4 глава

В заключительной части предыдущей главы мы с удовольствием прочли о покаянии Ниневии, а в данной главе с великим беспокойством читаем о грехе Ионы; как на небе и на земле присутствует радость при обращении грешников, так там же поселяется скорбь из-за безрассудства и слабости святых. Во всей книге Божьей мы с трудом найдем «раба Божьего» (а именно таковым, мы уверены, был Иона, ибо так называет его Писание) в такой же степени огорченного, как в данной главе Иона, который оказался очень упрямым и возмутил самого Бога.В первой главе мы читали, что он бежал от лица Господнего, а в данной главе он фактически открыто не повинуется Богу; особенно огорчает, что тогда он покаялся и вернулся к Богу, а в данной ситуации ничего не написано о том, что он восстановил взаимоотношения с Богом; и хотя нет сомнений, что он покаялся, тем не менее, как в случае Соломона, об этом ничего не говорится. С удивлением читая о его несговорчивости, мы с не меньшим удивлением читаем о милосердии к нему Бога, из чего следует, что Господь не оставил его.

В данной главе (I) Иона недоволен тем, что Бог милостив к Ниневии, и раздражен этим фактом (ст. 1-3).

(II) Бог нежно упрекает его за подобное отношение (ст. 4).

(III) Иона недоволен тем, что растение высохло, и оправдывает свое недовольство (ст. 5-9).

(IV) Бог использует это для его обличения, чтобы показать, что он не должен гневаться из-за того, что Ниневия пощажена (ст. 10-11). Порочность человека и благость Бога служат контрастом друг другу, чтобы первое предстало чрезмерно греховным, а второе — чрезмерно благодатным.

В данных стихах мы видим:

I. Как несправедлив был Иона, вступив в ссору с Богом за то, что тот помиловал Ниневию, когда ее жители покаялись в своих грехах. Эго дает нам основание подозревать, ‘по пророк передал послание только о гневе, направленном против Ниневии, и вообще не помогал и не ободрял их к покаянию, что наверняка должен был сделать, ибо когда они покаялись и обрели милость, то:

1. Иона был недоволен, что они обрели милость (ст. 1): «Иона сильно огорчился этим и (кто бы мог подумать?) был сильно раздражен». Он был в ярости.

Очень плохо, (1) что пророк не мог управлять собой, был недоволен и гневался; он не владел духом своим и поэтому, как разрушенный город, стал незащищенным для искушений и сетей.

(2) Что он так мало благоговел перед Богом, был недоволен Его делами и гневался на Него, как Давид, который опечалился, что Господь поразил Озу. Все, что нравится Богу, должно нравиться нам; и даже если мы не можем объяснить, но должны согласиться с этим.

(3) Что он так мало любил людей, раз был недоволен и огорчился, когда Ниневия обратилась и ей было оказано божественное благоволение. В этом же грехе были виновны книжники и фарисеи, роптавшие на нашего Спасителя из-за того, что Он общался с мытарями и грешниками; или глаз наш завистлив оттого, что Он добр? Но почему Иона так сильно огорчился из-за того, что ниневитяне покаялись и были пощажены? Трудно надеяться, что на этот нелепый и глупый вопрос можно дать хороший ответ; трудно найти разумное обоснование для такого поведения, но мы можем предположить, что побудило его к этому. Вспыльчивый дух часто оказывается высокомерным духом. От высокомерия происходит раздор между Богом и человеком. Именно почести, которые высоко ценил Иона, побудили его разгневаться.

[1] Он ревновал о чести своей страны; покаяние и реформация Ниневии постыдили Израиль, который отказывался покаяться и не желал изменяться, за его упрямство; а благоволение, оказанное Богом этим язычникам после их покаяния, было плохим знамением для еврейского народа, говорящим о том, что они будут отвергнуты и изгнаны из Церкви и вместо них придут язычники, как, впрочем, потом и произошло. Когда св. Петру было сказано, что он не должен делать различия между иудеем и язычником, то он сильно удивился и сказал: «Да не будет этого, Господи»; тогда неудивительно, что Иона с сожалением смотрел, что Ниневия стала фаворитом. Тем самым он определенным образом проявил свою ревность по Богу — Богу Израиля, но не по рассуждению.

Отметьте: многие недовольны Богом, делая вид, что заботятся о Его славе.

