Глава 5

1 На третий день Есфирь оделась по-царски и стала во внутреннем дворе царского дома, прямо перед царскими покоями. Царь же сидел на своем царском престоле в царском доме, лицом ко входу.

2 И когда царь увидел царицу Есфирь, стоящую во дворе, она обрела милость в глазах его. И простёр царь к Есфири золотой скипетр, который был в его руке. Есфирь подошла и коснулась конца скипетра.

3 И сказал ей царь: «Что у тебя, царица Есфирь, и в чём твоя просьба? Даже если это будет половина царства, она будет дана тебе!»

4 Есфирь ответила: «Если царю угодно, пусть царь вместе с Аманом придёт сегодня на пир, который я приготовила для него».

5 И сказал царь: «Поторопите Амана, чтобы исполнить слово Есфири». И пришёл царь с Аманом на пир, который приготовила Есфирь.

6 И сказал царь Есфири во время питья вина: «Каково твоё желание? Оно будет исполнено. И в чём твоя просьба? Даже если до половины царства, она будет выполнена».

7 И отвечала Есфирь, и сказала: «Вот моё желание и моя просьба:

8 Если я нашла милость в глазах царя, и если царю угодно исполнить моё желание и выполнить мою просьбу, то пусть царь с Аманом придут на пир, который я приготовлю для них завтра. И завтра я сделаю по слову царя».

9 И вышел Аман в тот день радостный и с веселым сердцем. Но когда Аман увидел у царских ворот Мардохея, который не встал и не пошевелился перед ним, то Аман исполнился гневом на Мардохея.

10 Однако Аман сдержал себя и пошёл в свой дом. Затем он послал позвать своих друзей и свою жену Зереш.

11 И рассказывал им Аман о славе своего богатства, о множестве своих сыновей и обо всём том, как царь возвеличил его и как возвысил его над вельможами и царскими служителями.

12 И добавил Аман: «Даже царица Есфирь никого, кроме меня, не пригласила с царём на пир, который она приготовила; и на завтра я также зван к ней вместе с царём.

13 Но все это ничего не значит для меня, пока я вижу иудея Мардохея сидящим у царских ворот».

14 И сказала ему Зереш, его жена, и все его друзья: «Пусть приготовят дерево высотой в пятьдесят локтей, а утром скажи царю, чтобы на нём повесили Мардохея. И тогда иди с царём на пир в радости». Это слово понравилось Аману, и он приказал приготовить дерево.

Комментарий к 5-й главе

Пятая глава книги Есфирь открывает перед нами важнейший этап в истории спасения народа Божьего, где человеческая смелость встречается с Божественным провидением. Эта глава наполнена глубоким пророческим и типологическим смыслом, отражающим принципы ходатайственного служения в Небесном Святилище и грядущих событий финального кризиса Земли.

В первом стихе особое богословское значение имеет упоминание времени: «На третий день» (в оригинале ביום השלישי [ба-йом ха-шлиши]). В библейской типологии третий день неразрывно связан с избавлением, победой над смертью и Божественным вмешательством. Подобно тому, как Христос на третий день воскрес для нашего оправдания, Есфирь на третий день поста выступает в роли ходатая за свой обречённый народ. Текст говорит, что она «оделась по-царски», на древнееврейском стоит слово מלכות [малхут] — царское достоинство, величие. В духовном смысле это символизирует необходимость облечься в праведность Христа. Ни один человек не может предстать перед судом Божьим в собственных запачканных одеждах; только вменяемая праведность Спасителя даёт право войти во внутренний двор Небесного Святилища.

Есфирь входит во внутренний двор, חצר הפנימית [хацер ха-пенимит]. Для неё это был путь, грозящий смертной казнью, но её вера превзошла страх. Здесь мы видим ясный прообраз служения Иисуса Христа, нашего великого Первосвященника, Который со Своей кровью вошёл во Святое святых, чтобы ходатайствовать за Свой народ в день следственного суда. Земной монарх простирает золотой скипетр, שרביט [шарвит], даруя жизнь. Это прекрасный символ Божьей благодати. Закон Бога требует вечной смерти для каждого грешника, но через голгофскую жертву Небесный Отец простирает к нам скипетр прощения, принимая кающегося грешника и открывая ему путь к вечной жизни. Душа человека не обладает бессмертием по своей природе — вечная жизнь даруется исключительно как дар по благодати через Иисуса Христа.

Стихи с четвертого по восьмой описывают духовную мудрость и терпение Есфири. Она не сразу открывает свою просьбу, а дважды приглашает царя и Амана на пир, משתה [миште]. В этом кроется глубокий урок для Божьего Остатка: Божественное провидение учит нас терпению и чувствительности к водительству Святого Духа. Не всегда следует действовать поспешно; мы должны уметь ждать Божьего времени, чтобы истина была воспринята наилучшим образом.

В девятом стихе мы видим яркий контраст духовных состояний. Аман выходит с пира радостным и с веселым сердцем, будучи подогретым вином, יין [яйин]. Однако его настроение мгновенно сменяется яростью, когда он видит Мардохея. Текст подчёркивает, что Мардохей «не встал и не пошевелился» (в оригинале ולא קם ולא זע [ве-локам ве-ло заа] — не встал и не затрепетал перед ним). В этом поведении нет дерзости, но есть непоколебимая твёрдость веры. Мардохей отказывается воздавать почести, граничащие с поклонением, представителю сил тьмы. Эта сцена ярко иллюстрирует суть конфликта в финале великой борьбы.

Характерные черты духа Вавилона, проявленные Аманом:

— Абсолютная нетерпимость к инакомыслию и верности библейским принципам.

— Зависимость от человеческой славы и земного признания.

— Гордыня, которая не может смириться с тем, что даже небольшая группа людей (Божий Остаток) отказывается поклониться ложному авторитету, в том числе в вопросе святости библейской субботы.

В тринадцатом стихе мы читаем как Аман признаётся своей семье, что всё его богатство и положение при дворе ничего не значат (איננו שוה לי [эйненну шове ли] — не имеет для меня никакой ценности), пока он видит иудея Мардохея, сохраняющего верность своим убеждениям. Это истинная природа сатаны и его последователей: никакие земные достижения не приносят им покоя, пока существует хотя бы один человек, хранящий заповеди Божьи. Враг душ человеческих не остановится ни перед чем, чтобы заставить замолчать голос истины.

В четырнадцатом стихе Зереш, жена Амана, предлагает ужасающее решение. Она советует приготовить дерево, עץ [эц], чтобы повесить Мардохея. Высота этого орудия казни составляла пятьдесят локтей (около двадцати пяти метров), что делало его видимым издалека для публичного устрашения. Крест Христа также был орудием позора и проклятия, приготовленным силами зла для уничтожения Сына Божьего, но Бог обратил его в средство величайшего триумфа и спасения. В последние дни противники истины также будут готовить суровые декреты и орудия наказания для верных детей Божьих, отказывающихся признать ложный день поклонения и ложные духовные концепции. Однако история книги Есфирь заверяет нас в том, что Господь полностью контролирует ситуацию. Орудие, приготовленное для верного слуги Божьего, в итоге послужит гибели самого врага, подтверждая, что Бог никогда не оставляет Свой народ в час испытаний.