II. Иисус и первое поколение

2. Иисус призывает учеников

Евангелие от Иоанна, 1:19-51

Автор четвертого Евангелия знает, что биография Иисуса уходит корнями в вечность (1:1) и что земля не сможет вместить всех книг, которые могли бы быть написаны о Его деятельности (21:25). Таким образом, Иоанн пожелал представить нашему вниманию ряд отдельных событий в жизни Иисуса (20:30, 31). Включены только те случаи, которые служат его богословскому замыслу. В связи с этим некоторые эпизоды из жизни Христа опущены. В Евангелии от Иоанна, как и в Евангелии от Марка, например, нет описания младенчества и детства Иисуса. В Иоанна 1:19-51 автор переходит сразу к началу общественного служения Иисуса.

Углубление в Слово

Евангелие от Иоанна, 1:19-51

1.Внимательно дважды прочитайте Ин. 1:19-51, а затем ответьте на следующие вопросы:

1.Отрывок описывает события, которые происходили на протяжении четырех отдельных дней. Перечислите тексты, в которых обозначен переход от одного дня к другому. Попытайтесь сделать план отрывка, имея в виду эти отдельные дни.

2.Сравните этот отрывок с материалом об Иоанне Крестителе в прологе (1:6-8, 15). Составьте список похожих выражений и идей.

3.Перечислите вопросы, заданные священниками, левитами и фарисеями в 1:19-28. Исходя из этих вопросов, что можно сказать о причинах, по которым эти люди были посланы к Крестителю?

4.Опишите миссию Иоанна Крестителя, согласно текстам в 1:19-36; 3:22-30; 5:37. Сравните сказанное в четвертом Евангелии относительно этой миссии с Мф. 3:1-17; 11:2- 19; Мк. 1:2-11; 6:14-29; Лк. 1-3; 7:17-35. В чем сходство и в чем различия? На основании

четырех Евангелий составьте краткий список тех задач, которые должен был выполнить Иоанн. Выделите уникальные аспекты роли Иоанна Крестителя, изложенные в четвертом Евангелии.

5.Какой смысл Креститель вкладывал в выражение «Агнец Божий»? Соберите как можно больше ветхозаветных текстов, где употреблено слово «агнец» (пользуйтесь симфонией). Сгруппируйте найденные тексты по темам (Пасха, святилище, сельское хозяйство, пророчества

и т. д.). Какие из тем ближе всего подходят к использованию слова Крестителем в Ин. 1:29?

6.В 1:35—51 за Иисусом последовало пятеро людей. Опишите обстоятельства каждой встречи. Особо обратите внимание на то, как Иисус встречал еще одного нового ученика. Что знал об Иисусе каждый ученик, когда принимал решение следовать за Ним?

Исследование Слова

Структура отрывка

Материал в 1:19-51 разделен указаниями на периоды времени (1:29,35,43 — «на другой день»). Поэтому события, описанные и главе, происходили последовательно на протяжении четырех

дней. Повествование начинается с того дня, когда на основе ответов Иоанна Крестителя посланными из Иерусалима выясняется его миссия (1:19-28). Наше внимание сосредоточено не столько на том, кем является Иоанн Креститель, сколько на том, кем он не является. На второй день Иоанн указывает толпе на Иисуса и кратко описывает Его миссию (1:29-34). На третий день Иоанн побуждает двух учеников оставить его и следовать за Иисусом (1:35-37). Проведя остаток дня и вечер с этими двумя учениками и, возможно, с Петром (1:38-42), Иисус на следующий день встречает Филиппа и Нафанаила

(1:43-51).

Другой поразительной структурной особенностью этого отрывка является связь с теми частями пролога, которые говорят о роли Иоанна Крестителя. В основе повествования Ин. 1:19-51 лежат следующие краткие комментарии пролога о Крестителе:

7а = 19-50 Свидетельство Иоанна

= 19-28

Иоанн не является «Светом»

7б,8б = 29-34

Иоанн свидетельствует о «Свете»

= 35-50

Некоторые верят свидетельству Иоанна

15 = 30 «Идущий за мной…»

Согласно прологу, есть два важных факта, которые читателю необходимо знать об Иоанне Крестителе: первый — он не является «Светом»; и второй — его миссия заключается в том, чтобы свидетельствовать о Свете (1:6-8). Креститель свидетельствует об Иисусе сначала в беседе с иудейскими руководителями, затем перед народом и, наконец, перед своими учениками (1:19-37). Когда читатель знакомится с первой главой Евангелия, ему становится ясно, что Иисус — это «Свет», на который указывалось в прологе, а Креститель им не является.