[2] Он ревновал о своей чести, опасаясь, чтобы его не причислили к лжепророкам и не заклеймили позором в случае, если Ниневия не будет разрушена в течение сорока дней; хотя ему совсем не нужно было беспокоиться об этом, ибо угроза разрушения подразумевала, что для ее предотвращения они должны покаяться, и они предотвратят ее, если покаются. Никто не будет жаловаться, что обманут им, если благодаря его слову положение улучшилось; скорее, он будет почтен жителями Ниневии, так как явился орудием их спасения, а не будет подвергнут позору. Но раздражительные люди (а именно таким, похоже, был Иона) склонны беспокоить себя воображаемым злом, которого нет и вряд ли будет. Многие волнения и страхи возникают в нас благодаря силе воображения, и нам остается только пожалеть тех, кто является абсолютным рабом и пребывает во власти этого тирана.

2. Из-за этого Иона ссорился с Богом. І Когда сердце его горело в нем, то он погрешил устами своими, и здесь мы читаем, что он сказал (ст. 2,3): «Он молился Господу, но это была затруднительная молитва, непохожая на ту, которой! он молился, находясь во чреве рыбы, ибо страдания учат нас молиться смиренно, о чем забыл Иона» В раздражении он прибегнул к молитве, как обычно поступал, оказавшись в затруднительном положении; но его пороки одержали верх над его благодатями, и в то время, когда он должен был молиться о том, чтобы Бог оказал милость другим, он жаловался, что другим была оказана эта милость. Ничего более неподобающего он не мог сказать; и теперь (1) он оправдывает себя за то, что решил бежать от лица Господнего в первый раз, — получив повеление идти в Ниневию, хотя ранее на добром основании осуждал сє6я за это. Господи! Не это ли говорил я, когда еще был в стране моей! Разве я не предвидел, что если отправлюсь проповедовать в Ниневию, то ее жители покаются и Ты простишь их, и тогда Твое слово подвергнется сомнению и порицанию?» Каким же странным человеком был Иона, раз опасался, что его служение будет успешным! Многие испытывали искушение оставить свое служение, так как Уже не надеялись, что с его помощью смогут сделать добро, но Иона отказывался исполнять свое поручение, так как боялся, что благодаря этому он сделает доброе дело; он Упорно продолжал придерживаться своих порочных представлений, ибо, похоже, само по себе чрево кита не исцелило его от них. Он говорил это, когда еще был в стране своей, но это было неверное высказывание; здесь, в чужой стране, пророк продолжал придерживаться этого мнения и в отличие от многих других пророков желал бедственного дня, который он предсказывал, и огорчился из-за того, что он не наступил. Даже ученики Христа не знали, какого они духа, этого также не знают те, которые желают огня небесного городу, не принявшему их, тем более — Иона, который желал огня с небес городу, принявшему его (Лук 9:55). Иона думал, что имел основания жаловаться, раз все произошло именно так, как он того опасался; так трудно избавиться от корня горечи в своем разуме, если он там уже укоренился. И почему Иона ожидал, что Бог помилует Ниневию? Он отвечает: «…ибо знал, что ты — Бог благий и милосердый, Которому легко угодить, долготерпеливый и многомилостивый и сожалеешь о бедствии». Все это было правдой; Иона не мог не знать этого, судя по тому, что Бог возвестил о Своем имени и на основании опыта всех веков; но странно и трудно объяснить, как то, что для всех святых было поводом для радости и хвалы, Иона сделал поводом для бесславия Бога, словно это было проявлением несовершенства Его божественной природы, хотя на самом деле являлось ее величайшей славой,— то, что Он благий и милосердый. Раб, сказавший: «Я знал тебя, что ты человек жестокий», был неправ, тем не менее, если бы это было правдой, то было бы справедливым поводом для жалобы; но Иона, хотя сказанные им слова были правдой, говорит об этом с порицанием, и его слова звучат нелепо. Духу ссор и противоречий подвержены те, которые в своем сердце недовольны добротой Бога и Его щадящей, прощающей милостью, благодаря которой мы спасены из преисподней. Так можно сделать запахом смертоносным на смерть то, что должно быть запахом живительным на жизнь..

