, тот должен был заплатить за него, и Вооз вполне мог сказать: «Мои деньги так же хороши, как деньги ближайшего родственника; если я хочу купить его, то почему не могу купить частным образом, не сказав ничего ближайшему родственнику, раз мне первому это было предложено?» Нет, хотя приобретение поля выглядело вполне заманчиво, но он не хотел совершать такой подлый поступок, как заключение сделки через голову другого человека, имевшего более близкие родственные права; этот пример учит нас быть не только честными и справедливыми, но также быть открытыми и благородными во всех сделках, не совершать никаких поступков, которые боятся света, а быть честными и прямыми.

4. Похоже, идея купить землю понравилась родственнику, пока ему не сказали, что если он купит, то должен жениться на вдове, и тогда он отказался. Он хотел купить землю и, возможно, желал ее чрезмерно, надеясь, что бедная вдова, оказавшись в стесненных обстоятельствах, согласится продать ее по низкой цене. «Я выкупаю, сказал он, всем своим сердцем», думая, что она станет хорошим дополнением к его владениям (ст. 4). Но Вооз сказал, что в деле также участвует молодая вдова, и если он хочет получить землю, то должен взять и ее. Terra transit cum onere — Имущество переходит вместе с этим бременем’, то ли божественный закон, то ли обычай данной страны обязывал его к этому, то ли Ноеминь настаивала и соглашалась продать землю только на таком условии (ст. 5). Некоторые полагают, что данная ситуация не имеет никакого отношения к закону, требовавшему жениться на вдове брата (ибо, похоже, он касался только детей одного отца, Втор 25:5, и лишь впоследствии данный обычай распространился на ближайшего родственника), а касается закона выкупа наследства (Лев 25:24,25), ибо в данной ситуации необходимо было найти goel, искупителя’, а если так, то этого требовал не закон, а решение Ноемини, чтобы приобретший ее женился на вдове. Как бы ни было, но этот ближайший родственник, услышав условия сделки, отказался от нее (ст. 6): «Не могу я взять ее себе. Я не могу выполнить данное условие, не причинив вреда своему наследству». Он думал, что эта земля улучшит его наследство, но не земля с женщиной; в такой ситуации она ухудшит его. Возможно, он считал, что для него унизительно жениться на бедной вдове, которая пришла из чужой страны и жила на подаяние. Он подумал, что это ляжет пятном на его семью, ухудшит его кровь и станет позором для потомства. В его глазах ее выдающихся добродетелей было недостаточно, чтобы уравновесить эти недостатки. Халдейский парафраз обосновывает его отказ тем, что он имел другую жену, и если бы взял Руфь, то это могло послужить поводом для раздоров и соперничества в его семье и нанести ущерб утешению от своего наследства. Или он подумал, что она может родить много детей и каждый из них будет претендовать на часть наследства; и оно, разделенное на много частей и переданное во многие руки, станет менее значительным. Так многие лишаются великого наследства, ибо не желают принимать религию. Они много слышали о ней и не могут ничего плохого сказать против нее; они хорошо отзываются о ней, но принимают решение расстаться и не могут связать себя с ней из страха, что тем самым нанесут вред своему наследству в этом мире. Они были бы рады попасть на небеса, но вполне могут обойтись без святости, ибо она не согласуется с похотями, с которыми они уже обручились, и поэтому они не могут приобрести небеса на таких условиях.

5. Право выкупа на законных основаниях передается Воозу. Если этот безымянный родственник потерял выгодную сделку, хорошее состояние и хорошую жену, то может винить в этом только себя за то, что не подумал хорошенько; а Вооз может поблагодарить его за то, что он расчистил ему путь к тому, что ценил и желал больше всего. В те древние времена не было обычая передавать имущество с помощью подтверждающих документов он появился позднее (Иер 32:10 и далее);