Фон отрывка

Роль Крестителя

Самое трудное высказывание, которое только может произнести человек: «Ему должно расти, а мне умаляться» (3:30).

1. Такoe выражение идет вразрез с человеческой природой. Тем не менее в четвертом Евангелии Креститель, по всей видимости, постоянно высказывает подобные мысли (1:27; 30). Вы не найдете подобных высказываний в Евангелиях от Матфея, Марка и Луки, там Креститель — великая и героическая фигура. Почему же в четвертом Евангелии так подчеркивается его смирение? Краткое исследование Писания и истории оказывается интересным.

В Евангелиях от Матфея, Марка и Луки Креститель описан как

«глас… вопиющего в пустыне» (Ис. 40:3, см. также Мф. 3:3; Mк. 1:3; Лк. 3:4), Илия последнего времени (Мал. 4:5, см. также Мф 11:14; 17:12; Мк. 9:13; Лк. 1:17; 9:19) и вестник, который идет перед Господом (Мал. 3:1; см. также Мф. 11:10; Мк. 1:2; Пк 7:27). С другой стороны, в четвертом Евангелии Креститель определенно отрицает, что он Илия, и характеризует себя только как «глас» (1:21-23). Поэтому четвертое Евангелие сводит до минимума титулы Иоанна и умножает титулы Иисуса (1:1, 8, III 29, 38, 41, 49, 51 и т. д.). Иоанн

описывает себя в терминах, выражающих максимальное смирение:

«Я недостоин развязать у него ремень обуви» (см. 1:27); «Ему…

расти, а мне умаляться» (3:30).

С нашей точки зрения, смирение Иоанна в четвертом Евангелии является ярким примером идеального христианского отклика на вечное смирение Иисуса, проявившееся в Его воплощении и на

Кресте. Но, описывая смирение Крестителя, автор евангельского повествования, возможно, преследовал другую цель.

У современных читателей Евангелия от Иоанна может сложиться впечатление, что Иоанн Креститель возник из ниоткуда, крестил Иисуса и затем исчез, так что его больше никто не видел и не слышал. Однако история свидетельствует, что Креститель и его последователи, по всей видимости, существовали вполне

независимо от Иисуса. Лишь немногие из учеников Крестителя действительно оставили его и последовали за Иисусом, по крайней мере, вначале (1:35-51; Мф. 11:2, 3). Креститель продолжал служение и привлекал толпы некоторое время после крещения Иисуса (3:22-30). В Книге Деяния святых Апостолов повествования об Аполлосе из Александрии (18:24-26) и о двенадцати ефесянах (19:1-7) свидетельствуют о независимом существовании движения Крестителя. Даже сегодня на юге Ирака есть маленькая группа людей, которые связывают свое духовное наследие со служением Иоанна Крестителя более, чем с Иисусом или Магометом.

Многих привлекала личность Креститель в пустыне, поэтому они не присоединились к Иисусу, но продолжали следовать за Иоанном (см. Браун, т. 1, с. 68-70). Возможно, после написания Евангелий от Матфея, Марка и Луки, но до того, как было написано четвертое Евангелие, движение Крестителя становилось все более враждебно христианству. Поскольку сам Креститель погиб мученической смертью, вовлекшись в политику, движение могло объединиться с зелотами и другими революционерами во время войны с Римом (67-

70 гг. н.э; описание этой войны см. Е. Уайт. «Великая борьба», 17-

36). Как и большинство палестинских иудеев того времени, последователи Крестителя, вероятно, враждебно встречали

нежелание христиан-иудеев объединиться с ними в борьбе против Рима.

Для тех, кто знает евангельскую историю, сложно поверить в то, что какие-то последователи Крестителя не смогли увидеть превосходство Иисуса. Но есть исторические и богословские причины, объясняющие, почему многие не могли понять Христа. Во-первых, существовал взгляд, не чуждый многим и сейчас, что когда дело касается богословия, то более древнее обычно лучше нового (Иисус, например, обращается к этому принципу в Мф. 19:3-9). Следует предпочитать «старую стезю». Исходя из того, что Креститель появился прежде Иисуса, многие иудеи заключили, что Креститель более величествен, чем Иисус.