(2) Страстно желает себе смерти (ст. 3). Как странно он выражает свою необоснованную вспышку чувств! «И ныне, Господи, возьми душу мою от меня. Если Ниневия остается жить, то пусть лучше я умру, чем увижу Твое и мое слово несостоятельным, а славу Израиля перешедшей к язычникам», словно у Бога недостаточно благодати и для иудеев, и для язычников или его соотечественники лишались милости из-за того, что Ниневии было оказано благоволение. Когда пророк Илия напрасно трудился, то пожелал себе смерти, и в этом проявилась его слабость (3Цар 19:4). Но Иона трудится успешно и для достижения хорошей цели — спасает город от гибели — и, тем не менее, желает смерти, словно, совершив много хороших дел, он боится совершить еще больше. На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством. Какой упрямый дух присутствует в каждом сказанном им слове! Когда Иона был извергнут из чрева кита, то счел дарованную ему жизнь великой милостью и был благодарен Богу, Который извел душу его из ада (Иона 2:7), ибо его жизнь была великим благословением для Ниневии; но теперь на том же основании она становится для него бременем, и он просит, чтобы его избавили от нее, ссылаясь: «…ибо лучше мне умереть, нежели жить». Эти слова могут выражать благодать, как это было с Павлом, который желал удалиться и быть со Христом, ибо это лучше; но в данном случае они выражают безрассудство, несдержанную страсть и сильную порочность. Но дело обстояло даже хуже, ибо [1] теперь Иона был очень полезен и должен был жить. Он был единственным пророком, чье служение Бог чудесным образом признал и благословил успехом. Обращение Ниневии могло даровать ему надежду, что он будет орудием для обращения всего царства Ассирии, поэтому было очень глупо с его стороны желать себе смерти, раз теперь у него появилась очень хорошая цель, ради которой стоило жить, и без него было трудно обойтись.

[2] Теперь Иона не владел собой, и поэтому это было весьма неподходящее время умирать. Как он осмеливался думать о смерти, раз ему придется предстать перед престолом Божьего суда и фактически в то время он противился Ему? Разве подобное расположение духа подходит для человека, покидающего этот мир? Но те, кто под воздействием страсти желает себе смерти, чаще всего не имеют для этого основания и совсем не готовы для нее. Наша задача — быть готовыми умереть, совершая дело жизни, а затем — вручить себя Богу, чтоб Он взял нашу жизнь, когда и как Ему угодно.

II. Как справедливо Бог упрекает Иону за его страсть, которой он поддался (ст. 4). «Неужели это огорчило тебя так сильно? Неужели ты так сильно огорчился, сделав доброе дело?» — читают некоторые. Неужели ты раскаиваешься в том, что сделал доброе дело? Бог мог справедливо отвергнуть его за нечестивый гнев, завладевший им, мог поймать его на слове и поразить смертью, когда он желал этого; но Он увещевает его, чтобы обличить и привести в лучшее расположение духа. Подобным образом отец блудного сына увещевал своего старшего сына, когда (как в данном случае Иона) тот был недоволен тем, что его брат прощен и принят. Неужели это огорчило тебя так сильно? Посмотрите, как снисходительно Бог разговаривает с этим безрассудным человеком, чтобы научить нас поддерживать духом кротости тех, кто упал, и кротким ответом отвращать гнев. Бог взывает к нему и его совести: «Все ли с тобой хорошо? Ты знаешь, что нет». Мы должны часто задавать себе вопрос: «Нужно ли было говорить или делать это? Могу ли я оправдать свой поступок? Не следует ли взять свои слова обратно, покаянием уничтожить сделанное, словно этого никогда не было?»

Спросите:

(1) «Есть ли у меня основания гневаться?» Когда страсть становится неуправляемой, то ее следует так обуздывать: «Хорошо ли, что мною так быстро овладевает гнев, что я так часто и долго гневаюсь? Стоит ли приходить в ярость и обижать других во гневе оскорбительными словами? Разве хорошо, что я позволяю этим настойчивым страстям овладевать мною?»

(2) «Хорошо ли я поступаю, гневаясь на милость Бога, проявленную к покаявшимся грешникам?» В этом был виновен Иона. Поступаем ли мы правильно, гневаясь на то, что значительно прославляет Бога и распространяет Его царство среди людей — гневаясь на то, чему радуются ангелы и за что Богу воздается огромная благодарность? Мы поступаем неправильно, гневаясь на благодать, в которой сами нуждаемся и без которой погибнем; если бы не было оставлено времени для покаяния, не дана надежда, что в случае покаяния мы получим прощение, то что стало бы с нами? Пусть обращение грешников, которое вызывает радость на небесах, будет и нашей радостью, а не печалью.

