Глава 9

1 После того как всё это было завершено, подошли ко мне вожди и сказали: «Народ Израиля, священники и левиты не отделились от иноплеменных народов тех земель; они совершают те же мерзости, что и хананеи, хеттеи, ферезеи, иевусеи, аммонитяне, моавитяне, египтяне и аморреи.

2 Ибо они брали их дочерей в жёны себе и своим сыновьям, так что святое семя смешалось с иноплеменными народами. И рука вождей и правителей была первой в этом беззаконии».

3 Услышав это, я разорвал на себе верхнюю и нижнюю одежду, рвал волосы на голове и на бороде, и сидел в полном оцепенении.

4 Тогда собрались ко мне все, кто трепетал перед словами Бога Израилева из-за преступления переселенцев, вернувшихся из плена. Я же сидел в оцепенении вплоть до вечернего жертвоприношения.

5 А во время вечернего жертвоприношения я поднялся с места моей скорби и, в разорванной верхней и нижней одежде, пал на колени, простирая руки к Господу, Богу моему.

6 И сказал я: «Боже мой! Мне стыдно, и я не смею поднять к Тебе лица моего, Боже мой, ибо наши беззакония умножились и превысили голову, и вина наша возросла до небес.

7 Со дней отцов наших и до сего дня мы в великой вине. За наши грехи мы, наши цари и наши священники были преданы в руки чужеземных царей под меч, в плен, на разграбление и на позор, как это есть и ныне.

8 Но теперь на короткое мгновение явлена нам милость от Господа, Бога нашего: Он оставил нам уцелевший остаток и даровал нам надежную опору в Его святом месте, чтобы Бог наш просветил наши глаза и дал нам немного ожить в нашем рабстве.

9 Да, мы рабы, но и в рабстве нашем Бог наш не оставил нас. Он склонил к нам милость царей персидских, чтобы дать нам жизнь, воздвигнуть дом Бога нашего, восстановить его из руин и дать нам ограду в Иудее и в Иерусалиме.

10 И теперь, что нам сказать после всего этого, Боже наш? Ведь мы оставили заповеди Твои,

11 Которые Ты заповедал через рабов Твоих пророков, сказав: “Земля, в которую вы идёте, чтобы овладеть ею, — это земля нечистая, осквернённая нечистотой народов этих земель и их мерзостями, которыми они наполнили её от края до края.

12 Поэтому не отдавайте дочерей ваших за их сыновей, и их дочерей не берите за сыновей ваших; не ищите ни мира их, ни благополучия их вовеки, чтобы вы укрепились, питались благами этой земли и передали её в вечное наследие вашим детям”.

13 И после всего, что постигло нас за наши злые дела и за нашу великую вину, — хотя Ты, Боже наш, наказал нас меньше, чем заслуживали наши беззакония, и даровал нам такое спасение, —

14 Неужели мы снова станем нарушать Твои заповеди и вступать в браки с народами, совершающими эти мерзости? Разве Ты не прогневаешься на нас до полного уничтожения, так что не останется ни уцелевших, ни спасшихся?

15 Господи, Боже Израилев! Ты праведен, ибо мы остались уцелевшим остатком, как это есть и ныне. Вот мы перед Тобою в нашей вине, хотя после этого мы недостойны стоять перед Твоим лицом».

Комментарий к 9-й главе

Девятая глава книги Ездры описывает один из самых драматичных моментов в истории восстановления Божьего народа. Успешное завершение строительства храма и организация богослужения внезапно омрачаются страшным открытием: народ оказался поражён внутренней духовной проказой. Эта глава наглядно показывает, что самая большая угроза для Церкви Остатка исходит не от внешних врагов или политических указов, а от внутреннего компромисса с миром.

В первом и втором стихах вожди сообщают Ездре о том, что израильтяне вступают в браки с язычниками. В оригинале используется выражение זרע הקדש [зера ха-кодеш] — святое семя. Слово קדש [кодеш] означает нечто отделённое, посвященное Богу. Это не вопрос этнической или расовой исключительности; это вопрос духовного выживания. Бог отделил этот народ, чтобы они были хранителями Его Закона, истины о Святилище и святой субботы. Окружающие народы практиковали תועבות [тоевот] — мерзости, включавшие в себя идолопоклонство, храмовую проституцию и, что особенно важно, культ мёртвых, основанный на ложном учении о бессмертии души. Смешение «святого семени» с этими народами неизбежно вело к синкретизму — проникновению спиритизма, нарушению субботы и утрате понимания истинного плана спасения. Апостол Павел позже выразит этот же принцип словами: «Какое согласие между Христом и Велиаром?» (Второе послание к Коринфянам, шестая глава, стих пятнадцатый).