это сопровождалось символом или церемонией формальной передачи собственности другому лицу или, как мы называем, церемонией вступления во владение, то есть дом переходил во владение другому человеку, когда тому отдавался ключ от дома, а земля когда передавался дерн и веточка. Согласно обычаю того времени, уступивший снимал сапог свой (халдейский перевод утверждает, что речь идет о перчатке с его правой руки) и отдавал тому, кому уступил свое право; это подразумевало, что какое бы право он ни имел на эту землю, после длительных размышлений он передавал его покупателю; это было свидетельством у Израиля (ст. 7). Так и было сделано в данном случае (ст. 8). Если родственник по закону был обязан жениться на Руфи, а своим отказом сделать это он оказывал пренебрежение закону, то Руфь должна была снять сапог его с ноги его, и плюнуть в лице его (Втор 25:9). И хотя родственные отношения в какой-то степени обязывали его исполнить этот долг, но отдаленность родства могла послужить оправданием для такого наказания, или Руфь могла вполне смириться с такой ситуацией, раз прежде всего от него она ждала отказа. Но епископ Патрик и наилучшие толкователи полагают, что данная ситуация не имела никакого отношения к этому закону и снятие сапога не считалось позором, как в данном случае, а подтверждением уступки и доказательством того, что она не была добыта с помощью мошенничества или сделана тайком. Отметьте: кто хочет поступать по совести и считаться истинным израильтянином без лукавства, тот должен быть честным и открытым, заключая сделки и договоры. Насколько честнее и благороднее поступил Вооз, подобным образом совершив приобретение, чем если бы тайно пытался обойти своего родственника и заключил сделку с Ноеминью без его ведома. Честность окажется наилучшей линией поведения.

Стихи 9-12. Вооз увидел, что теперь путь его свободен и, не откладывая, выполняет данное Руфи обещание и исполняет долг ближайшего родственника; и возле городских ворот при собрании старейшин и всего народа он провозглашает брачный контракт, заключенный между ним и моавитянкой Руфью; благодаря чему он приобрел все имущество, принадлежавшее семье Елимелеха. Если бы он не был человеком знатным и богатым (Руф 2:1), то не смог бы выкупить имущество и оказать услугу родственной семье. А для чего нужно большое состояние, как не для того, чтобы дать человеку больше возможностей совершить добро для своего поколения, особенно для своих близких, если его сердце расположено сделать это! Далее об этом браке рассказывается:

I. Что он был отпразднован, или, по крайней мере, о нем было возвещено перед многими свидетелями (ст. 9,10). «Вы теперь свидетели тому, (1) что я покупаю это состояние. Всякий, владеющий им, или какой-либо его частью, или закладной на него, может подойти ко мне, и он получит свои деньги, соответственно стоимости земли», которая подсчитывалась соответственно годам, которые остались до юбилейного года (Лев 25:15), когда она должна будет вернуться семье Елимелеха. Чем более открыто совершается продажа имущества, тем проще предотвратить мошенничество.

(2) «Я приобрел вдову, чтобы она была моей женой». У нее не было приданого; вдовья часть наследства, которой она владела, была обременена долгами, и он не мог получить ее, не выплатив того, что она стоила, и поэтому можно было сказать, что он приобрел ее; но так как она была женщина добродетельная, то считалось, что он совершил выгодную сделку. Дом и имение — наследство от родителей, но благоразумная жена более ценна, ибо является особым даром от Господа. Женившись на ней, он хотел сохранить память об умершем, чтобы имя Махлона, хотя он не оставил сына, который носил бы его, не изгладилось от врат дома его, а благодаря этому было сохранено и внесено в государственный официальный реестр, свидетельствующий о том, что Вооз женился на Руфи, вдове Махлона, сына Елимелеха; и на эту запись будут обращать внимание всякий раз, когда нужно будет обратиться за информацией к этому реестру. И так как данная история сохранилась ради того, чтобы был зарегистрирован этот брак и его потомство, то она явилась эффективным средством для сохранения имени Махлона, помимо мыслей или намерений Вооза, до конца мира. И обратите внимание: раз Вооз так поступил не только для того, чтобы почтить умершего, но и для того, чтобы оказать милость живым, то Бог также почтил его и включил в генеалогию Мессии; тем самым его семья была возвеличена более всех семей Израиля, в то время как имя, семья и наследство другого близкого родственника, который побоялся жениться на вдове, так как это могло унизить его и нанести ущерб его наследству, остались в забвении и позоре. Нежная и великодушная забота о чести умерших и утешении для бедных вдов и странников, отплатить милостью за которые ни один из них не может (Лук 14:14), очень благо-угодны Богу, и Он обязательно вознаградит за них. Наш Господь Иисус наш Бог, наш Искупитель, наш вечный Искупитель. Как и Вооз, Он смотрит с состраданием на бедственное состояние падшего человечества. Он заплатил огромную цену, чтобы выкупить для нас небесное наследство, которое из-за греха было заложено и передано в руки божественной справедливости и выкупить которое мы никогда не смогли бы. Он также приобрел Себе особый народ, который обручил Себе, хотя они были странниками и иноземцами, как бедная и презренная Руфь, чтобы имя этой умершей и погребенной расы не было стерто навеки. Чтобы сделать это, Он рискнул причинить ущерб Своему наследству, ибо, будучи богат, обнищал ради нас; но за это Он был щедро вознагражден Своим Отцом, Который превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени, ибо Тот смирил Себя. Так давайте признаем перед Ним свои обязанности, заключим с Ним договор и на протяжении всех своих дней будем учиться славить Его. Вооз, публично заявив о своем браке и приобретении, не только сохранил свой титул от посягательств всяких лицемеров, но и облачил честью Руфь, показав, что не стыдится ее самой, ее происхождения и бедности, и оставил свидетельство против тайных браков. Только зло ненавидит свет и не выходит на него. Вооз позвал свидетелей, чтобы они присутствовали при этом, ибо вполне мог оправдать свой поступок и не собирался отказываться от него. И этому делу было уделено такое внимание, что даже презренная толпа, а не только старейшины, весь народ, находившийся в то время возле ворот, входивший и выходивший, услышал обращение к нему (ст. 9) и ответил: «Мы свидетели» (ст. 11). П. Что это событие сопровождалось многими молитвами. Старейшины и весь народ были его свидетелями, желали всяческих благ и благословляли этот брак (ст. 11,12). За Руфью, похоже, послали, ибо о ней говорится (ст. 12) как о присутствующей: «Эта молодая женщина»; так как Вооз взял ее в жены, то ее считали уже вошедшей в его дом. Все очень искренне молились об этой новой супружеской паре.