Еще одна причина, почему Креститель мог почитаться больше Иисуса, заключается в том, что иудейское предание того времени говорило о том, что в последние дни будет не один, а два Мессии — Мессия из колена Иудина и Мессия из колена Левина (Расселл, с.

304-323). Мессия из колена Иудина будет Мессией-царем, в то время как Мессия из колена Левина будет Мессией-священником. В Ветхом Завете и цари, и священники были помазанниками (Лев. 8:1-13; 1 Цар. 1:28-40 и т. д.). 11оэтому в некоторых кругах росло ожидание, что Мессия (евр. «помазанник) не может быть одной личностью, для этого требуются как минимум две. Когда Иоанн Креститель (из колена Левина) и Иисус (из колена Иудина) появились вместе, неудивительно, что люди посчитали это предание исполнившимся в них обоих.

В отличие от современных людей, которые считают, что мир политический превозносится над миром религиозным, авторы свитков Мертвого моря считали священника более великим, чем царь, а религиозную сферу более значимой, чем политическая. Так или иначе, первосвященник Аарон выполнял свои обязанности за сотни лет до того, как в Израиле появился первый царь. Что древнее, то — лучше! И дело не только в этом, но именно священник помазывал царя, а не наоборот! Древний Израиль был теократическим государством («управляемым Богом»), и Бог обитал в храме, а не в царском дворце.

Какие аргументы могли христиане первого века противопоставить богословию Крестителя? Прежде всего, они указывали на то, что в Личности Иисуса воплотился как царь (Евангелия от Матфея, Марка

и Луки — «царство Божье»), так и священник (Послание к Евреям). Ветхозаветным предшественником такого царя-священника был Мелхиседек и в некотором роде, возможно, Моисей, который исполнял и священническую, и царскую обязанности (Быт. 14:18-20: Исх. 24:3-8). Христиане могли также настаивать на том, что данное ранее откровение необязательно является лучшим, поскольку настоящее откровение во Христе превосходит прежнее откровение

(Ин. 1:17; см. также Евр. 1:1-3).

Но в 1:19—51 автор четвертого Евангелия подходит к вопросу не с этих позиций. Напротив, в этом Евангелии он стремится объяснить, почему Креститель выходит на сцену прежде Иисуса.

Креститель появился прежде Иисуса не потому, что он был более велик, а потому, что его делом было представить Иисуса народу. Это могло произойти только в том случае, если он придет первым. Более древнее — необязательно лучшее. Креститель был предшественником, а не реальным Мессией. Будучи на небе, Иисус существовал задолго до Крестителя. Евангелист Иоанн заявляет, что те, кто считают Крестителя более великим, нежели Иисус, не верят свидетельству самого Крестителя.

Агнец Божий

Следующий вопрос, который имеет отношение к фону написания Ин. 1:19-51, заключается в том, что именно имел в виду Иоанн, когда указывал на Иисуса как на «Агнца Божьего», Который устранит грехи мира (1:29). Иудаизм как фон, на котором писалось Евангелие, предлагает ряд трактовок (см. Браун, т. 1, с. 58-63). Креститель мог ссылаться на идею апокалиптического агнца-победителя, о котором мы читаем в Книге Откровение 5:6 (см. Откр. 7:17; 17:14) и неканонической книге «Завет Иосифа» (Charlrsworth, т. 1, с. 824). В этом случае он видел бы в Иисусе побеждающего Мессию, который «берет… грех», уничтожая грех и грешников в конце времен. Другая трактовка заключается в том, что это — ссылка на пасхального агнца

Исхода. В этом случае Креститель увидел бы в Иисусе нового Моисея, искупителя нового Израиля из нового Египта.

Третья трактовка — это покорный агнец из 53-й главы Книги Исаии, прообразом которого был самоотверженный Исаак в Быт. 22:10-13. Если Креститель исходил из этого, то имелись бы в виду характер и заместительная жертва Иисуса. Четвертая трактовка — это агнец, которого приносили в жертву во святилище по закону Моисея (Исх. 29:38-42; Лев 5:5-7; Чис. 28:1-8). В этом случае внимание сосредоточивается на том, что Иисус исполнит все, что ветхозаветное святилище обещало верующему.