Стихи 5-11. Иона продолжал упорствовать в своем недовольстве, ибо начало ссоры с Богом и человеком — как прорыв воды, когда брешь становится шире и шире и страсть поднимает голову; тогда плохое становится еще хуже, и поэтому прежде всего ее нужно заглушить и подавить. В данной ситуации:

I. Иона в угрюмом настроении ожидал гибели Ниневии. Мы можем предположить, что ее жители, поверив принесенному им известию, были готовы оказать гостеприимство его посланнику, проявить свое уважение к нему и пригласить в наилучшие дома и к наилучшим столам города. Но Иона был в плохом настроении, он ответил отказом на их доброжелательство, вел себя с ними невежливо; и были опасения, что это вызовет предубеждение к нему самому и его словам; но так как в глиняные сосуды вкладывается не только сокровище и доверие оказывается людям, подверженным страстям, как мы сами, то если цель достигается, необходимо признать, что явленную преизбыточную силу следует более приписать Богу, а не человеку. Иона удаляется, выходит из города, остается в одиночестве, сидит и молчит, потому что видит, что ниневитяне покаялись и изменились (ст. 5). Возможно, он сказал окружающим, что покинул город из страха погибнуть под его руинами, но на самом деле он пошел, чтоб увидеть, что будет с городом, как Авраам пошел в горы, чтобы посмотреть, что станет с Содомом (Быт 19:27). Подходили к концу сорок дней (или они уже истекли), и Иона надеялся, что если Ниневия и не будет уничтожена, то все равно тот или иной суд обрушится на нее, и этого будет достаточно, чтобы спасти его репутацию; с большим беспокойством он ожидал исхода событий. Он не хотел оставаться в доме, опасаясь, что тот упадет на его голову, а сделал себе кущу из ветвей дерева и сел в ней, хотя и оставался незащищенным от непогоды. Отметьте: очень часто люди, имеющие беспокойный дух, усердно создают Для себя неудобства и, приняв решение жаловаться, всегда находят для этого повод.

II. Бог милостиво заботится о том, чтобы у него было прибежище и подкрепление, в то время как он сам глупо подвергал себя страданиям и продолжал умножать собственные мучения (ст. 6). Иона сидел в своей куще, страдая ночью от холода, а днем — от жары, и в данной ситуации Бог вполне мог сказать: «Ты сам сделал этот выбор, это дело твоих рук, это твое строение, так постарайся извлечь от него наилучшее». Но Бог посмотрел на него с состраданием, как нежная мать смотрит на упрямого ребенка, и облегчил его страдания, творцом которых был он сам из- за своего упрямства. Произрастил Господь Бог растение с широкими листьями, которых было много; оно выросло внезапно над его хижиной, чтобы защищать ее от холода и зноя, чтобы над головою его была тень и чтобы избавить его от огорчения его. Теперь, получив облегчение для своего тела, он мог быть более бдительным к волнениям своего разума, ибо внешние страдания и бедствия часто являются поводом для их появления и возрастания. Посмотрите, как нежен Бог к Своему народу, подверженному страданиям; более того, хотя они глупы и упрямы, Он не старается отметить, в чем они °шибаются. Вначале Бог приготовил большую рыбу (англ. пер.), чтобы спасти Иону и не дать погибнуть в воде, а в данной ситуации произрастил большое растение, чтобы защитить его от непогоды, ибо Он — защитник Своего народа от всякого зла и имеет в своем распоряжении не только животных, но и растения. Он может сделать все необходимое, чтобы они служили Его целям, может заставить быстро расти то, что, согласно законам природы, растет медленно и постепенно. Некоторые полагают, что растение в лучшем случае было слабой защитой, тем не менее Иона весьма обрадовался ему, ибо (1) в то время оно было для него большим утешением. Вещь сама по себе маленькая и незначительная, появившись своевременно, может стать действительно ценным благословением. Растение в правильном месте может сослужить нам большую пользу, чем кедр. Маленькие творения могут быть большим наказанием (как мухи и мошки для фараона) или большим утешением (как это растение для Ионы), соответственно тому, как Богу угодно использовать их (2) Сейчас, пребывая во власти воображения, он уделял ему. большее внимание, чем следовало. Он чрезмерно радовался, гордился и торжествовал, когда оно выросло. Отметьте: люди, которые подвержены влиянию страстей, не только склонны впадать в отчаяние из-за пустяка, препятствующего им, но и испытывать чрезмерную радость из-за пустяка, который угождает им. Иногда маленькая игрушка может успокоить капризного ребенка, как это растение — Иону Но мудрость и благодать хотят научить нас плакать о своих бедах, как не плачущие, и радоваться своим утешениям, как не радующиеся. Мы должны радоваться и благодарить за утешения, получаемые от творений, но не должны чрезмерно торжествовать при этом. Только Бог может быть нашей радостью (Пс 42:4).