Для адвентистского богословия этот эпизод является мощным предостережением против духовного прелюбодеяния — соединения Церкви с миром или с духовным Вавилоном. Если Остаток последних дней начнёт перенимать обычаи, богословие и методы непавшего мира (например, святость воскресного дня или популярную психологию, отрицающую греховность человека), он потеряет свою идентичность. Особое внимание обращает на себя тот факт, что рука вождей (שרים [шарим]) и правителей была первой в этом מעל [маал] — беззаконии, вероломстве, предательстве. Отступление часто начинается с руководства, с тех, кто призван быть стражем истины.

Узнав об этом, Ездра впадает в состояние глубокого горя. Стих третий описывает, как он разрывает одежды и рвёт на себе волосы. Это знак крайнего отчаяния и скорби. В четвертом и пятом стихах содержится важнейшая богословская деталь: Ездра сидит в оцепенении вплоть до מנחת הערב [минхат ха-эрев] — вечернего жертвоприношения (приношения хлебного дара, сопровождавшего постоянную вечернюю жертву תמיד [тамид]). Время вечерней жертвы — это время, когда в храме приносился агнец, указывающий на Голгофский крест. Именно в час вечерней жертвы (девятый час по иудейскому счету времени) Иисус Христос воззвал: «Совершилось!» и предал дух Свой Отцу. Ездра не начинает молиться, пока не наступает время, указывающее на искупительную кровь Мессии. Истинное покаяние и ходатайство возможны только благодаря жертве, приносимой на алтаре, которая открывает путь в Небесное Святилище.

С пятого по пятнадцатый стих записана одна из самых возвышенных молитв покаяния в Священном Писании. Ездра не отождествляет себя с праведниками, осуждающими грешников. Он использует местоимение «мы», полностью отождествляя себя с виновным народом. Это принцип корпоративного покаяния, подобный молитве Даниила в девятой главе.

В восьмом стихе мы встречаем ключевое для адвентизма понятие. Ездра благодарит Бога за то, что Тот сохранил פליטה [пелита] — уцелевший остаток. Божий Остаток — это те, кто по милости Божьей избежал поглощения вавилонскими заблуждениями. Далее Ездра говорит, что Бог «даровал нам надежную опору в Его святом месте». В древнееврейском тексте стоит выражение יתד במקום קדשו [ятед би-меком кодшо], где יתד [ятед] означает гвоздь, колышек для шатра, надежный якорь. Эта метафора глубоко символична. Колышек надежно удерживает шатёр во время бури. Для народа Божьего этим спасительным «гвоздём», этой опорой является восстановленное служение в Святилище. В свете Нового Завета нашей опорой и якорем является Иисус Христос, Который вошёл «во внутреннее за завесу» Небесного Святилища (Послание к Евреям, шестая глава, стихи девятнадцатый и двадцатый). Наша безопасность гарантирована только тогда, когда наша вера прочно закреплена там, где сейчас ходатайствует наш Первосвященник.

В тринадцатом и четырнадцатом стихах Ездра выражает суть Божьего суда. Народ получил наказание гораздо меньшее, чем того требовала справедливость. Если после такого проявления милости народ вновь обратится к языческим мерзостям, останется ли надежда? Этот вопрос звучит рефреном для каждого поколения верующих. Если, получив свет вести третьего ангела, познав истину о состоянии мертвых и святости Закона, народ отвернётся от этих истин ради дружбы с миром, последствия будут катастрофическими.

Молитва завершается не дерзновенным требованием прощения, а смиренным признанием Божьей праведности (стих 15). Ездра признает: «Ты праведен… мы недостойны стоять перед Твоим лицом». Он не приводит никаких оправданий. Он всецело полагается на милосердие Судьи. Это истинное положение народа Божьего в период следственного суда: мы не можем опираться на собственные заслуги, наша единственная надежда — вменяемая и наделяемая праведность Христа, Который очищает нас от всякого греха и отделяет от нечистоты этого мира.