В Евангелии от Иоанна до известной степени каждая из этих трактовок возможна. Поэтому можно допустить, что термин Агнец Божий намеренно многозначен, чтобы вызвать у читателя нее это множество образов. Если же одной из трактовок необходимо отдать предпочтение, то, по всей видимости, это будет вторая, поскольку для автора Евангелия наиболее важен пасхальный агнец. В Евангелии присутствует явственное ощущение того, что Иисус — это новый Моисей. Он превращает воду в вино, как Моисей превратил воду в кровь, и Он предлагает небесный хлеб, как Моисей дал манну в пустыне (2:1-11; 6:14, 31; Втор. 18:15, 18). Ин. 19:31-37 со всей ясностью связывает смерть Иисуса на кресте с предписаниями в отношении пасхального агнца (см. Исх. 12:46; Чис. 9:12; Нихоль, т. 5,

с. 908).

Сорок дней в пустыне

В Евангелиях от Матфея, Марка и Луки Иисус идет в пустыню на сорок дней сразу же после Своего крещения и до призвания учеников в Галилее (Мф. 3:13-4:22; Мк. 1:9—20; Лк. 3:31-5:11). В

Евангелии от Иоанна, как мы видели, есть ссылка на крещение Иисуса, за которым через несколько недель последовало приглашение пяти учеников и первое чудо Иисуса на свадьбе в Кане (2:1). Почему не упомянуты сорок дней пребывания Иисуса и пустыне? Разве автор Евангелия о них не знает? Петр и Андрей были призваны у Иордана (1:28, 35-42) или в Галилее (Мф. 4:18-22; Мк.

1:14-20; Лк. 5:1 -11)?

Лучшее объяснение относительно сорока дней таково: в Ин. 1:29-34 не говорится о крещении Иисуса, но дается, скорее, объяснение Крестителем значения этого крещения; объяснение вызвано вторичным появлением Иисуса после сорока дней. Согласно такому пониманию, Матфей, Марк и Лука описывают фактическое крещение Иисуса и последующее за этим событием искушение в пустыне. Ничего из этого мы не встречаем в четвертом Евангелии. Четвертое Евангелие начинает повествование с момента возвращения Иисуса из пустыни и описывает последующую встречу между Иисусом и Крестителем, призвание нескольких учеников поблизости от Иордана

и свадьбу и Кане, ничего из вышеперечисленных событий нет в Евангелиях от Матфея, Марка или Луки (см. Е. Уайт. «Желание веков», с.136,137).

Двойное призвание — у Иордана и у Галилейского моря — возможно, объясняется тем, что в течение года или двух ученики посвящали служению лишь часть времени, а после призвания в Галилее они оставили рыбный промысел и посвятили полностью все время служению с Иисусом (обратите внимание на слова: «И они тотчас, оставив сети, последовали за Ним» (Мф. 4:20; Мк. 1:18). Восклицание Петра: «Выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный!» — может даже подразумевать, что некоторые из учеников какое-то время изменили своему первоначальному призванию при Иордане (Лк. 5:8; см. также Е. Уайт. «Желание веков», с. 246-249).

Детальное исследование отрывка

В Ин. 1:19-51 Креститель сталкивается с двумя допросами: один — от «священников и левитов», посланных «от иудеев из Иерусалима» (1:19-23); и второй — от фарисеев (1:24-28), предположительно тоже посланных «иудеями». В четвертом Евангелии часто используется термин «иудеи» не для того, чтобы обозначить народ в целом (о нем обычно говорится как о «толпе» — 6:22, 24 и т. д.), но для указания на класс вождей — первосвященников и мыслящую элиту Иерусалима (2:18; 20, и т. д.). В 1:19-23 эти посланцы озабочены желанием выяснить, является ли Креститель Мессией.

Когда Креститель говорит, что он не «Мессия» (1:20 — слово

«Христос» является греческим эквивалентом еврейского термина

«Мессия»), они спрашивают, не является ли Он Илией или пророком (Мал. 4:5, 6; Втор. 18:15-18). И хотя Крестителя можно было бы назвать Илией (Мф. 11:11-14), тем не менее в Ин. 1:20, 21 отрицается всякий намек на то, что он Мессия, как его ни назови. Только Один заслуживает этого титула. В этом Евангелии Креститель довольствуется тем, что он — «голос… в пустыне», который готовит путь для Другого (1:23). Подобно тому, как при строительстве скоростных автомобильных дорог выравниваются возвышенности и поднимаются низины, так путь Мессии должен быть приготовлен смирением гордости и возвышением духовного состояния народа на должный уровень.