III. Иона внезапно лишается защиты, которую Бог создал для облегчения его страданий, и возвращается к своей беде (ст. 7,8). Бог, даровавший ему утешение, также позаботился о страдании для него со стороны того, что было утешением; это страдание не пришло случайно, а согласно божественному указу и повелению 1. Бог приготовил червя, чтобы тот уничтожил растение. Давший растение забрал его, и в обоих случаях Иона должен был благословить Его имя; но так как, получив утешение от растения, он не прославил за это Бога, то Бог вполне справедливо лишил его пользы от него. Посмотрите, что из себя представляют утешения от творений и чего нам следует ожидать от них: они — растения, имеющие свой корень в земле, и являются слабой защитой по сравнению со скалой веков, они подвержены высыханию, теряют свои качества при использовании, и мы очень скоро лишаемся радости, доставляемой ими. Растение высохло на следующий день, после того как выросло; так и наши утешения выходят, как цветок, и вскоре опадают. Когда мы особенно радуемся и многого ожидаем от них, то быстро разочаровываемся. Маленькая вещь иссушает их; маленький червь в корне может уничтожить большое растение. Нечто невидимое и непонятное совершает это. Наши растения высыхают, и мы не знаем, из-за чего это произошло. Возможно, первым высыхает то, чему мы чрезмерно радовались; самым незащищенным оказывается то, что дороже всего для нас. Бог не послал ангела вырвать растение Ионы, а послал червя, чтобы тот поразил его; оно продолжало стоять там, где выросло, но было бесполезным. Так и утешения, получаемые от творений, могут продолжать существовать, но для нас быть наполненными горечью; творение осталось, но утешение исчезло, а его остатки, или, скорее, руины, лишь обличают нас в собственном безрассудстве, когда мы чрезмерно радовались ему.

2. Навел Бог знойный восточный ветер, чтобы Иона почувствовал потребность в растении (ст. 8). Это был знойный восточный ветер, который направлял жар восходящего солнца на голову Ионы. Этот ветер не действовал, как опахало, которое ослабляет жар, а как мехи, делающие его более интенсивным. Так бедный Иона остался незащищенным для солнца и ветра.

IV. Это событие еще больше расстроило Иону (ст. 8): «Он изнемог и просил себе смерти». «Если растение погибло, если оно умерло, то убей и меня вместе с этим растением». Глуп человек, который думает, что его жизнь связана с жизнью сорняка! Отметьте: вполне справедливо любящие жаловаться никогда не остаются без повода для жалоб, чтобы их безрассудство было явлено и исправлено и, если возможно, исцелено. И посмотрите, что страсти, доходящие до крайности в проявлении одних чувств, часто доходят до крайности в проявлении противоположных чувств. Иона, чрезмерно радовавшийся, когда растение выросло, смертельно скорбит, когда оно высохло. Необузданные чувства прокладывают путь для чрезмерных страданий; то, чему мы чрезмерно радуемся, обладая им, вызывает чрезмерную скорбь, коїла теряем его, и н обеих ситуациях мы можем увидеть собственное безрассудство,

V. Бог упрекает его за это; Он вновь увещевает его (ст. 9): «Неужели так сильно огорчился ты за растение?» Отметьте: нам не приличествует огорчаться из-за высохшего растения. Когда провидения лишают нас близких, имущества и радостей, то мы должны терпеливо нести эти страдания и не гневаться на Бога за растение. Потеря тени — сравнительно небольшая потеря; это вся польза от него, которую мы имели. Это было растение, подверженное высыханию; мы должны быть готовы к тому, что оно высохнет. Огорчение по поводу его высыхания не оживит его; мы сами скоро высохнем, как оно. Если одно растение высыхает, то на его месте может появиться другое; но наше недовольство по этому поводу особенно может заглушить осознание того, что даже если наше растение покинет нас, то наш Бог никогда не оставит нас, а в Нем присутствует достаточно всего, чтобы восполнить все наши потери.