1. Похоже, что главный старейшина совершил молитву, а остальные старейшины вместе с народом присоединились к ней, поэтому здесь говорится о ней как о молитве, произнесенной всеми, ибо, вознося общую молитву, мы все должны молиться, хотя произносит ее лишь один человек. Обратите внимание:

(1) браки нужно благословлять и о них нужно молиться, потому что каждое творение и событие становится для нас таким, каким его Богу угодно сделать. Люди поступают вежливо и дружелюбно, желая счастья тем, кто вступает в брак; и мы должны молиться, взывая к источнику всех благ, о том, что мы им желаем. Служитель, посвятивший себя слову и молитве, является самой подходящей личностью для увещевания, равно как и самой подходящей, чтобы благословлять и молиться о тех, кто вступает в такие взаимоотношения.

(2) Мы должны желать и молиться о процветании и благополучии друг друга, а не завидовать или огорчаться изза этого.

2. В тот момент:

(1) они молились о Руфи: «Да соделает Господь жену, входящую в дом твой, как Рахиль и как Лию», то есть: «Господь, сделай ее хорошей женой и плодовитой матерью». Руфь была добродетельной женщиной, но тем не менее нуждалась в молитвах друзей, чтобы благодаря благодати Божьей могла стать благословением для семьи, в которую вошла. Они молились, чтобы она была как Рахиль и как Лия, но не как Сара и Ревекка, ибо Сара имела только одного сына, равно как и Ревекка одного, состоявшего в завете, а вторым был Исав, который был отвержен; а Рахиль и Лия устроили дом Израилев: все их дети были в Церкви и имели многочисленное потомство. «Да процветает она и да будет плодовитой и верной лозой в доме твоем».

(2) Они молились о Воозе, чтобы он оставался знатным человеком в городе, украшением которого являлся, и становился все более знаменитым. Они пожелали, чтобы жена была благословением в домашних делах семьи, а мужу быть благословением в государственных делах города, чтобы она на своем, а он на своем месте были мудрыми, добродетельными и успешными. Обратите внимание: чтобы стать известным, нужно поступать достойно. Хорошую репутацию приобретают за счет великих заслуг. Недостаточно не поступать недостойно, быть безвредным и безобидным; мы должны поступать достойно и быть полезными для своего поколения. Кто хочет стать истинно прославленным человеком, тот должен на своем месте сиять как светильник.

(3) Они молились о семье: «Да будет дом твой, как дом Фареса», то есть: «Да будет она многочисленной, пусть она умножится и обогатится, как дом Фареса». Жители Вифлеема происходили от дома Фареса и очень хорошо знали, каким он был многочисленным; при разделении колен этот сын Иакова был почтен более остальных, так же, как Манассия и Ефрем, и его потомство было поделено на две отдельные семьи Есром и Хамул (Числ 26:21). Теперь они молились о семье Вооза, которая была одной из ветвей этого дерева и со временем могла стать такой же многочисленной и знаменитой, каким было все дерево.