Затем фарисеи спрашивают Крестителя о праве проводить радикальные религиозные изменения, если он и в самом деле не Мессия (1:25). Хотя обращенные из язычников часто крестились во времена Крестителя, крещение верующих иудеев было необычным явлением (имеются свидетельства, что, например, авторы свитков Мертвого моря могли практиковать некую форму крещения верующих; см. Фридман, т. 1, с. 583, 584). Настаивать на необходимости крещения иудеев было радикальным поступком со стороны Иоанна Крестителя, подразумевающим какое-то несовершенство их веры. Ожидалось, что Мессия произведет великие изменения, но какое право имел Креститель па проведение изменений, если он не Мессия? Он ответил, что крестит водой и делает это как человек очень незначительный по сравнению с Тем, Кто должен прийти.

По всей видимости, крещение Иисуса не было особым событием. Когда Креститель отвечал на вопросы спустя сорок дней после крещения Иисуса, Сам Иисус мог стоять в толпе до сих пор не признанным (1:26; см. также Уайт. «Желание исков», с. 137). Но это должно было скоро измениться. Идущий зa Иоанном Крестителем должен быть настолько велик, что Иоанн заявил о собственном недостоинстве развязать ремень Его сандалий (1:27).

Иоанн Креститель жил во времена учителей. Популярные учителя пользовались таким уважением, что ученики, если можно так выразиться, должны были по первому требованию выполнять для

них любую работу. Но в этом «рабстве» были ограничения. Чтобы сохранить достоинство ученика в той культуре, ему было запрещено выполнять один вид работы. От ученика нельзя было требовать завязывать или развязывать тесемки сандалий его учителя.

Таким образом, в утверждении Крестителя (1:27) мы видим его безмерное смирение. Сравнивая себя с Иисусом, он считает себя недостойным выполнить даже эту, единственную запрещенную для учеников того времени работу. Иисус настолько велик, что развязать ремень его сандалий, по мнению Иоанна, было бы большей честью, чем он заслуживал. Читатели пролога, конечно же, вполне осознают, в силу чего уместно подобное смирение перед лицом Иисуса (1:1-5).

Величие Иисуса заключается в том, что Он существовал прежде Крестителя. Роль Крестителя не в том, чтобы свидетельствовать о собственном величии, а в том, чтобы указать, Кем является Иисус. И даже в этом для Крестителя нет славы. Он не сам узнал Иисуса. Сверхъестественное действие Бога помогло ему понять, Кто есть Иисус. Каждая часть этого повествования предназначена возвысить Иисуса в противоположность заявлениям, которые могли делать некоторые люди о Крестителе.

Но, хотя в Евангелии от Иоанна Крестителю отводится весьма скромная роль, она, тем не менее, в высшей степени важна. Именно Креститель начинает обращать учеников к Иисусу (1:35—37; 3:26, 30). Одного из этих двух учеников звали Андрей, брат Петра, а второй не назван. Поскольку все другие ученики Иисуса, задействованные в этом эпизоде, названы по именам, легко отождествить этого неназванного ученика с таинственным учеником, которого любил Иисус (13:23 и т. д.), написавшим это Евангелие. Если первые читатели действительно понимали, что этот неназванный ученик, упомянутый с 35-го по 42-й тексты, — автор книги, то это Евангелие могло бы расцениваться в основном как обращение к последователям Крестителя: «Креститель хотел бы, чтобы вы сделали то, что сделал я: следуйте за Иисусом!»

С 43-го по 51-й тексты внимание обращается к двум новым ученикам Иисуса — Филиппу и Нафанаилу. Филипп играет видную роль только в четвертом Евангелии (1:43-46; 6:5-7; 12:21, 22; 14:8-10). В этом

отрывке его роль сводится к тому, чтобы привести к Иисусу Нафанаила простыми словами: «Пойди и посмотри!» (1:46). Эта тема широко развита в Евангелии. Никодим, самарянка, слепорожденный из 9-й главы и Фома — все должны увидеть Иисуса, чтобы поверить.

В результате читатель испытывает удивление от того, что вечное блаженство предназначено для тех, кто не видел (20:29).

Нафанаил, будучи честным человеком, относится к приглашению Филиппа с известной долей скептицизма: «Из Назарета может ли быть что доброе?» (1:46). У этой реплики есть предыстория.