Поэтому давайте признаем, что поступаем плохо, очень плохо, когда огорчаемся за растение; и давайте успокаивать себя, как дитя, отнятое от груди матери.

VI. Пророк оправдывает свою страсть и недовольство, и его оправдание звучит довольно странно (ст. 9). Он говорит: «Я очень огорчился, даже до смерти». Нехорошо, когда человек говорит неправильно, но если это сказано в спешке, если сказанные неправильные слова он сразу аннулирует и берет обратно, то это можно оправдать; но говорить неверно и придерживаться неправильных высказываний, несомненно, очень плохо. Так в данной ситуации поступил Иона, хотя сам Бог порицал его за это и, взывая к его совести, ожидал, что тот осудит себя. Посмотрите, какими жестокими бывают неуправляемые страсти; и если мы будем прилагать усилия, чтобы обуздать этих рыкающих львов и скитающихся медведей, то значительно посодействуем своим интересам. Грех и смерть — две очень пугающие вещи, но Иона в пылу страсти легкомысленно отнесся к ним.

1. Он так мало уважал Бога, что открыто оскорбил Его власть и сказал, что поступал правильно, в то время как Бог сказал, что это нехорошо. Страсть часто берет верх над совестью и заставляет ее выносить неверные решения, когда к ней обращаются, как в данном случае — Иона.

2. Он так мало уважал себя, что был готов расстаться с жизнью, и считал, что ему позволено потакать своей страсти, доводить своим недовольством себя до смерти и убивать себя. Мы читаем о том, что глупца убивает гневливость, и несмысленного губит раздражительность (Иов 5:2), что глупыми и несмысленными безусловно являются те, которые перерезают себе глотку своими страстями, огорчением доводят себя до истощения и других слабостей и своими невоздержанными страстями доводят до лихорадки.

VII. Эти слова используются для обличения пророка в том, что он поступил плохо, когда роптал на Бога, пощадившего Ниневию. Бог осуждает его от его уст, и у нас есть основания полагать, что Ему удалось убедить пророка, ибо Иона не отвечает и (мы надеемся) возвращается к здравому рассудку, восстанавливает самообладание, хотя ранее не мог держать себя в руках, и все становится на свои места.

1. Давайте посмотрим, как Бог спорил с ним (ст. 10,11): «Ты сожалеешь о растении, тебе жалко его (дословно);

ты делал все, что мог, и был готов сделать больше, чтобы оно не умерло; ты сказал: «Как жаль, что это растение высохло!» Ток Мне ли не пожалеть Ниневию? Разве не должен был Я пожалеть этот город, как ты пожалел растение, и отменить землетрясение, которое разрушило бы его, как ты хотел запретить червю поразить растение?

Подумай, (1) растение, которое ты пожалел, всего одно, а жителей Ниневии, которую Я пощадил, много». Это великий, густонаселенный город, что следует из количества младенцев, которым было; менее двух лет. В Ниневии проживало 1240 детей, которые, согласно своим умственным способностям, не могли отличить правой руки от левой. На этот факт обращается внимание, ибо возраст младенцев обычно считают возрастом невинности. Именно столько в Ниневии находилось человек, которые не были виновны в каких-либо реальных преступлениях и, следовательно, не внесли свой вклад в общую вину; тем не менее, если бы Ниневия была разрушена, то все они пострадали бы от общего бедствия, обрушившегося на город. Поэтому Бог говорит: «Мне ли не пожалеть Ниневии, взирая на них?» Бог с нежностью относится к маленьким детям, Он готов пожалеть их и помочь им; более того, в данной ситуации ради них был спасен целый город, и это может ободрить родителей приносить Богу своих детей верой и молитвой, ибо хотя они еще не могут послужить Ему (так как не умеют отличить правой руки от левой, добро и зло, грех и долг), но могут быть сопричастниками Его милостей и обрести спасение. Великий Спаситель проявил особую милость к детям, которые были приведены к Нему, когда, обняв их, возложил руки на них и благословил их. Более того, Бог обратил внимание на множество скота, в то время находившегося в Ниневии, и у Него было больше оснований пожалеть и пощадить его, чем у Ионы было оснований жалеть и оберегать растение, ибо жизнь животного более ценна, чем растения.