Стихи 13-22. I. Руфь стала женой. С обычными церемониями Вооз взял ее в свой дом, и она сделалась его женой (ст. 13);

весь город, безусловно, поздравил эту целомудренную женщину, которая так значительно возвысилась только благодаря собственным добродетелям. У нас есть основания полагать, что Орфа, вернувшаяся к своему народу и своим богам, и наполовину не была такой же успешной, как Руфь. Оставивший все ради Христа обретет в Нем больше, чем оставил; за это он будет вознагражден в сотни раз уже в нынешнее время. Теперь Орфа захотела бы пойти вместе с Ноеминью, но она, как и тот, другой близкий родственник, поступила вопреки своим интересам. Вооз молился, чтобы эта благочестивая новообращенная получила полную награду от Бога Израилева, к Которому она пришла, чтоб успокоиться под Его крылами, за свою смелость и постоянство; и теперь он стал инструментом этой милости, что было ответом на его молитву, и участвовал в осуществлении собственных слов. Теперь в ее распоряжении были те слуги, с которыми она трудилась на полях, подбирая колоски. Так Бог иногда из праха поднимает бедного, чтобы посадить его с князьями (Пс 112:7,8).

II. Руфь стала матерью. Господь дал ей беременность, ибо награда от Него — плод чрева (Пс 126:3). Это один из ключей, которые Он держит в Своей руке, и Он иногда делает бесплодную женщину, которая долгое время не могла родить, матерью, радующеюся о детях (Пс 112:9; Ис 54:1).

III. Руфь так и остается невесткой Ноемини, как и была все это время; о ней не только не забыли, но она была основным лицом, разделившим радость этих событий. Благочестивые женщины, присутствовавшие при рождении ребенка, поздравили в первую очередь ее, а не Вооза или Руфь, ибо она прилагала усилия для заключения этого брака и благодаря этому семья ее мужа была восстановлена. Обратите внимание на атмосферу благоговения, сопутствовавшую (как и ранее) этому событию, которая выразилась в обычных вежливых выражениях среди израильтян. Рождение ребенка сопровождалось молитвой Богу. Как жаль, что подобная благочестивая речь либо выходит из употребления среди христиан, либо вырождается и становится формальностью. «Благословен Господь, что Он послал тебе этого внука» (ст. 14,15), (1) который сохранил имя ее семьи и, как они надеялись, станет знаменитым, как и его отец.

(2) Который, как они надеялись, впоследствии будет исполнительным и почтительным с ней, какой была его мать. Если он будет похож на нее, то будет утешением для своей пожилой бабушки, отрадою ее жизни и, если необходимо, питателем в ее старости. Большое утешение для людей преклонного возраста видеть, что их подрастающие потомки, похоже, будут благословением Божьим, поддержкой и опорой, ибо настанут года, о которых они скажут, что в них не имеют радости, когда будут нуждаться в ней. Обратите внимание: они говорили, что Руфь любит Ноеминь, и поэтому она для нее была лучше семи сыновей. Посмотрите, как Бог в Своем провидении иногда восполняет нужды и потери родственников, от которых мы ожидали больше всего утешения, теми, от кого ожидали меньше всего. Узы любви оказываются сильнее природных уз, ибо бывает друг, более привязанный, нежели браш.Так и в данной ситуации невестка лучше, чем собственный ребенок. Посмотрите, что сделала мудрость и благодать. [1] Имя ребенку дали соседи (ст. 17). Благочестивые женщины хотели, чтобы его назвали Овид слуга, то ли в память о бедности и презренном положении матери, то ли предвидя, что впоследствии он будет слугой и окажет большую услугу своей бабушке. Даже для имеющих благородное происхождение не является бесчестьем служить Богу, своим друзьям и своему поколению. Девиз принцев Уэльских звучит так: «Ich dien Я служу». [2] Бабушка была нянькой ребенка, когда мать отняла его от груди (ст. 16). Она носила его в объятиях своих в знак своей любви и заботы. Очень часто бабушки больше всего любят детей.

IV. Так Руфь стала одним из предков Давида и Христа, что было величайшей честью. Приведенная здесь генеалогия начинается от Фареса, упоминает Вооза, Овида, переходит к Давиду и ведет далее к Мессии, поэтому это не бесконечная генеалогия.


Глава 5 из 5« Первая«345