Нафанаил родом из галилейского города Каны (21:2). Хотя точное местонахождение Каны неизвестно (для справки по наиболее вероятным вариантам см. Фридман, т. 1, с. 827), Кана и Назарет были, вероятно, городами-близнецами и находились приблизительно в километре друг от друга.

В Галилее было три типа поселений: языческие города, подобные Сепфорису, Иотапате и Тивериаде (нет ни одного упоминания, что Иисус посещал их); небольшие иудейские города, где строго чтили иудейские законы и обычаи; и небольшие иудейские города, где люди небрежно относилось к иудаизму. Из реплики Нафанаила можно заключить, что Кана была одним из консервативных городов, а Назарет одним из городов, где иудаизм не принимался особо в расчет.

Знание Иисуса о том, что происходит в глубине души каждого человека, — одна из Его характеристик, неоднократно освещаемая в Евангелии. Он уже продемонстрировал осведомленность о характере одного незнакомца, дав ему вместо прежнего имени «Симон» прозвище «Каменный» (значение греческого имени «Петр» — 1:42).

В этом повествовании Иисус дважды являет всеведение, — и в отношении Нафанаила тоже. Он заявляет, что Нафанаил — «истинный Израильтянин», который будет видеть ни слов Божьих, восходящих и нисходящих по небесной лестнице, как первый израильтянин — Иаков. Затем Он подтверждает свою осведомленность относительно жизни Нафанаила, сказав ему о том, что он делал накануне встречи с Филиппом. Когда Нафанаил начинает понимать, Кто это говорит с ним, он признает

Иисуса и Сыном Божьим, и царем Израиля.

Однако у Нафанаила и Иакова есть два важных различия. Первый

израильтянин был лживым (Быт. 27:35), но Нафанаил лишен

лживости (Ин. 1:47). Первый израильтянин в видении видел Яхве на

вершине небесной лестницы (Быт. 28: 12. 13), в то время как

Нафанаил должен был увидеть Иисуса у подножия этой лестницы

(Ин. 1:51). Поэтому в Евангелии от Иоанна верный израильтянин —

это не тот, кто может проследить и доказать физическое родство с

Иаковом. Истинный израильтянин тот, кто знает, Кто такой Иисус, и

верит в Него. Яхве, Который находился наверху небесной лестницы,

сошел вниз на землю; Его узнают те, у кого есть глаза, чтобы видеть.

Основные темы отрывка

Свидетельство

Ключевой темой с 19-го по 51-й тексты является свидетельство. В первой части отрывка Креститель свидетельствует об Иисусе. К концу отрывка ученики Иисуса: Андрей, Филипп и, наконец, Нафанаил тоже начинают свидетельствовать о Нем. Таким образом,

в этом отрывке мы видим переход от свидетельства Крестителя к свидетельству учеников Иисуса. Из последующих свидетельств явствует, что сила Евангелия продолжает изменять жизни сегодня. Фактически единственное свидетельство, которое имеет смысл, — это свидетельство об Иисусе. Рассказывать другим о субботе, о пророчествах, о святилище или о состоянии умерших — не значит свидетельствовать, если эти доктрины не помогают яснее понять Иисуса.

Тема свидетельства с новой силой возникает вновь в 5:31- 47. Там свидетельства Небесного Отца, Иоанна Крестителя, Писаний и Моисея сливаются воедино, подтверждая, что все слова Иисуса о Себе истинны. «Свидетельство об Иисусе» является также основной темой Книги Откровения (Откр. 1:2, 9; 12:17; 19:10 и т.д.), где и церкви призваны свидетельствовать (2:13; 6:9-11; 12:11). На протяжении всего четвертого Евангелия мы обнаруживаем, что характер Иисуса и Его статус предстают пред судом читателей. Свидетельство за свидетельством подтверждает сказанное в прологе, в то время как разные герои Евангелия от Иоанна ставят

под вопрос и отвергают эти свидетельства вплоть до момента, когда Иисус подвергается окончательному суду. Как герои повествования и

в итоге читатели Евангелия откликнутся на эти свидетельства? Будет Иисус принят или отвержен?

Нельзя легкомысленно относиться к этому вопросу. Ин. 12:47-50 представляет ироническую инверсию темы суда и свидетельства. На суде в последний день те же самые слова свидетельства, которые призывают читателя Евангелия поверить в Иисуса, обернутся свидетельством против тех, кто Его отверг (т. 48). Хотя на первый взгляд кажется, что в четвертом Евангелии на суд вынесены Личность Иисуса и Его природа, и конечном счете сами читатели Евангелия оказываются на суде. Когда читатели произносят приговор Иисусу, они фактически произносят приговор себе.