(2) Растение, о котором переживал Иона, не принадлежало ему; он не трудился, чтобы получить или вырастить его, а жители Ниневии, которых пожалел Бог, были делом Его рук\ Он был Творцом их жизни, хранил их жизни, насадил и вырастил их; Он создал их такими, каким они были, они принадлежали Ему; у Него было больше оснований пожалеть их, ибо Он не презирает дело рук Своих (Иов 10:3). Подобные возражения выдвигает против Бога Иов (Иов 10:8,9): «Твои руки трудились надо мною и образовали всего меня кругом; Ты, как глину, обделал меня, — и Ты губишь меня? Так неужели Ты в прах обращаешь меня?» Подобным образом здесь он убеждает сам себя.

(3) Растение, из-за которого огорчился Иона, выросло внезапно, и поэтому было менее ценным; дно выросло в одну ночь, было сыном одной ночи (дословно), а Ниневия была древним городом, стоявшим на протяжении многих веков, и поэтому от него было нелегко отказаться. «Люди, которых Я пощадил, росли много лет; они не выросли так быстро, как растение; так разве не должен был Я пожалеть тех, которые много лет находились под защитой Моего провидения и были Моими арендаторами?»

(4) Растение, из-за которого Иона огорчился, в одну же ночь пропало; оно высохло и ему пришел конец; а драгоценные души ниневитян, которые Пожалел Бог, не были такими недолговечными, а были вечными, и поэтому о них нужно было нежно и тщательно заботиться. Одна душа более ценна, чем весь мир, и все богатства мира не возместят ее потерю; воистину, одна душа более ценна, чем много растений или много воробьев. Так считает Бог, и так должны считать мы, и поэтому больше заботиться о сынах человеческих, чем о каких-либо нижних тварях, должны больше заботиться о своих собственных и драгоценных душах других людей, чем о богатствах и удовольствиях этого мира.

2. Из всего этого мы можем познать, (1) что хотя Бог может допустить, чтобы Его народ согрешил, но Он никогда не позволит, чтобы тот оставался в грехе, а предпримет эффективные меры, дабы показать ему его ошибку, а он пришел в себя и вернулся к благоразумию. У нас есть основания надеяться, что после всего этого Иона смирился с тем фактом, что Бог пощадил Ниневию, и впоследствии так же радовался этому, как ранее огорчался по этому поводу.

(2) Что Бог оправдает Себя и методы Своей благодати, которыми Он воздействует на покаявшихся, обратившихся грешников, равно как и Свою справедливость в отношении тех, кто упорствует в своем противлении. Хотя находятся люди, которые ропщут, недовольные милостью Бога, так как не понимают ее (ибо Его мысли и пути так же выше наших, как небо выше земли), тем не менее Он сделает очевидным, что при этом действует так же, как действовал всегда, и будет праведен в приговоре Своем. Посмотрите, какие усилия Он прилагает, чтобы убедить Иону в том, что Ниневия заслуживает того, чтобы ее пощадить. Иона сказал : «Я прав в том, что огорчаюсь», но он не мог доказать этого; а Бог говорит: «Я прав, оказывая милость» и доказывает это. Для бедных грешников великим ободрением является надежда, что они обретут милость у Бога, что Он готов оправдать себя, когда оказывает милость и радуется, видя тех, кого Он сделал монументом Своей милости, вопреки тем, кто недоволен Его благостью. Подобные ропотники будут вынуждены разобраться с этой доктриной и согласиться с тем, что как бы ограничены ни были их души и их принципы, как бы они ни желали монополизировать божественную благодать для себя и подобных себе, но есть один Господь над всем, богатый милостью для всякого, кто призовет Его имя: для всякого народа, не только для Израиля, но и для Ниневии; что во всяком народе боящийся Его и поступающий по правде приятен Ему; что покаявшийся и обратившийся от своих злых путей обретет у Него милость.


Глава 4 из 4« Первая«234