Уроки, извлеченные из движения Иоанна Крестителя

Можно извлечь важные уроки из существования «движения Крестителя» в I веке и после него. Вне сомнений, Креститель был назначен Богом совершать небесную миссию. Именно Бог воздвиг и его, и его движение. Но даже несмотря на то, что Бог участвовал в основании движения, это же самое движение может позже работать против Бога и против Его истинного народа. Неважно, насколько близкими могут быть наши отношения с Богом, мы постоянно нуждаемся в смирении и самоанализе. В силу моральной слабости и греховности личное и корпоративное отступничество постоянно угрожают духовной жизнеспособности. Хотя движение постоянно развивается во свете Божьего откровения, в нем будет проявляться тенденция ослабления верности. Жизнь в постоянном самоисследовании и покаянии — единственный безопасный курс.

Значение крещения

В Новом Завете много текстов, которые упоминают о крещении или объясняют его. Ин. 1:29-34 не касается ни одного аспекта крещения. Согласно этому отрывку, цель крещения Иисуса — открыть Израилю, Кто Он такой. Именно в крещении происходит Его утверждение как Мессии. С христианами дело обстоит точно так же. Через крещение определяется их индивидуальность. В крещении христиане

отождествляются с Иисусом в смерти, погребении и воскресении (Рим. 6:3, 4).

Делая это, христиане становятся новыми личностями и обретают новую жизнь во Христе. Прежнее прошло; теперь все новое (2 Кор. 5:17).

Таким образом, крещение, если его понимать правильно, может дать великую силу, способствующую изменениям в христианской жизни. Прежние привычки, зависимости, несовершенства семейной жизни, влияющие на нас прежде, могут продолжить свое существование. Однако во Христе мы можем обрести новую личность, новую историю. Наша физиология, семья и друзья могут враждовать с новым созданием. Битва, как правило, серьезна. Может быть, необходима продолжительная поддержка и консультирование. Но благодаря Христу в крещении заключается сила, позволяющая держаться за новое начало и следовать курсом, который в конечном итоге изменит все.

Всеведение Иисуса

Иисус знает все о Нафанаиле, несмотря на то, что они никогда не встречались (1:47-49). Он также знает все о Симоне Петре (1:40-42). Характеристикой этого Евангелия является то, что Христос знает обо всем, что происходит в глубине души других людей, и, исходя из этого, Он поступает так или иначе (2:23-25). Его знание о насущной нужде Никодима заставляет Его полемизировать со святой прямотой (3:1-12; см. также Е. Уайт, «Желание веков», с. 168-173). С другой стороны, Его знание об обстоятельствах жизни женщины у колодца (4:10, 17, 18) позволяет Ему выдержать весь удивительный разговор, который постепенно привел ее к обращению (4:10-29; см. также Е. Уайт. «Желание веков», с. 187,188).

Весть Евангелия в том, что Иисус знает о нас все и все же приходит к нам с любовью, тревогой и готовностью принять. Мы часто сопротивляемся желанию исповедовать свои грехи другим, потому что боимся, как они воспримут сказанное нами. В отношении Иисуса такой страх совершенно неуместен. Поскольку Он уже знает о нас все, нет причины медлить, чтобы прийти к Нему и сказать Ему правду о себе. В силу того, что личные отношения требуют

открытости с обеих сторон, именно наше сопротивление быть честными с Ним является первым барьером в личных отношениях с Ним. В присутствии Иисуса можно снять оборону и в полной безопасности открыть свою подлинную сущность. Зачем же откладывать пусть хотя бы на миг возможность насладиться той свободой открытости, какую может дать Иисус?

Истинный Израиль

Наконец, Ин. 1:19-51 проясняет тему, на которую сделан намек в прологе и которую развивает Евангелие: истинный израильтянин тот, кто верит в Иисуса (1:47, 51). Истинный потомок распознается не по физическим признакам, но по духовным, через веру (1:12,13). Это те, кто рождены от воды и Духа, кто вошли в царство, учрежденное Иисусом (3:5-8; см. также 8:31-47). Единственное, что имеет значение, это отношения с Иисусом. Без этих отношений добрые дела, такие как возвращение десятины, соблюдение субботы

О даже свидетельство, мало что дают.

Применение Слова Евангелие от Иоанна, 1:19-51

1. У Крестителя было ясное и особое понимание миссии и цели собственной жизни (1:19-34; 3:30). Есть ли у вас подобное понимание Божьей воли относительно вас? Относительно вашего рода деятельности? Относительно ваших отношений? Относительно вашей роли в вашей общине? Подобную ясность в отношении цели жизни Креститель имел, потому что он был пророк, или подобное чувство уверенности может иметь каждый, кто посвящает себя Богу?

о Не выступаете ли вы порой в роли посланников из Иерусалима, которые хотели разузнать только о Крестителе, в то время как его волновало только то, что они узнают об Иисусе (1:19-28)? Что волнует вас в большей степени, возможность лично знать Иисуса или политика местной общины и богословские дебаты?

3.Наполняют ли вас те же самые чувства, что наполняли Иоанна Крестителя в отношении Иисуса (1:27)? Легко ли вам смирять свое сердце, чтобы следовать за Христом? Или вам легче говорить Ему

только о том, чего хотите вы, навязывая лишь свою волю и не слушая волю Божью?

4.Опишите обстоятельства, при которых вы впервые приняли твердое решение следовать за Иисусом. Каковы были тогда ваши мотивы? Как ваши мотивы поменялись с тех пор? Насколько выросли ваши знания об Иисусе? Кто из учеников Иисуса похож на вас больше: Иоанн, Петр, Андрей, Филипп или Нафанаил? Какое значение имело крещение в вашем посвящении Иисусу?

5.Если бы вы могли увидеть Иисуса во время Его земной жизни, что интересовало бы вас более всего?

6.Какие чувства вы испытываете при мысли, что Иисус знает о вас абсолютно все (1:47, 48)? Чувствуете ли вы себя хорошо, когда при общении с другими вам приходится притворяться и не быть самим собой? Действительно ли вы хотите позволить Иисусу узнать вас лучше, чтобы Он открыл вам несовершенства вашего характера, которые Он хочет устранить?

Изучение Слова

1.Пользуясь полной симфонией, изучите каждый текст Нового Завета, который говорит о крещении. Составьте список текстов, в которых так или иначе описывается крещение. Является ли Евангелие от Иоанна единственным в Новом Завете, где крещение описано с позиции определения индивидуальности? Какой вклад это исследование делает в ваше понимание роли Иоанна Крестителя? Какие богословские представления о крещении Иисуса отражены в Евангелиях от Матфея, Марка и Луки?

2.Прочтите еще раз Ин. 1:19-51 и обратите внимание на все случаи, когда кто-либо свидетельствует другим об Иисусе. Какие сходства и какие различия вы видите между свидетельством Иоанна Крестителя

С свидетельством первых учеников Иисуса? Теперь просмотрите первые 15 глав Книги Деяния святых Апостолов. Обратите внимание на примеры, где ученики и другие люди свидетельствуют об Иисусе. Свидетельства из Книги Деяния святых Апостолов больше походят на свидетельство Иоанна Крестителя или на свидетельство первых учеников Иисуса? Какое объяснение вы можете дать тому, как

ученики свидетельствуют в Книге Деяния святых Апостолов? Какой урок вы можете извлечь для собственного свидетельства из двух способов свидетельства, представленных в 1-й главе Евангелия от Иоанна? Какие уроки для собственного свидетельства вы находите в Книге Деяния святых Апостолов?

Для дальнейшего исследования

1.Относительно общих сведений по Ин. 1:19-51 см. в «Библейском комментарии АСД» под ред. Ф. Нихоль, 5:905-911.

2.Относительно роли Крестителя в Евангелии от Иоанна см. Р. Е. Браун, т. 1, с. 67-70. См. также «Мандеизм» в «Anchor Bible Dictionary» под ред. Д. Н. Фридмана, т. 4, с. 500-502.

3.Относительно информации по богословскому фону выра¬жения «Агнец Божий» см. в Р. Е. Браун, «Евангелие по Иоан¬ну», 1:58-63.

4.Относительно информации о титулах Иисуса в Ин. 1 см. Р. Шна-кенбург, «Евангелие по Иоанну», т. 1, с. 507-514.

В См. также Е. Уайт, «Желание веков», с. 132-143.


Глава 7 из 21« Первая«678»Последняя »